Роль злодейки для финального босса (СИ) - Чар Рина - Страница 23

— Вот именно! Как?! Как ты это делаешь? — требовательно выпалила она, ухватившись за мои слова как за соломинку и уходя от неудобной темы заказчиков. — Твой взгляд всегда с невероятной точностью находит меня, даже если я стою очень далеко и под отводом глаз. С тобой всё по-другому!

В её голосе звучало упрямство, стремление докопаться до истины. Ага, сейчас. Разбежалась. Так я ей и выложила всё о своих читерских системных способностях и всплывающих окнах-подсказках.

Как и всегда в те моменты, перед моими глазами просто всплывало неоновое системное предупреждение. Только благодаря этому я и могла отследить, где именно пряталась шпионка. Она была неопытна, но я сильно сомневалась, что смогла бы найти её хотя бы три раза из десяти, полагаясь исключительно на человеческие органы чувств.

Но Мелая была другой. Такие второстепенные персонажи, как она, вдруг начинали поступать так, как хотели сами, а не так, как предписывал запрограммированный сценарий. Система попросту не могла просчитать их хаотичные действия.

— Как мило, — с ледяной иронией ответила я. — Спишем это на удачу? Или на злодейское чутье? Называй как хочешь.

— Почему ты отказываешься от взаимовыгодного сотрудничества? — скрестила руки она на груди. — Это будет крайне полезно для тебя и очень интересно для меня. Так почему нет?

— Может, потому что я не горю желанием становиться подопытной крысой для твоих наблюдений? — усмехнулась я и тут же мысленно поморщилась. Какая ирония. Ведь именно ею я сейчас и являлась. Подопытной Системы во всей красе.

Впрочем, а так ли плохо было её предложение?

Я противилась её преследованию лишь потому, что изо всех сил стремилась удержать хрупкий баланс между навязанным сюжетом и собственной волей. Как я и заявила Элиону: я не планировала вмешиваться в чужие дела. Ни в какие разборки Главных Героев.

Единственное, что касалось меня напрямую — это моя собственная, запрограммированная смерть. И вот её-то я успешно оттягивала, шаг за шагом меняя свой финал, переписывая страницы книги, которую все вокруг уже считали завершённой.

«А изгонят меня из Академии или нет — плевать. Главное — выживу!» — упрямо промелькнуло в голове.

Приоткрыв один глаз, я сквозь листву пристально посмотрела на девчонку.

«А собственно, какой смысл отказываться от личного информатора?» — подумала я.

— Впрочем… Информация — это своеобразная валюта, — медленно произнесла я, используя термин из своего прошлого мира.

Похоже, она интуитивно уловила суть. Возможно, она прицепилась ко мне именно потому, что своим даром чувствовала: я знаю немного больше, чем положено персонажу моего ранга. Жаль только, что эти знания не приносили мне ни грамма покоя. И я не могла ими просто так поделиться.

— И если ты так любишь собирать эту валюту, мы можем заключить сделку, — подытожила я.

Её глаза заинтересованно загорелись ещё ярче, словно в них зажглись крошечные звёзды. В такие моменты отчетливо казалось, что она — не просто фоновый NPC или безликий моб, а нечто гораздо большее.

— Какую сделку? — выдохнула она, едва сдерживая профессиональное волнение.

— Условие первое и главное: ты перестаёшь следить за мной. Совсем, — отчеканила я каждое слово. — Никаких подглядываний из-за угла, никакого выслеживания в библиотеках. В отношении меня — это строжайшее табу.

Я посмотрела на нее точно так же, как когда-то в прошлой жизни убеждала свою маму, что мне еще слишком рано «взамуж» и у моего цветочка нет истекающего срока годности. Мой взгляд был тяжелым, бронебойным и не допускающим абсолютно никаких возражений. С мамой этот фокус, увы, не срабатывал, а вот девчонку проняло мгновенно.

Мелая судорожно сглотнула и кивнула.

— Согласна. Никакой слежки за тобой. Но взамен... мы делимся тайнами.

Я чуть склонила голову набок, всем своим видом выражая скепсис, но тут же вздохнула, решив немного ослабить хватку:

— Я могу просто рассказать тебе то, что тебя интересует. Напрямую.

— Что? — она удивлённо покосилась на меня, и в её цепком взгляде мелькнуло искреннее недоверие.

— Неужели ты думаешь, что тебе никто ничего не расскажет, если ты просто не спросишь? По-твоему, общаться и выстраивать связи можно только с теми, на кого у тебя уже собрано полное досье, вплоть до того, в каком месяце человек в последний раз переболел лихорадкой? — поморщилась я.

В моих словах звучала изрядная доля иронии, хотя прекрасно понимала правоту собеседницы. В этом змеином гнезде, именуемом аристократическим обществом, то, что досконально известно, проще понять. А на что-то можно и удачно надавить… Да, обладая полным пакетом компромата, управлять общением легко.

Тут намекнул, там направил — очень просто, не правда ли? Но можно ли назвать это доверием? Отнюдь.

— Так проще, — сухо пожала она плечами, подтверждая мои догадки.

В воздухе повисла напряжённая пауза. Мое непопулярное мнение отрицалось в каждом жесте аристократки. Но поучать кого-то морали было бы лицемерием. Сама-то я далеко не ангел с белоснежными крылышками...

— Если ты спросишь, я могу ответить, — с лёгкой досадой произнесла я. Разумеется, я совершенно не собиралась выкладывать то, что могло бы меня скомпрометировать или выдать мое иномирное происхождение. Недоговорка — это ведь не ложь, верно?

— И ты действительно расскажешь? — с сомнением уточнила Мелая.

— А ты попробуй, — хищно улыбнулась я, внезапно ощутив себя пауком, который ласково приглашает муху в свою паутину.

Девчонка задумалась. В её голове закрутились шестеренки, взвешивая риски и выгоду. А после она сделала свой первый ход:

— Что тебя связывает с наследником Дома Света? — осторожно произнесла она. По её тону было ясно: спросить она хотела нечто совершенно иное, но решила начать с проверки.

— Дело не в том, что меня с ним связывает, а в том, почему. Вероятно, именно такой вопрос ты хотела задать? — дернула уголком губ, чувствуя мимолетное замешательство. Это был классический пробный бросок. Наверняка она и так владела достаточным количеством достоверной информацией. — Мы с Люцианом росли вместе, и его, по всем канонам жанра, можно было назвать моей первой любовью. Как-то так.

— Почему интонация вопросительная? — тут же зацепилась она, слегка наклонив голову.

— Потому что я сама до конца не знаю, — ответила я, задумчиво глядя куда‑то сквозь листву деревьев. — Я понимаю, что последние два года вела себя на потеху всей местной знати… — Хмуро буркнула, не сдержавшись: — А на третий год обучения вдруг резко поменялась. Можно сказать, что внутри меня что-то громко щёлкнуло, сломалось и перестроилось. Конечно, это заставляет всех задавать вопросы. Но… Все мы взрослеем, разве нет? Иногда розовые очки бьются стеклами внутрь.

— То есть твой внезапный интерес к декану Тьмы… — выдержала она многозначительную паузу, не решаясь произнести грозное имя дар Рашерра вслух, — это уже осознанная влюблённость?

— А влюблённость вообще бывает осознанной? — искренне рассмеялась я. Звук получился чуть резче, чем я ожидала. — Особенно в нашем безумном возрасте, когда чувства вспыхивают и гаснут, прямо как искры от костра.

Мелая замялась, лихорадочно подбирая слова.

Было забавно наблюдать, как она пытается сформулировать мысль так, чтобы не выдать своих истинных мотивов. При всём её таланте к подглядыванию за другими в тенях, она оказалась совершенно неопытна в тонких светских играх, жонглировании словами и двойных намёках.

На ее лице так и читалось острое желание оспорить мои слова, доказать свою правоту.

Влюблённость и симпатию можно подавить. А можно сосуществовать с ними, направляя их в нужное, выгодное русло и используя в своих корыстных целях. Впрочем, объяснить это в мире юношеского максимализма, где каждое слово ощущается как разрыв аорты, а каждое принятое решение считается окончательным и бесповоротным, было почти невозможно.

Она мне всё больше и больше нравилась. У девчонки был просто потрясающий потенциал. Далеко пойдет! С правильным наставником она однажды сможет стать настоящей Королевой теней...