В синем море, в белой пене (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 17

Я удивлённо посмотрел на архиепископа, не ожидая, что он решит так сильно помочь мне.

— Чем ты удивлён? — улыбнулся он, — мне тоже нужно серебро, для собственных нужд. Его всегда есть на что потратить и кого подкупить.

— Тут я с вами полностью соглашусь, ваше преосвященство, — согласился я со священником, — ещё ни разу я не мог сказать, что мне хоть на что-то хватает денег.

— Ну, значит ускорим процесс изъятия договоров аренды со всех остальных серебряных рудников Кастилии, — он остро посмотрел на меня, — нам только мешает эта ненужная война.

— У меня есть пара идей на этот счёт, и если вы меня поддержите на ближайшем военном совете, то я попробую, — прищурился я, — поскольку я сам не в восторге от того, что иду против короля, которому многим обязан, так что хочу побыстрее всё это замять и вернуться к зарабатыванию денег.

— Какие идеи? — заинтересовался он.

— Послушайте сами, — я наклонился к нему ближе и зашептал на ухо, чтобы нас никто не слышал.

По мере моего рассказа на его лице появлялась улыбка, и он больше кивал, чем задавал мне уточняющие вопросы.

Нагнали мы эскадру кораблей уже в Валенсии, где корабли стояли на рейде, но не подходили близко к городу, который явно выглядел враждебно по отношению к кастильцам. И не успели мы с архиепископом даже переодеться, как король позвал всех на военный совет, ну и нас, разумеется, тоже, раз мы прибыли на корабль.

Поздоровавшись с остальными членами совета, которые смотрели на меня как на пустое место, хотя никто из них не был выше меня по титулу, я скромно присел рядом с Каррильо де Акунья.

Сегодня были все те же, что и всегда, получившие титулы и земли от Энрике IV и верные ему до поры до времени: Энрике Энрикес де Мендоса — 1-й граф Альба-де-Листе, Родриго Манрике де Лара — 1-й граф Паредес-де-Нава, Фадрике Энрикес де Мендоса — 2-й адмирал Кастилии, ну и конечно мой отец. Бельтрана де ла Куэва оставили на хозяйстве, хотя король сначала хотел взять его с собой, но кто-то из вышеупомянутых дворян отговорил его, так что недавно вернувшийся фаворит был исполняющим обязанности регента Кастилии в отсутствие короля.

— Маркиз и ваше преосвященство, рады, что вы вернулись, — король, едва зайдя в тесную каюту, сразу заметил нас. Мы встали и низко поклонились ему.

— Ну так что? Это и правда были торговые корабли? — поинтересовался у меня Энрике IV.

— Совершенно верно, Ваше высочество, — снова склонился я, — вернулись из первого рейда по поиску морского пути в Индию, и были сильно потрёпаны османами, так что им точно не до вооружённых стычек, да ещё и с такой мощной эскадрой, как ваша.

Король горделиво раздулся и кивнул, словно подтверждая мои слова.

— Что же, все здесь, давайте всё-таки решим, что делаем с Валенсией? Горожане отказываются давать нам провизию, а она нам нужна.

Пока взрослые рассуждали, стоит или не стоит устраивать десант туда, куда им не нужно было, ведь до Барселоны было ещё плыть и плыть, а останавливаться здесь значило распылять свои силы, я лишь слушал, поскольку, как и сказал архиепископу ранее, у меня был план.

Вообще короля не должно было здесь быть, в реальной истории он лишь принял титул графа Барселоны и ограничился отправкой небольшого количества войск. Так что определённо моё влияние на историю было, как я не старался его минимизировать, хотя история с чумой показала, что иногда я принимаю решения, дальнейший эффект которых не всегда могу предусмотреть. Так что определённо и сейчас мне нужно было вмешаться, чтобы вернуть историю в её разумные рамки, которые я мог предсказать, используя своё послезнание, поскольку это давало мне преимущество над остальными. Плыть же вместе со всеми по течению времени, которое я не знал, мне определённо не хотелось.

Так что, дождавшись, когда мужчины наспорятся, наорутся друг на друга, отстаивая свои предложения, я спустя час совещания, поднял руку, на которую кроме архиепископа и короля, никто конечно же не обратил внимание.

— Ваше высочество, может выслушаем маркиза? — Каррильо де Акунья ту же спросил у короля, который закивал и сказал.

— Маркиз? У вас есть что сказать?

— Да, Ваше высочество, — я поднялся на ноги, — у меня один вопрос к вам. А что вы хотите от этой войны? Какой её итог вы видите?

В каюте повисло зловещие молчание, дворяне злобно посмотрели на меня, поскольку я высказался не по той теме, по которой они все тут собрались.

— Странно, что вы не знаете об этом маркиз, — ехидно заметил граф Альба-де-Листе, — если вы этого не знаете, зачем же вы с нами вообще поплыли?

— Граф… — я произнёс титул с таким пренебрежением, что он схватился за кинжал, — я обратился к королю Кастилии с вопросом, а не к вам. Или вы задумали бунт против законной власти?

— Что ты себе позволяешь наглый выскочка? — изумился он, поднимаясь во весь рост.

— Сеньоры, — Энрике IV поднял руку, — прошу вас, успокойтесь. Сядьте граф, слова маркиза заставили меня задуматься.

Король посмотрел на меня.

— Мы конечно же хотим быть графом Барселоны, но желательно не теряя своих войск и не тратя при этом серебро, которого у нас и так мало.

— Зачем же тогда воевать? — притворно удивился я, — можно же договориться с Его высочеством Хуаном, таким же королём, как и вы, чтобы решить вопрос мятежных дворян, которые восстали против него. Ведь даже начав эту войну, что вы получите по итогу? Разорённые земли, без налогов и охваченные пожаром Гражданской войны?

— Я отправлял послов к нашему собрату, — задумчиво ответил мне король, — он отказался обсуждать с ними переход Каталонии под кастильскую корону.

— Простите за мою настойчивость, Ваше высочество, — я низко поклонился королю, — но повторю свой вопрос. Зачем вам охваченная пожарами и нищая сейчас Каталония, если можно в обмен на ещё незахваченные вами территории, потребовать у Арагона за мир с Кастилией что-то более ценное, что-то более нужное вам?

Глаза короля прищурились, а дворяне, присутствующие на совете задумчиво стали переглядываться.

— Например? — осторожно поинтересовался у меня Энрике IV, — вы явно неспроста маркиз говорите мне о чём-то более нужном для нас.

— Скажу вам только одно слово, Ваше высочество, — хитро улыбнулся я, — Эстелья.

Название сеньории, главный город которой по факту являлся запорным замком одних из важнейших северных переходов через Пиренейские горы в Наварре, вызвал эффект взрыва бочонка с порохом. Все присутствующие тут же стали уверять короля, что моя идея полное говно, поскольку король Хуан никогда в жизни не откажется от такой стратегически важной территории.

Все эти слова на фоне того, что предложил я, были королю неинтересны, я видел по его загоревшимся глазам, что он уже в мыслях въезжает в этот город на белом коне, как его новый король.

— К тому же, Ваше высочество, — добавил я, пока он думал, — сейчас октябрь, полноценной навигации нет, мы и так едва ползём вдоль побережья, а что будет в декабре? В январе? Когда раздуются зимние ветра, и доставка провизии станет поистине большой проблемой? Я уже молчу про деньги, которые для этого будут нужны. Ведь что, по сути, предлагаю я? Вы, не воюя, получаете себе стратегически важный город, и с лавровым венком победителя, возвращаетесь домой, купаясь в лучах славы.

— «Мне бы Хуана ещё убедить с такой же лёгкостью, как Энрике IV, — вздохнул я про себя, поскольку та лапша, которую я вешал королю Кастилии была конечно очень приятна для него, но, чтобы мой план осуществился, ровно тот же сорт лапши нужно было повесить и королю Арагона. Ведь в реальной истории ровно это и случилось, но только в следующем году, где даже привлекали арбитраж Франции, проходило много встреч и переговоров, а тут такой красивый я, с быстрым решением сложной проблемы».

Я сам не до конца верил, что всё это сработает, но много лести, слова о победе и лаврах победителя сделали своё дело. Энрике IV в собственных глазах решил, что уже выиграл эту войну, поэтому обратился к моему отцу.