В синем море, в белой пене (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 15

— Хм, — задумался он, — опять же, предложение конечно заманчивое, нечего сказать, но я всё же дворянин, а не ремесленник, сеньор Иньиго.

— А я вам и делаю предложение, как дворянину, — тут же я поменял стратегию переговоров, — я предлагаю вам не работать на меня, а стать моим компаньоном, один процент со всего, что будет выплавлено на заводе, будет ваш, если вы согласитесь.

— Один процент? — его бровь поднялась, — выглядит маловато.

— Учитывайте то, что в наших планах с партнёрами, захват всех серебряных рудников Кастилии, — намекнул я ему, — ну и конечно найм рабочих и прочие расходы, будут за мой счёт, вы получите свой процент только за всеобщее руководство и контроль. Мы через многое с вами прошли, давно знаем друг друга и определённо я могу вам доверить своё серебро.

— Могу я узнать, кто другие ваши партнёры, сеньор Иньиго? — тихо поинтересовался у меня он.

— Архиепископ Толедо, которого вы сегодня лицезрели, — улыбнулся я, — маркиз де Вильена и его брат сеньор Педро Хирон.

— Маркиз де Вильена, нынешний фаворит Его высочества Энрике IV, как я слышал, — задумчиво произнёс он.

— «Уже нет, но зачем я буду об этом говорить сейчас, когда ты принимаешь решение, — подумал я про себя».

— Один из, — не соврал я нисколько вслух.

Главный судья думал, а я ему не мешал.

— Сеньор Иньиго, здраво рассудив, я решил, что два процента от всего произведённого серебра заставят меня трудиться не за страх, а за совесть, поскольку я прекрасно понимаю тот объём работы, который мне придётся делать, чтобы не ударить в грязь лицом, — наконец ответил он мне.

Я молча протянул ему руку.

— Сделка заключена, сеньор Арсенио.

Улыбка скользнула по его губам, и он пожал мне запястье.

— Когда я могу приступать? — поинтересовался он.

— Завтра мы поедем на производство, — ответил я, — я введу вас в курс дела, скажу сеньору Леону Баттиста Альберти о том, что вы теперь будете присматривать за всем производством целиком, также дам вам контакты, кому написать во Флоренцию насчёт грамотных инженеров и ещё оставлю подробные инструкции по тому, как я вижу развитие завода. Ну а дальше вам придётся делать всё самому, поскольку мне нужно отплывать в Сарагосу. Вы ведь не забыли надеюсь, что у нас тут война наметилась между Кастилией и Арагоном.

— Забудешь тут, — хмыкнул он и согласился, — хорошо, сеньор Иньиго, если мне будет что непонятно, ждите гонцов.

— Я уверен, что вы сами во всём прекрасно разберетесь, сеньор Арсенио, — польстил я ему, — но, конечно, я буду помогать вам и не брошу заниматься всем, совсем уж одному.

— Тогда я вам больше не нужен? Пойду подумаю, с чего начать, — поднялся он с кресла и я последовал его примеру, проводив до самых ворот и простившись, когда он сел в повозку. Когда мой новый компаньон уехал, я увидел, как меня ждут два рыцаря.

— Сеньор Аймоне? Сеньор Фелипе? — я повернулся к ним, и они подошли ближе.

— Сеньор Иньиго, можно вопрос? — военный маршал Ордена Девы Монтесской смущённо на меня посмотрел, показывая на бумаги, — а что это? Бернард передал нам их утром.

— То, что я вам обещал ещё тогда, когда мы плавали вместе, — улыбнулся я, — эскизы новой одежды для всех моряков, предметы для их гигиены, а также рундуки со всем необходимым для жизни на корабле.

Глаза рыцарей расширились.

— Вы хотите обеспечить всем этим каждого? — изумились они в один голос, — это же куча денег!

— Каждый моряк, попадая на службу в Арагонскую Ост-Индскую Компанию будет отныне обеспечен одеждой и средствами ухода за собой, а также всем необходимым для жизни на корабле, — серьёзно ответил я, — всё будет выдаваться под опись и забираться, если моряк захочет оставить службу, также для любителей портить вещи, мы с вами обсудим штрафы и особые правила, чтобы их убедить в том, что этого делать не нужно.

— Если это для моряков, тогда эти листы для нас? — сеньор Аймоне показал на вторую пачку бумаги.

— Да, то же самое, только касается дворян, — спокойно ответил я, — войлочные треуголки, плащи, да и в целом единая униформа для всего высшего состава кораблей.

— Зачем вам это, сеньор Иньиго? Такая огромная трата денег? — не понимали они моего решения.

— Кораблей становится всё больше, сеньоры, — улыбнулся я, — так что о нас скоро заговорят во многих местах. Обеспечивая моряков вещами первой необходимости, мы сделаем себе такую известность, что будем сами отбирать тех, кто захочет у нас служить, а не довольствоваться отбросами. Ну и согласитесь, легко будет отличить наших моряков и дворян, от других.

— Это конечно, — закачали они синхронно головами, — но такие траты!

— Я с самого начала знал, что владеть кораблями будет безумного дорого, — вздохнул я, поскольку это было правдой. Почти все мои доходы шли на обеспечение кораблей, закупку провизии, оплату жалования рыцарям и послушникам, а ведь нужно было ещё и ещё, поскольку суда строились и строились на Генуэзских верфях. В общем, игра в кораблики обходилась мне очень дорого, но я знал, ради чего это делаю.

— Дело ваше конечно, сеньор Иньиго, — вздохнул сеньор Аймоне, — вы и так высоко задрали планку обеспечения моряков и рыцарей всем необходимым на кораблях, никто у нас в Ордене не платит жалование за службу, только доля с добычи, поэтому-то желающих служить у вас хоть отбавляй.

— Займитесь пожалуйста всем этим сами, — попросил я их, — у меня просто нет времени на поиск цехов портных и прочих ремесленников, а вам я могу доверять как себе, мы уже так много с вами прошли.

— Конечно, сеньор Иньиго, — оба рыцаря от похвалы зарделись, словно девицы, — мы всё сделаем, не беспокойтесь!

— Да и ещё свяжитесь с сеньором Джорджо Лоредано в Светлейшей, — напомнил я им о своих договорённостях с венецианцами, — он обещал купить мне десять тысяч аркебуз у немцев. Договоритесь о сроках поставки их в Аликанте.

— Да, конечно, сеньор Иньиго, мы помним об этом, — кивнули рыцари.

— Сеньор Иньиго, а что насчёт договора с моим Орденом? — смущённо поинтересовался у меня Великий госпитальер, — мне всё ещё неловко, что я отдал Ордену все ваши трофейные корабли.

— Завтра вечером я отбываю, сеньор Аймоне, — задумался я, — загляните ко мне перед отбытием, я хочу обсудить с вами один вопрос, как раз связанный с новым договором, между нами.

— Конечно, я буду.

Мы раскланялись с рыцарями и пошли дальше по своим делам.

Утром узнав, что я отбываю уже этим вечером, ко мне заторопились все дворяне города, и пришлось принимать всех, чтобы никого не обидеть, так что поездку на производство пришлось отложить на после обеда, что автоматически двинуло весь остальной мой распорядок дня. Но наконец, освободившись, я вместе с сеньором Арсенио заехал за Леоном Баттиста Альберти, и мы вместе направились на промышленный объект.

— Задача, которую вы передо мной поставили, Иньиго, — рассказывал нам с восторженным тоном мой учитель, — снова была близко к невыполнимой

— Я же знал, кому могу доверить такой сложный проект, — польстил я своему давнему знакомому, — я до сих пор смотрю на новый собор и монастыри, которые вы строите, и поражаюсь, как всё идеально вписывается в общий ансамбль.

Леон Баттиста Альберти горделиво выпрямился.

— Это мой самый сложный и большой проект Иньиго, — закачал он головой, — как я могу делать плохо? Кстати, мне тут написал Аристотель Фиораванти, спрашивает, нет ли у тебя ещё работы для него? Ты платишь больше всех, так что он бы с радостью ещё на тебя поработал.

— А, он уже закончил строительство крепостей и фортов на островах? — удивился я.

— Основная стройка закончена, с остальным справятся и местные, — отмахнулся сеньор Альберти, — он говорит, что понатаскал нескольких учеников, которых к нему приставили балеарские дворяне, так что они закончат остаток уже без него.

— Тогда забирайте его конечно в Аликанте, должность также что была у него в Остии — главный инженер производства, — заверил я Альберти, — оклад, выше на двадцать процентов.