Женился. Развёлся. Счастлив? (СИ) - Фомина Татьяна - Страница 25

Но, в отличие от Паши с его уникальной способностью спать в любой позе, моментально уснуть у меня не получается. Где-то глубоко внутренний голос пытается возмущаться, что это наглость, и что Бессонову ничего не мешает уйти домой, тем более он просыпался, но я ловлю себя на том, что мне так хорошо, а главное — спокойно, в его объятиях, что я тоже засыпаю.

Павел

Лёгкая вибрация настойчиво щекочет левое запястье, вырывая меня из сна. На часах срабатывает будильник, безжалостно напоминая, что пора вставать. Осторожно, чтобы не разбудить Наташу, отключаю беззвучный сигнал и позволяю себе несколько мгновений настоящего блаженства — обнимаю свою валькирию и вдыхаю запах её волос. Во мне тут же просыпается мужской инстинкт: моя! Вжимаю в себя женское тело, и не желаю отпускать, остро чувствуя своё напряжение. Провожу ладонью по плавным изгибам и испытываю непреодолимое желание развернуть Наташу к себе, впиться в сладкие губы, а самому ворваться внутрь. Но, увы… Не сейчас и даже не сегодня. И с этим, хочешь не хочешь, но придётся считаться.

С одной стороны, я, наверное, немного рад, что из-за моей непредусмотрительности у Наташи не возникли проблемы, а с другой… С другой стороны — чувствую лёгкое разочарование. И даже не столько из-за возникших ограничений, сколько от несбывшейся крошечной надежды оставить частичку себя. Самая безумная мысль, всё ещё живущая в моём сознании где-то на самом краю.

Но, увы…

Смахиваю сожаление. Всё-таки такие решения нужно принимать вдвоём. Так будет правильнее.

Мне вообще крупно повезло, что вчера меня не выгнали, хотя я совершенно не помню как вырубился. Словно кто-то вытащил батарейки, и я отключился. Проснулся от того, что всё тело затекло. Не сразу сообразил, где я нахожусь, а когда понял — обрадовался. И добровольно отказываться от предоставленной возможности я ни за что бы не стал.

Проснуться рядом со своей валькирией — это уже настоящий подарок. А остальное… Остальное, я уверен, у нас тоже будет. Может, не сразу, но будет. Васина мама ужасно упрямая, но я точно знаю, как её можно переубедить.

Нехотя оставляю спящую Наталью, но всё равно чувствую себя счастливым человеком. Уверен, что, когда она проснётся, то обязательно устроит воспитательную акцию — в этом можно даже не сомневаться. От этой мысли улыбка сама расползается по лицу, стоит лишь мне представить свою грозную валькирию. Наташа такая правильная и строгая, но при этом такая сексуальная, что моё сердце начинает биться сильнее. Наверняка, она и ночью меня выставила бы, если бы окончательно проснулась. Ей явно не стоит давать ни малейшего шанса для лишних раздумий. Всё-таки Наташа абсолютно неподражаема, чем ещё больше притягивает к себе.

Но, как бы мне ни хотелось провести ещё хоть немного времени рядом с Наташей и Васей, позавтракать с ними как вчера и урвать хотя бы один поцелуй, но нужно собираться на работу. Стараясь никого не разбудить, я просто захлопываю за собой дверь, надеясь, что вернусь сюда после суточной смены.

Но я ошибаюсь. Наталья приходит домой очень поздно и выпроваживает меня, даже не впуская. Ни в какую не разрешает остаться на ночь. Чуть ли не выталкивает из квартиры, ссылаясь на то, что дома сын, когда я не желаю уходить. Потом снова моя смена, и снова — отказ.

Мне ничего не остаётся, как ждать Васины тренировки.

— Наташ, ты не представляешь, как я соскучился, — хочу войти, но меня снова не пускают. — Не хочешь, чтобы Вася нас видел, пойдём ко мне, — предлагаю не самый лучший вариант.

— Нет, Паша. Я не могу, — упрямо стоит на своём.

— Вот и я не могу без тебя. Я хочу тебя… Даже, если тебе ещё нельзя, — хотя по всем моим подсчётам, уже давно можно, — я просто хочу быть рядом.

— Нет, всё не так, — отворачивается.

— Что не так? — требую ответа.

— Всё не так. Ты молодой мужчина, и обязательно встретишь женщину, с которой будешь счастлив.

Опять она за своё.

— Я уже встретил… — приближаюсь, но Наталья выставляет руку.

— Другую женщину…

— Да на хрена мне нужна другая женщина, когда мне нужна ты?!

— Эти отношения… Они ненадолго.

— Да почему ты так решила?

— Мужчинам нравятся молодые и красивые.

— Ты молодая и очень красивая.

— Я старше тебя.

— И что?

Наталья молчит, сжав губы.

— Снова очередной муж завёл себе молодую любовницу? — высказываю предположение о её работе.

Наталья кивает.

— По-другому бывает редко.

— Но бывает, Наташ. Можешь мне поверить.

Она поднимает на меня свой взгляд, в котором читается немой вопрос.

— Да, — признаюсь. — Даже далеко ходить не надо. Моя жена, молодая и красивая, как ты говоришь, ушла к любовнику.

— Извини. Я не хотела…

— Думаю, ты должна знать. Я тоже не святой, и у меня есть свои недостатки. После развода на «молодых и красивых» я насмотрелся, но ни одна не зацепила так как ты… Мне не нужны молоденькие пустышки. Они у меня были. Девочки на одну ночь. Они не дают того тепла, что мне нужно. А мне нужна ты, Наташ. Именно ты. Сейчас, сегодня, завтра, всегда… — провожу рукой по её щеке и смотрю в глаза.

Это действительно так. Кровь лавой обжигает вены от неутолённого желания.

— Я не смогу дать тебе то, что ты заслуживаешь, — произносит потухшим голосом.

— А другая, думаешь, сможет? — не могу сдержать сарказма.

— Да.

Смотрю на Наталью. Для себя она уже всё решила.

— И ты вот так легко лишишь нас обоих счастья?

— Паша, какого счастья?

— Самого настоящего. Нашего. Выходи за меня замуж.

Ответить Наталья ничего не успевает, на этаже останавливается лифт, и из кабины выходит Вася.

— О, Паша, привет! — здоровается, и я пожимаю протянутую руку. — А вы чего тут стоите?

— Да вот, маму твою замуж зову, а она не хочет, — «ябедничаю» единственному своему союзнику.

— Мам, ты чего?! — смотрит на мать огромными глазами. — Соглашайся!

— Да, мам, соглашайся, — поддакиваю Васе.

— Живо, марш домой! — осекает сына одним взглядом.

— Сразу домой… — обиженно ворчит Васёк, но незаметно показывает мне большой палец.

Подмигиваю парню, пока Наталья не видит, и кивком намекаю, оставить нас.

Наталья пропускает сына в квартиру и зыркает на меня грозным взглядом. Как же она меня этим заводит!

— Зачем ты ему это сказал? — накидывается на меня.

— Чтобы он знал правду.

— Какую правду, Паша?

Никогда ещё моё имя не звучало так, как произносит его Наталья.

— Эту… — ловлю и жадно целую, наплевав, что нас могут увидеть.

— Мне нужно домой. — Наташа выскальзывает из моих объятий и начинает одеваться, приводя себя в порядок.

Опираюсь на локоть и любуясь грацией и изяществом совершенного тела.

— Ты так ничего мне и не ответила, — напоминаю ей о своём предложении.

Наташа замирает, и я вижу, как опускаются её плечи. Не хочу слышать ответ, который меня не устраивает. Вот что у неё за мания всё портить, когда так было хорошо?! Встаю и надеваю брюки.

— Я не шутил, когда предложил выйти замуж, — оказываюсь рядом. Вдыхаю неповторимый запах, от которого кружится голова, и я понимаю, что не хочу отпускать свою валькирию.

— Зачем тебе это? — встречается со мной взглядом.

— Странный вопрос, особенно от женщины. Не находишь?

— Вопрос вполне закономерный, учитывая, что ты… — замолкает, когда я касаюсь её, убирая с лица волосы.

— Не начинай всё сначала, — останавливаю, догадываясь, что она сейчас скажет. — Мы же не будем, как старшеклассники зажиматься по углам, а спать ты там, а я здесь.

— Паша, я…

— Тебя ко мне тянет. И тебе со мной хорошо. Не отрицай.

— Не буду, — соглашается. — Но…

— Какие опять «но», Наташ?

— Их много.

— Например? Только не надо опять всё сваливать на мой возраст. Мне уже давно за восемнадцать, и я умею отвечать за свои слова и поступки.