Преданная истинная черного дракона (СИ) - Борисова Екатерина - Страница 24

— Спасибо! — я обрываю её тоном, не терпящим возражений. — Этот вариант нам не подходит. Простите!

Я сгребаю многострадальную шубку с прилавка и понуро разворачиваюсь в сторону выхода.

— Идёмте, — говорю устало своим спутникам.

Сондра тяжело вздыхает. А маленький Ноэль воспринимает эту неудачу на личный счёт.

Я вижу, как неестественно блестят его глаза. Он так старался, но не достиг успеха. И это его злит и обижает.

Малыш, — вздыхаю про себя, — сколько ещё будет неудач на твоём жизненном пути!

Берусь за ручку двери.

— Постойте! — голос у драконицы утробный, сильный. — Есть у меня один вариант. Не знаю, подойдёт ли...

— Давайте, — я решительно разворачиваюсь.

— Купить её я не могу, — решительно заявляет портниха. — Но могу взять на реализацию. Под честное слово и десять золотых. Когда продам, отдам вам остальное за вычетом моей комиссии. Идёт?

Она протягивает руку.

— Десять золотых, ваше честное слово, и по одному комплекту зимней верхней одежды каждому из нас троих: мне, Сондре и Ноэлю. Мальчишке также нужны две пары брюк, рубашки и портки.

Тонкие брови драконицы удивлённо приподнимаются, но руку она не убирает.

— Идёт, — она кивает, и мы жмём друг другу руки. — Ну что, Ноэль, марш за загородку и стряхивай своё тряпьё! Розита! Поставь на стол приборы и вынимай из духовки пирог! Хорошую сделку не грех отпраздновать.

Она улыбается нам так открыто и душевно, что у меня в груди растекается мягкое тепло. Словно я встретила давно забытую тётушку.

В небольшой нише находится дверь в кухню. Оказывается, тётушка Пипита владеет ещё и вторым этажом, где живёт сама с помощницей Розитой.

На небольшой кухне под клетчатым тканевым абажуром летают магические светлячки, на грубой льняной скатерти стоят чайные приборы и дымится румяный пирог.

Никто не спрашивает, хотим мы есть или нет. Нас с Сондрой просто усаживают за стол и угощают самым вкусным в моей жизни травяным чаем.

Через открытую дверь мы видим с Сондрой, как Пипита наряжает Ноэля. А её помощница Розита, попутно творя бытовую магию, распутывает его давно нечёсаные кудри, взмахом руки очищает чумазые щёки и шею.

— Готов! — через две четверти часа и пару чашек вкуснейшего чая, мадам Пипита снимает пенсне.

— Огромное спасибо! — мы поднимаемся из-за стола.

Драконица хмурится.

— Куда же вы на ночь глядя?

— Нас ждёт таверна на склоне Пика, — Сондра заметно теряется и опускает растерянный взгляд, — и драконий извозчик без четверти семь. А нам не помешало бы зайти к поставщикам...

— Как интересно, — мадам Пипита опирается локтями на краешек стола. — Так ты Сондра! Дочь Малкольма и Греты Дьюбери! Хорошие были ребята. Что же сразу не сказала?

— Я не... — голос подруги дрожит. Ей неожиданно становится грустно и больно от воспоминаний.

— Ну-ну! — тётушка Пипита поднимается, подходит к Сондре и обнимает её за плечи. — Поплачь. Иногда и это нужно.

Моя подруга упрямо всхлипывает, но голову от чужого плеча не убирает.

— Этот мерзкий Кречет всё никак не угомонится?

— Вы знаете? — удивлённо выдыхает Сондра.

— О, милая, много кто знает! Да только сделать никто ничего не может! Тебе бы чаще спускаться с гор...

— Но как? Почему? — подруга стирает влажную дорожку со щёк. — Чего он на меня так взъелся?

— Не на тебя, — мягко улыбается портниха. — На бабушку твою, на Нэни.

— На Нэни? — выкрикиваем мы хором.

— Ага, — кивает Пипита. — Он же был в неё влюблён! Даже предложение делал, дело к свадьбе шло, а она встретила Арсгольда. Вот с того дня он ни на секунду не забывает про таверну на склоне и про Нэни.

— Чего же он хочет? — вспыхиваю я. — Нэни давно замужем! У неё есть дети и внуки! Она счастлива без него!

Драконица хмурится, окидывая меня недовольным взглядом.

— Была замужем, — поправляет она меня, прожигая кристально чистым, но тяжёлым взглядом.

Я бы хотела соврать, но не могу. Воздух вокруг меня сгущается, вибрирует от странной драконьей магии.

Пипита продолжает.

— И уже давно не нужна там никому...

Я снова киваю.

— Вот Кречет хочет довести таверну до банкротства, чтобы его возлюбленная вернулась спасать внучатую племянницу и расплатилась собой.

— Собой? — выдыхаем мы с Сондрой. — Вот старая пузатая жаба! Да мы ему!

— Не расстраивайтесь, девочки, — подмигивает нам эта удивительная драконица, — своих в обиду не даём! Розита! Зови соседей, будем держать совет!

Ещё через четверть часа крохотная кухня в магазинчике тётушки Пипиты заполняется гостями. Самыми разнообразными.

Первым появляется пузатый господин, в накинутом поверх белоснежного передника ватнике. Он него просто потрясающе пахнет свежайшей выпечкой и сдобой. Он окидывает куски пирога на столе профессиональным взглядом и довольно щурится.

Следом за ним в крохотное пространство влетает невысокая щуплая драконица с корзинками в руках. Удивительно, но в эту снежную погоду в её корзинах зеленеют свежайшие пучки петрушки, укропа и базилика, а сама она пахнет летней свежестью и солнцем.

Потом заходит местный мясник, об этом мне шёпотом сообщает Сондра — её родители всегда вели с ним дела. Он не дракон — простой человек, но огромный. Он вваливается с мороза в одной нательной рубахе, местами выпачканной в крови, и сжимает огромные кулачищи: встретишь такого в тёмном переулке и умрёшь со страху.

С ним вместе заходит худой, удивительно высокий старикашка, ему приходится пригибать голову и опускать плечи, чтобы не доставать до потолка. А из его карманов и отворотов рукавов сыпется самая разная крупа — чечевица, горох и просо. На что недовольно вздыхает Розита.

Последними заходят двое мужчин, по виду которых невозможно определить, чем они занимаются. Степенные лица, спокойные движения, опрятный вид. На их одежде нет ни намёка на профессию, осторожно втягиваю носом воздух, но запахов тоже нет.

Они держатся просто, здороваются со всеми, но кажутся совершенно здесь чужими.

— Итак, друзья, — приветствует всех собравшихся тётушка Пипита, защёлкивая входную дверь в магазинчик на засов. — Я собрала вас здесь по чрезвычайно важному делу! Девочки...

Она протягивает к нам руки, и мы опасливо выходим из тени.

— Сегодня я познакомилась с чудесными девочками — Сондрой Дьюбери и её кузиной.

Она делает многозначительную паузу и наслаждается произведённым эффектом.

Лица всех присутствующих поворачиваются к нам. И я с удивлением вижу на них радость, удивление, сочувствие и участие. Никто не остаётся в стороне.

Кто-то из мужчин даже выкрикивает проклятия в адрес лорда Кречета.

Сондра рвано вздыхает и закусывает дрожащую губу.

Для моей подруги это так неожиданно и трогательно. Что она с трудом справляется с волнением.

— Все мы знаем историю Нэни и семейства Дьюбери. И нам всем было безумно жаль Малкольма и Грету. И каждый из нас хоть раз сталкивался с публиканом...

В ответ раздаётся невнятное рычание. Не то драконье, не то человеческое.

Ясно одно, равнодушных в этой комнате нет!

— Я призываю вас помочь девчонкам! Они оплатили часть своего долга. НО! Как оплатить другую, если в таверну не залетают путники, а если бы залетели, девчонкам нечем было бы их кормить?

Гул одобряющих голосов прерывают тётушку Пипиту.

— И что ты предлагаешь? — раздаётся спокойный голос одного из господинов, пришедших последним.

— Я предлагаю нам предоставить девочкам кредит на первую покупку!

По кухне разливается заинтересованная тишина.

— Сегодня вы собираете им продуктовые корзины с набором продуктов. То, что необходимо в любой таверне. Без экзотики и изысков. Простое меню. Не мне вас учить! А в следующий раз девочки приходят за заказом и оплачивают сегодняшнюю корзину. В третий раз привозят деньги за вторую и так полгода. А ровно в Равноденствие расплачиваются в нами. И там мы решаем, что делать дальше. Идёт?