Королева Шипов. Госпожа Роз (СИ) - Кенли Мэри - Страница 20

Дар был чем-то родным, исконным, будто материнская утроба. У него, конечно, нет личности, но Сейра ощущала привязанность и щемящую нежность, которую излучал Цветок. Для неё он был воплощением любви безотчётной, нечеловеческой, но оттого не менее крепкой.

Ведь Дар выбирал её всегда. В любой жизни – и это, пожалуй, самое удивительное.

— Я не должна была. – одними губами прошептала Сейра, опустив взгляд. – Не должна была отказываться… прости, я всё испортила.

Она знала: Дар неподвластен времени и пространству, ибо исходит от Спящего Вседержателя. Того, кто породил Вселенную. Того, кто защитил их от Острозубой Мглы. Прошлое, настоящее и будущее известны ему наперёд… Если есть в мире сила, способная повернуть время вспять, то только воля Его, священная и нерушимая для всего Октуса.

— Я больше не откажусь. – голос Сейры налился непривычной решимостью. Рваный вздох сорвался с губ, когда она вновь посмотрела на переливающийся Дар.

Цветок загорелся чуть ярче, будто невесомо ободряя Сейру. Он раскрылся сильнее, и в сердцевине показалось небольшое ядро. Алое, будто капля крови.

Сейра медленно подняла его, и Цветок колыхнулся, обдувая её лицо нежным ароматом. Ядро билось на ладони, содрогалось, будто вот-вот разорвётся… Сейра медленно поднесла его к губам.

— Я была клеткой и человеком, заточённым в ней. Была послушной тенью и пыталась бунтовать. Я лишилась голоса и училась говорить заново. Я умерла, хоть в это сложно поверить. И возродилась в своём же пепле. – её слова с каждым разом звучали всё громче.

Под конец Сейра едва не кричала, да так, что горло разрывало от боли. Она остановилась на резком выдохе и прошептала:

— Отныне я стану пламенем. Живым или мёртвым – не столь важно… я прогорю до конца. Сожгу всё, что немило. И на месте пожара взращу цветы. Да будет так.

Ядро прокатилось по языку выше, легко проскочило в горло, а Цветок вспыхнул искристыми звёздами вокруг неё. Сейра видела, видела… Всё и даже больше. Она будто заглянула за грань реальности, и синие глаза её засветились от нового понимания.

Ядро билось в сердце. Ядро слилось с ним. От него протянулись тонкие энергетические капилляры – иглами пронзили всё тело, каждую клеточку, каждый нерв. Магия Дара захватывала Сейру, ложилась под кожу слоем брони. Это было похоже на… дождь. Живительная влага впитывалась в иссушённую почву, заполняла трещинки и нарывы.

Сейра могла оглядеться – и увидеть весь особняк Роз. Стены больше не были помехой, она способна разглядеть всех и каждого, воспарить над Октаэдром и дотянуться до Алого Сияния… Чтобы самолично увидеть, как вспыхнула Кровная грань цитадели.

Сейра раскинула руки, чуть отклонилась назад и едва не закричала. Дар Роузвуд был сильным, бьющимся, почти неуправляемый… от потока энергии её одежда просто сгорела, упала под ноги обгоревшими кусками ткани.

Сейра переступила через неё, распахнув окно. Свежий ветер ворвался в комнату, тонкий луч рассвета вспыхнул на горизонте… и мазнул по алым кудрям девушки.

Её (от природы каштановые) волосы сияли ярче рубина, насыщеннее свежей крови.

«Я была никем. Теперь же чувствую, каково это — быть всем. Цветок вплетает алый шёлк в локоны, бьётся под пульсом нежными лепестками, направляет шелестящим голосом из сердца… Ничто уже не будет прежним. Я избираю новый путь».

Алые локоны чуть завивались, мягкими прядями ниспадали на плечи. Их пушистые кончики щекотали кожу, вызывая приятную дрожь.

Сейра смотрела в зеркало и едва узнавала новую себя. Что-то изменилось не только внешне: внутри неё прорастала упорная, неукротимая решимость. Желание быть лучше, сильнее… Желание цвести ярко, буйно, неукротимо, дабы ни одно пламя не обратило её в пепел.

Отражение было безупречным. Ни единого изъяна на белой коже, Дар сжёг даже тонкие отметины старых шрамов. Но стоило Сейре прикрыть глаза, как она видела совсем другую картину. Бесчисленные раны, покрывающие тело… Синяки. Гематомы. Ссадины. Ушибы. Припухлости в местах переломов. Ожоги. И, конечно, укусы.

«Он кусал меня сильно, оставляя отпечатки зубов. Всегда под грудью… ему нравились отметины с привкусом крови. Иной раз меня кусали так часто, что раны не успевали заживать. Некоторых из них стали шрамами»

Сейра усмехнулась, резко распахнув глаза. Видение растворилось на грани зеркальной глади, будто вязкий ночной кошмар. Она распахнула шкаф и вытащила одно из безликих академических платьев с высоким горлом, юбкой ниже колена и чрезмерно длинными рукавами. Колючая ткань прикрыла её наготу, но буйная магия Сейры тотчас начала оплетать одежду. Подкладка из лепестков роз, пояс из сплетённых ветвей… Контролировать силу было трудно, ибо Дар отзывался на каждое желание Сейры податливо и легко. Так, будто она была связана с ним задолго до своего рождения.

Сейра приблизилась к двери, склонила голову набок. Замки больше не являлись преградой, но в этот раз проход открылся без всякой магии. Сам особняк Роз выпустил её, приветствуя, как новую королеву.

Она прошла по коридору, не глядя на Посвящённых, которые также выходили из комнат. Сейра смотрела только вперёд, а на периферии мелькали тени прошлого. Голодные, израненные, жалкие и изувеченные… Они безмолвно вопрошали, следовали за ней по пятам, отражались бликами в многочисленных зеркалах.

Но Сейра не оглядывалась. Она навсегда оставляла особняк Роз, и впервые была полностью свободна. Несломленная, непокорённая, с Даром, бушующим в венах.

Старик ждал её в центральном зале. Именно там они принесли ритуальную клятву крови год тому назад. Сейра вспомнила собственные страхи, эту глубинную нервозность – и отпустила её, как отпускают горечь, чтобы смело шагнуть вперёд.

— Сейра, избранная наследница дома Роузвуд, озарённая Алым сиянием Кровной грани цитадели. – зычный голос Ирсалиса пронёсся под сводами зала, привлекая внимание Посвящённых. – Я приветствую тебя. Я вручаю в твои руки судьбу нашего клана. Отныне ты – одна из нас. Плоть и кровь твои неприкосновенны, воля твоя непреложна. И пусть мы увидим новый Расцвет под силой твоего Дара.

И в тот момент, ко всеобщему удивлению, Ирсалис склонил голову. То был жест наивысшего признания от престарелого лорда. Дворецкий Райт опустился на одно колено и также приветствовал Сейру.

Посвящённые молчали. Но когда безмолвные поклонились наследнице, остальные нехотя последовали примеру Райта. Фабьен был последним. Сейра видела, как потемнело его лицо от пугающей смеси ненависти, неверия и нежелания. Он не мог представить, что Дар и вправду перейдёт к ней. Фабьен всегда мнил себя самым достойным… Шёл по головам, шёл на любые жертвы – лишь бы достичь желаемого. Но сейчас он вынужден склонить голову перед ней, и это, вероятно, великое унижение.

«До чего же… приятное чувство» — пронеслась мысль в голове Сейры. Она глубоко вздохнула, и искры вспыхнули на кончиках пальцев. С потолка посыпались бледно-розовые лепестки, наполнившие зал нежным ароматом.

Сейра шагнула к Старику и склонилась в ответном поклоне. Наследница не обязана так поступать, но она безмерно уважала лорда. Достаточно сильно, чтобы продемонстрировать это перед всеми.

Ирсалис едва заметно улыбнулся и, наконец, выпрямился.

— Райт. – властно приказал он. – Одари наследницу.

Дворецкий кивнул и тотчас преподнёс Сейре бархатистый футляр. Она медленно открыла его и увидела драгоценные часы. Золотые, искусные, инкрустированные рубинами… Под стеклом, помимо механизмов, виднелись засушенные лепестки цветка. Её собственной сгоревшей розы.

— Носи их с честью и благородством. – проронил Ирсалис, а затем добавил чуть тише. – Гори, но не сгорай. Надеюсь, ты понимаешь.

Сейра посмотрела на него и вздохнула, едва сдерживая щемящие чувства. Этот подарок был… особенным. В прошлой жизни Фабьен получил от Роузвуда сущие безделицы и был крайне раздосадован этим. Ей повезло больше, но в этом везении скрыта горькая ирония.