Королева Шипов. Госпожа Роз (СИ) - Кенли Мэри - Страница 2

Его осанка, манера речи и неторопливые жесты создавали странное, почти торжественное ощущение. Казалось, будто этот человек видит тебя насквозь, а его бледно-зелёные глаза куда острее, чем нож из лавки мясника.

— Ты проснулась. – лорд Роузвуд чуть улыбнулся, смягчив напряжённую атмосферу в экипаже.

Но стоило Сейре кивнуть в ответ, как рядом прозвучал взволнованный женский голос:

— Ты можешь хоть раз вести себя прилично?!

Сейра перевела на неё затуманенный взгляд и едва заметно улыбнулась. Упрёки и тычки от матери были чем-то привычным (скудное проявление родительской заботы). Эта тревожная женщина порой напоминала хищную птицу: такие же всклоченные тёмные волосы, острый взгляд и крючковатый нос. Мать никогда не была красавицей и оттого ещё сильнее злилась на Сейру. Ведь та унаследовала самые выразительные черты загулявшего отца, который (если верить слухам) давным-давно живёт на обеспечении престарелой богачки.

«— Только лицо и было у козла этого… Дрянное лицо!» — шипела мать временами, недовольно зыркая на Сейру. Та, по обыкновению, молчала. Если скажешь лишнее слово – мигом окажешься на улице. А ночевать в собачьей будке — сомнительное удовольствие…

— Прости, мама. – слова инстинктивно сорвались с губ, а потом Сейра осознала всю абсурдность ситуации.

Ирсалис Роузвуд давно мёртв. Мать сбежала из города, прихватив выданные деньги. Да и сама Сейра…

«Погибла в собачьей пасти» — неприятный озноб ошпарил лопатки. Она попыталась ущипнуть себя за руку и зажмурилась от резкой боли. Но… почему?

«Почему это вновь происходит со мной?» — билась в голове до крайности тревожная мысль.

— Тебе плохо? – лорд Роузвуд нахмурился, переводя взгляд на женщину.

— Ч-что вы! Она совершенно здорова… Верно, Сейра?

Её ногти впились в запястье до красных отметин. Сейра поморщилась, закусила нижнюю губу и несмело кивнула, опустив взгляд:

—… да.

Прошлое странным образом смешивалось с настоящим, а воспоминания оживали на глазах, вводя её в пугающее (почти гипнотическое) состояние. Вот сейчас лорд скажет…

— Ей семнадцать, не так ли? Славный возраст для того, чтобы стать Посвящённой.

— Мы очень благодарны, Ваша Светлость… Это большая честь для всей семьи!

Голос матери дрожал, трескался изнутри, неспешно пропуская первые ростки возмутительной гордости. Ирсалис слегка кивнул, вновь переводя взгляд на Сейру:

— Не бойся, дитя. Тебя ждёт великое будущее в Октаэдре.

Она замерла, подняв на него замутнённый взгляд. В тот раз лорд тоже говорил нечто подобное… Карета тряслась, матушка причитала, а Сейра отчаянно хотела вернуться. Сбежать обратно, в хлипкий домишко с протекающим потолком, где всё было таким родным и понятным. Беда в том, что…

«Искры Роузвуд уже выбрали Посвящённых. И я – одна из них»

Как же давно это было… Пять лет назад, верно? В ту пору Сейра не знала, как относиться к словам лорда Роузвуд. Но одно было ясно: она далека от того «светлого будущего», которое он предрёк.

Экипаж тряхнуло в последний раз – и скрипучие колёса остановились. Ирсалис неспешно поднялся со своего места, опираясь на чёрную трость:

— Мы приехали. Можете попрощаться.

Дверь коротко приоткрылась, и Сейра осталась наедине со своей матерью. Прямо сейчас, не сводя с неё взгляда, она отмечала всё до мелочей: дрожащие худые пальцы, обвисший подбородок и тёмные круги под некогда красивыми глазами. Эта женщина казалась измождённой и потерянной, но сегодня её жизнь изменится.

«Мама получит деньги от Роузвуда… Золотые монеты – цена моей продажи» — Сейра стиснула зубы, вновь переживая собственное тоскливое прошлое. В тот день она не хотела идти. Занервничала в последний момент, начала отчаянно упираться… Мать просто вытолкнула её на улицу, презрительно скривив губы.

И спустя время… Сейра всё ещё пыталась найти эту женщину. Но её след растворился на тёмных улицах Срединного города.

— Сейра, ты меня слушаешь?

Щелчок по лбу вернул расплывчатую концентрацию, а с губ сорвался тяжёлый вздох.

— Будь послушной, ясно? Следуй за стариком Роузвуд и не обращай внимания на остальных Посвящённых. Он сказал мне: твоя искра сияет ярче прочих, а значит, у тебя все шансы, Сей! – мать говорила с таким восторгом, словно действительно понимала значение этих слов.

— А если я не хочу?

В тот момент Сейра не узнала свой голос. Он прозвучал тихо, отчуждённо, но очень твёрдо. Быть может… С самого начала она хотела спросить именно это. Задать маме всего один вопрос перед тем, как взойти на эшафот.

Женщина помрачнела. Её лицо будто скукожилось, высекая (такое знакомое) раздражение:

— Никого не интересуют твои желания.

Сейра улыбнулась (неожиданно даже для самой себя). Да, нечто подобное могла сказать только её мать… Эти слова сопровождали каждый этап взросления маленькой девочки. И, в конце концов, они повлияли на её будущее.

Сейра привыкла потакать чужим желаниям и подавлять свои собственные. Ей казалось, что это «правильно», «бескорыстно», «жертвенно»…

«Верно. Я выбрала путь жертвы и умерла на алтаре чужих амбиций, как заколотый ягнёнок» — грустная усмешка исказила губы. Сейра мягко кивнула матери и проронила:

— Прощай. Мы больше не увидимся.

Никаких объятий, ни одного доброго слова. Сейра открыла дверь кареты и на секунду зажмурилась от яркого света. Это место… Сердце невольно забилось чаще.

Старинный особняк, заросший диким виноградом с одной стороны, и плющом – с другой. Тренировочный полигон для Посвящённых, лично возведённый Ирсалисом Роузвудом.

Сейра глубоко вздохнула, лихорадочно собирая в душе все смятенные чувства: жар солнечного света, запах грязи и цветов, невнятное предвкушение… Ладонь легла на шею, проверяя место первого укуса.

Сомнений быть не может – она вернулась в прошлое. Вернулась в тот момент, когда её путь только начинался. Конечно… Сейра могла бы попытаться сбежать прямо сейчас, но в этом нет никакого смысла. Искра Роузвуд выбирает восемь кандидатов с наилучшей предрасположенностью к магии. И она уже была избрана. Отказаться невозможно – беглянку найдут в любом районе Октаэдра.

«Значит… Я могу только идти вперёд»

Пережить эти мрачные годы, чтобы вновь окунуться в кровавое безумие? Сейра неспешно покачала головой, пряча кривую усмешку. Нет, на сей раз всё будет иначе. Отныне… Её желания будут иметь первостепенное значение. Сейра больше не откажется от предназначения, не позволит загнать себя в ту ржавую клетку.

«Восемь. Восемь ростков Роузвуд.

Семь из них завянут, один – станет королевской розой.

Старик Ирсалис часто говорил об этом, но лишь сейчас я поняла… В нашем мире выживает сильнейший. Чтобы стать цветущей розой, нужно, прежде всего, перегрызть корни своим врагам»

— Восемь. Восемь ростков Роузвуд. Семь из них завянут, один – станет королевской розой.

Ирсалис Роузвуд стоял на вершине лестницы, сцепив длинные пальцы в замок. Он взирал на них, на Посвящённых, которые пронесут светоч великого дара через весь Октаэдр к Восьмигранной цитадели. Судьба целого клана решится здесь: за высокими стенами заросшего особняка.

Сейра помнила все слова старика с такой ясностью, что даже сейчас могла говорить с ним в унисон. Он сказал…

— С этой минуты и до конца испытаний – вы будете жить здесь, под защитой семьи Роузвуд. Каждый из вас пройдёт через сложнейшее обучение в особняке. Вам понадобятся выдержка, сила воли и острый ум. Никаких промедлений, никакой жалости к себе. Отриньте все низменные чувства и стремитесь к победе, ибо только решимость способна возвысить человека.

Ирсалис остановился, едва заметно улыбнувшись:

— Мы обеспечим вас всем необходимым. Еда, питьё, одежда и книги... Вас обучат лучшие преподаватели Октаэдра, но помните одно: переступив порог особняка, вы не вернётесь к своей семье. Даже если вас не выберут.