Королева Шипов. Госпожа Роз (СИ) - Кенли Мэри - Страница 12

Вначале Сейра услышала крики. Громкие, отчаянные вопли Посвящённых. Макус яростно молотил древесную паутину перед собой, но грибы нарастали, множились и всё сильнее оттесняли его в угол. Остальные (по большей части) были обездвижены. Одна девочка упала в обморок, тогда как другие отчаянно голосили.

И только Фабьен был свободен и вооружён. Он сжимал в руке короткий нож, напряжённо следя за пульсирующим деревом. Едва завидев его, Сейра скривилась, как от зубной боли. Оно выглядело… до ужаса омерзительно.

Крепкий ствол был оплетён густыми белыми нитями. Они шевелились, извивались, безостановочно двигались, словно длинные личинки. Подходить к древу решительно не хотелось, но Фабьен уже преодолел своё отвращение. Он чиркнул зажигалкой – и ветка вспыхнула.

Сейра на мгновение заволновалась, но огонь почти сразу погас. Его тушили яростные нити паутины: они готовы пожертвовать собой, чтобы защитить носителя. Фабьен выругался, стараясь подойти ближе, но даже ему нелегко было справиться с атакой вёртких грибов.

— Макус, помоги! – вскричал Фабьен, вызывая у Сейры мимолётную усмешку.

Его дражайший друг и сам едва справлялся с натиском паутины… Помочь Фабьену – значит подставиться под удар и получить ранение. Его эгоизм, без сомнений, оставался прежним. Но у Сейры были дела поважнее.

Она увернулась от тонких нитей и нырнула в сторону. Сейчас абсолютное большинство враждебных грибов сосредоточены на Фабьене. Он сделал им больно, он пытался поджечь дерево… Очевидный агрессор среди них обнаружен.

Сейра поняла: у неё есть только один шанс. Пока Фабьен (невольно) привлекает внимание, она может подобраться к самому центру. Там, где на стволе пульсирует масса паутины… Именно здесь следует поджигать.

Её соперник тоже это понял. Фабьен раздражённо воскликнул:

— Не смей, Сейра!

Но она его не послушала. Девушка обежала дерево, ловко отсекая грибные ростки секатором. В тот момент, когда Сейра приготовилась к рывку, рядом просвистел какой-то предмет. Она опешила: Фабьен действительно метнул первое, что попалось ему под руку. Отломанная доска (или нечто похожее) едва не огрела её по спине…

Сейра яростно поджала губы. Он (очевидно) не принимает правила честной игры, но… Из-за этого в глубине души пробуждался безумный азарт. Сейра опустилась на корточки, извернулась и подняла доску. А затем подожгла её, метнув в клубок туго сплетённых нитей.

На краткий миг паутина вздыбилась от боли, издав сиплое, протяжное шипение. Грибы начали бездумно атаковать деревяшку, в то время как Сейра получила несколько секунд для манёвра. Прежде чем Фабьен успел хоть что-то предпринять, она метнулась к сердцевине и вновь щёлкнула зажигалкой… 

Дерево содрогнулось. Писк паутины стал почти оглушительным, нити впились в её руки и ноги, запутались в волосах. Но Сейра, будто не чувствуя боли, продолжала резать их секатором раз за разом. Пожар уже охватил кору, перебежал в густую крону и тогда поток грибов начал иссякать. С каждой секундой они будто теряли силы, истлевали на глазах…

Сейра улыбнулась. Ей было очень больно: запястья ныли, пальцы опухли, на теле пролегли кровоточащие ссадины, а нижняя губа лопнула от натуги. Но поразительное чувство триумфа захватило её с головы до пят, подарив невидимые крылья…

Оказывается, она на многое способна. Оказывается, вовсе не пустое место. Оказывается… Так приятно смотреть на его потемневшее от гнева лицо.

— Потрясающе. Просто потрясающе! – редкие хлопки мистера Райта привлекли внимание Посвящённых.

После тяжёлой схватки ребята собрались в лазарете полным составом. Даже Фабьен получил парочку ран во время испытания... И впервые за долгое время он не улыбался, неприязненно поджав губы.

— Это был непростой противник, однако вы справились общими усилиями… Поразительная командная работа и взаимовыручка! – продолжал восхищаться дворецкий.

— Не все работали в команде. Некоторые просто воспользовались другими. – взгляд Макуса был недвусмысленно обращён к Сейре.

Но она лишь вскинула брови, не отзываясь на его слова.

— Тем не менее, вы очень постарались. – лукаво улыбнулся дворецкий. – Скоро я угощу всех праздничным ужином, а пока что… Выздоравливайте. Собирайтесь с силами. Впереди ещё много испытаний.

Сейра невольно вздохнула. Мистер Райт в привычной для него игривой манере оставил им вязкое чувство тревоги. Казалось, будто сам особняк Роз замер в ожидании новых кровавых преодолений.

Сейра не боялась испытаний, но чувствовала, как сильно изменилась атмосфера. Ледяной взгляд Фабьена, едкие слова Макуса и недовольные шепотки остальных Посвящённых… Древесная паутина сгорела, но тонкие раны от её пут залегли глубоко под кожу. Эти тонкие нарывы чужой зависти, страха и горечи… уже пустили корни.

Сейра смутно припоминала, что нечто подобное случалось и раньше. В какой-то момент все они перестали доверять друг другу. Взаимные обвинения дошли до абсурда: любой взгляд, любое случайное слово могли быть истолкованы неверно. Обвинения в саботаже на испытаниях, гнусные толчки в спину… И только Фабьен по-прежнему оставался связующим звеном между ними. Справедливый и понимающий с виду, но властный и хитрый в глубине души.

Сейра давно свыклась с его змеиной натурой, и всё же… Она никогда не видела Фабьена таким обозлённым. В тот день, когда ей удалось сжечь древесную паутину, он смотрел на неё с хищной неприязнью. Хуже скорпиона, опаснее волка. И Сейра вновь испытала зловещее предчувствие… Оно обожгло лопатки, остывая обугленным следом на коже.

«Что-то грядёт, всё ближе и ближе. То, что кардинально отличается от прошлого» — с её губ сорвался тяжёлый вздох.

С тех пор Сейра сторонилась других Посвящённых. Их злобные взгляды преследовали девочку из трущоб, но она слишком хорошо знала особняк Роз. Запутанные коридоры, секретные комнаты, тёмные места под лестницами… Сейра скрывалась из виду, как только появлялась возможность – и не зря.  

— Гляжу, тебя ноги не держат, пришибленная! – ухмыльнулся Макус.

Он подловил её после очередного занятия и, первым делом, поставил подножку. Сейра упала, больно ударившись коленом, но не издала ни звука. Только посмотрела на него с невнятной горечью. Макус всегда был верным псом Фабьена, однако сдерживался до поры до времени… Сейчас же терпение его лопнуло, и это нельзя назвать случайностью.

«— Любого можно сломать. Главное – найти верные рычаги давления» — однажды сказал Фабьен.

В ту пору глаза его были угольно-чёрными, голодными и тягучими, будто смола. Сейра, помнится, поёжилась, нервно поджала губы, и тогда он рассмеялся как ни в чём не бывало.

«— Я просто пошутил» — произнёс Фабьен, и губы его растянулись в нежнейшей улыбке.

Она поверила, как верила ему всегда. Но то не было шуткой. Просто Сейра осознала правду слишком поздно…

— Чего уставилась, ущербная? – не своим голосом прошипел Макус.

Его пальцы сомкнулись на её тёмных волосах, сжимая до боли.

— Считаешь себя самой умной? Обошла всех с древесной паутиной… Ушлая нищенка! Ты одного не понимаешь: нас больше. Мы ж тебя изведём, рано или поздно.

— Или он изведёт вас раньше. – хрипло проронила Сейра.

Глаза Макуса расширились, а она сразу же вцепилась ногтями в его руку и закричала:

— Помогите! Он меня ударил!

Это можно назвать унизительным методом самозащиты… но на войне все средства хороши. Особенно здесь, в том месте, где любой может напасть на неё. Посвящённые, в каком-то смысле, были неприкосновенными. Их судили только за очень тяжкие преступления… Да и то: наказание не будет серьёзным. А подобные разборки считались детскими играми.

Сейра знала: никто за неё не заступится. Остаётся лишь одно – выбить из них всякое желание продолжать нападки. От её крика Макус отшатнулся. Тем не менее, он не успел отдёрнуть руку, и выглянувший в коридор учитель застал эту некрасивую сцену.