Хранительница источника (СИ) - "Eaterina" - Страница 21

— Девица Тенна, даже знать не хочу, что за мысли сейчас у тебя в голосе, но быстро сделай три шага назад, пока не сорвалась в воду, — оборвал мои мечтания голос господина Дея. — Не имею ни малейшего желания тратить силы на твоё спасение.

Я с виноватой улыбкой выполнила просьбу, хотя ни мгновения не сомневалась, что он просто не позволил бы мне упасть, и в любом случае пришёл бы на помощь.

— Здесь прекрасно, — просто ответила я.

— Даже прекраснее, чем в городе?

— Да. Город — это добровольная темница для людей, а тут — свобода.

— Что ж, ты быстро это почувствовала. Наверное, это неплохо. Время покажет. Но я хотел сказать о другом. Больше в доме заниматься нам не стоит — твоя сила просыпается слишком активно. Будем приходить сюда. Вода — это естественный глушитель магической силы, и близость моря не позволит тебе сотворить нечто опасное.

— А как же тогда тётушка Годиль управляется с водой? — задумалась я.

— Это другое. Капли воды, которые всегда есть в воздухе — ничто по сравнению с мощью океана. Реку можно ненадолго сковать и удержать заклинанием, океан же — лишь на мгновение. Именно поэтому даже магам приходится мириться с неделями путешествий на корабле. Мы можем лишь призвать попутный ветер, да и то следует помнить о том, что за ним всегда приходит буря.

Я задумалась над этими фразами. А ведь и впрямь — во всех книгах, что уже успела прочитать в доме господина Дея, ни один маг не ввязывался в борьбу с океаном. Но, как ни странно, мне опять не было страшно. Вода, ревущая далеко внизу манила всё больше, даже слышались обрывки слов в рокоте волн. Кажется, с тягой к океану придётся бороться не меньше, чем с жаждой узнать тайну Стены.

Мы ещё немного постояли над морем. Затем господин Дей знаком показал, что нужно возвращаться. Так молча и дошли до дома. Только на ступенях он заговорил:

— Тенна, постарайтесь не поддаваться на провокации Адейлы и не пытайтесь в ближайшее время повторять слияние с луной. Нам бы последствия вашего последнего эксперимента исправить. Вы этого не видите, но мне-то заметно, насколько изменился ваш магический фон.

Пришлось пообещать и это, как и многое другое. Не свалиться с обрыва, не разрушить этот дом и не наслать на всё побережье цунами. На мгновение даже возникло подозрение, что именно я была причиной страшного землетрясения в Туманных горах лет десять тому назад, несмотря на то, что жила в нескольких месяцах пути от них.

Жизнь дома быстро влилась в привычное русло — каждый занимался своим делом, создавая уют. Господин Бринуш перебирал и протирал от пыли книги в библиотеке. Помещение было чуть меньше городского, но казалось просторным, а полки с книгами поднимались вверх до самого потолка и, наверное, ещё выше.

Дядюшка Гром и Гонтар часами бродили по саду, в редких проталинках пытаясь отыскать им одним понятные листочки просыпающихся растений. Правда чаще всего им попадались завязанные узлами дождевые черви. Но оба были готовы прямо здесь, не отходя далеко от червяка, поведать, кто и зачем так их причудливо закрутил.

Ромашка наконец показала мне дело рук своих — летние платья. Они действительно получились очень красивыми, хотя и не такими удобными, как мой зимний наряд. Чтобы не обидеть мастерицу, пришлось тут же в одно из платьев нарядиться. До конца дня я услышала немало комплиментов своему внешнему виду.

Благодарить за любезности я не умела, просто смущалась, опускала глаза и что-то невнятно лепетала. Только в подобном платье изображать из себя деревенскую дурочку глупо. Пришлось учиться подбирать правильные слова для выражения своей признательности.

Я своей работы, как и до этого, не понимала и не видела. Просто следила, чтобы в доме всегда бы порядок, а работники господина Дея — язык больше не поворачивался называть их слугами — в свой законный выходной именно отдыхали, а не продолжали хлопотать по дому.

В дни отдыха идти было некуда, ведь вокруг на несколько дней пути расстилались безлюдные земли. Ещё в Седэанелии долгими зимними вечерами господин Бринуш, когда выбирался из своей любимой библиотеки, порой читал нам книги и том, как было всё устроено на этой земле, когда тут ещё жили эльфы. Сейчас эльфов не было, и земля была брошена. Только редкие усадьбы, подобно той, в которой мы сейчас находились, в последние пару сотен лет стали появляться на побережье.

Лишь оказавшись в этом месте, мне стало понятно, о чём говорил господин Бринуш и его книги. Стоило выйти за пределы дома, и меня тут же охватывало ощущение, что я осталась одна во всём мире против грозных сил природы. Но — что странно — меня это не пугало. Я чувствовала, как пробуждается земля после зимнего сна, как расправляют ветви-руки деревья, как открывают свои глаза первые весенние цветы и травы.

Никогда раньше эта живая сила природы не была мне так близка, как в эту весну. Иногда мне даже казалось, что я просыпаюсь вместе с окружающим миром. Росла и сила, которую по-прежнему контролировать мне удавалось плохо.

Я уходила в своё тайное уединённое местечко, чтобы там без вреда для домочадцев дать волю рвущейся наружу магии. Это был небольшой скалистый выступ почти у самой воды. Места здесь хватало ровно на одного человека, словно природа потрудилась специально для меня. Отсюда казалось, что ты летишь над морем — так близко оно было.

В дни больших волн его захлёстывало выше головы, но я уже научилась не только ставить щит, но и создавать своеобразный якорь, который не давал волнам унести меня в море. Заклинания держались очень недолго, их постоянно приходилось обновлять, но море манило и завораживало меня, не давая уйти и заставляя вновь и вновь возвращаться.

Нашла я это место очень странным образом.

В первый свой день отдыха, устав сидеть за книгами, я собралась на прогулку. Наверное, как и в Седэанелии, меня вела магия. Всё вокруг так и было пропитано силой, поэтому увидеть её не получилось. Ноги сами принесли к месту начала едва заметной тропки, но спускаться я побоялась. Просто стояла наверху, недоумевая: что я тут забыла? Собиралась ведь пройтись по лесу. Он мне, с детства привыкшей кормиться от леса и собирать грибы и ягоды, был намного ближе солёного моря.

Но тут снизу донёсся жалобный писк, и я без раздумий полезла через камни. Забыла даже о том, что новое платье могу испачкать или порвать. Что мне в тот миг взбрело в голову, я и после не могла объяснить, но останавливаться не собиралась. Потребовалось всего несколько минут, чтобы оказаться на том самом выступе.

Здесь среди обломков породы сидел котёнок. Шерсть его была ужасно грязной и свалявшейся, по цвету почти сливалась с камнями вокруг. Он был очень тощий и жалкий. Только яркие жёлтые глаза двумя фонарями манили к себе. Последний снег только-только сошёл, земля была ещё холодная, значит, котёнок и голодный, и замёрзший.

— Как же ты сюда забрался, малыш? — неведомо у кого спросила я.

Потом я смогла себя убедить, что сама мысленно себе ответила: «А сама-то!»

О прогулке в этот день пришлось забыть — совесть не позволяла бросить малыша без помощи. В руки он дался охотно и сразу же принялся довольно урчать.

В дом незваного гостя я пронесла тайно. Кто знает, вдруг у господина Дея есть предубеждение против кошек? А так потихоньку приведу животное в достойный вид, приучу к порядку. Глядишь, и не выгонят.

« Пусть только попробуют!»

И опять я была уверена, что эта мысль принадлежала мне, хотя я обычно так не рассуждала. Пожав плечами, потащила найдёныша в купальню — отмывать от каменной пыли. Котик вновь меня удивил — он не вырывался, не орал, спокойно позволил себя отмыть, чтобы продемонстрировать ослепительно белую шёрстку. Потом также спокойно исследовал угол, про который я несколько раз повторила «Ходи сюда!» и довольно пофырчал.

Не подумала я только о пропитании найдёныша — еды у меня в комнате не водилось. Пришлось идти на поклон к тётушке Годиль и просить её сохранить мою страшную тайну.

— Неси его сюда. Будем кормить малыша, — не отказала добрая женщина.