С этой вершины видно мой дом (СИ) - "Eaterina" - Страница 38

Проигнорировав удовлетворённый хмык инквизитора и благосклонно кивнув разом присевшим в поклоне фрейлинам, императрица зашагала к своему рабочему месту. Она была готова к тому, что её надзиратель опять потребует своего непременного присутствия в кабинете, но тот только осмотрел всё, установил очередной блокирующий магию артефакт и вышел за дверь.

- Ваше величество! – тут же подскочил к ней молодой Патин. – Расскажите, что происходит? Дворец весь в волнении, среди людей ходят слухи один другого страшнее. Так и до бунта недалеко!

- Ваше сиятельство, беспокоиться не о чем, - спокойно улыбнулась Тевера. – Небольшое недопонимание с патриархом Тсинаром – это ещё не повод для мятежа.

- Ну да, небольшое, - едва слышно усмехнулся молодой Оноре, но императрица сделал вид, что не услышала его, и приказала:

- Нам надо работать, а то вечером ещё принимать делегацию от восточных соседей. Итак, слушаю, что вы успели разобрать, пока я отсутствовала.

Привычно уже зашелестели бумаги, и Тевера на миг даже позабыла об утреннем происшествии. Только, как оказалось, все остальные прекрасно помнили. Представители герцогств то и дело косились на её величество, точно ожидали чего-то ужасного. Несколько раз они предложили посоветовать просителю обратиться в инквизицию – а вдруг против него кто-то затеял колдовство? Хотя раньше даже посмеивались над этими «воинами Нерождённого». А один раз представитель герцогства Дарун почти прямо заявил, что не может поддержать решение императрицы, потому что оно может быть неугодно храму.

Это оказалось последней каплей. И если все остальные намёки советников Тевера воспринимала как неудачную шутку, то сейчас она всерьёз разозлилась. Отбросила бумаги и, сердито поджав губы, откинулась на спинку своего стула.

- Довольно! – резко бросила императрица. – Я вас услышала каждого. Теперь послушайте меня вы. В Манзокее правит император, но никак не жрецы Нерождённого. И только мне решать, в каких случаях вмешательство храма допустимо, а в каких нет. Жители империи подчиняются древним законам. Согласно этим законам и должно принимать те или иные решения совету. А кто считает иначе, может отправляться домой. В столице немало ещё осталось желающих занять место в малом совете.

Все шестеро разом притихли. Они привыкли видеть немного растерянную девушку, порой удачно трактующую некоторые законы и всегда вроде бы спрашивающую совета у них, будущих герцогов. Преображение этой девушки в императрицу стало для всех неожиданностью, но Тевера вдруг почувствовала удовлетворение от того, что хоть кого-то сумела поставить на место. Наверное, герцоги забыли, каким образом они сумели получить свои титулы, так пришло время об этом напомнить.

- Ваше величество, - осторожно проговорил представитель рода Луенно, - мы вовсе не хотели вызвать ваше недовольство. Просто нас так учили: не знаешь, как решить проблему, спроси совета у жрецов Нерождённого.

- Переучивайтесь, ваши сиятельства, - не поддалась Тевера. – Для начала запомните новую установку: не знаешь, как решить проблему, открой сборник законов и найди схожую ситуацию.

- Да, ваше величество, - разом поклонились советники.

- Ну, а если все проблемы решены, продолжим работать.

Тевера давно не чувствовала себя настолько серьёзной и важной личностью. Казалось, она способна с ходу вершить правосудие и управлять каждым уголком империи. Это ложное чувство превосходства наполняло её до тех пор, пока в кабинет не вошла горничная с подносом, на котором был собран обед для её величества.

- Вам необходимо подкрепиться перед встречей, - без робости пояснила девушка, устанавливая поднос среди бумаг. – Через какое время мне подойти за пустыми тарелками?

Императрица точно очнулась ото сна и торопливо приказала совету:

- Все бумаги срочно подколоть в папки, нерешённые вопросы оставить до завтра. Все свободны.

Быстро перекусив, Тевера вернулась в свои покои. Стайка фрейлин, постоянно сопровождающая императрицу, беззаботно щебетала о появлении новых людей при дворе.

- Ах, при императоре Таубере нам всегда хватало средств и на проведение праздников, и на достойный отдых.

- А сколько интересных мужчин постоянно было при дворе – и аристократы, и послы, и торговые гости.

- Ах, а помните, какое представление давали артисты в прошлом году на день рождения её величества Данины! Бедная её величество! Так её жалко.

Тевера отстранилась от пустой болтовни, потребовав от гвардейцев выгнать всех из её покоев. За тревогами сегодняшнего дня она совершенно забыла о том, что вскоре предстоял ещё один своеобразный экзамен власти. Именно сегодня, первый раз за всё время правления Теверы, ей предстояло встречать посольство другого государства. Сложность была в том, что это были представители одного из восточных эмиратов. Карликовые государства, в которых женщине отводилось одно-единственное место – в спальне её мужа или на кухне, были до сей поры не самым надёжным соседом империи. И Тевера беспокоилась, как послы воспримут известие о том, что теперь дела им предстоит ввести с женщиной.

Рассматривая себя в зеркало, императрица недовольно поджимала губы. Она была молода даже на свой собственный взгляд, что уж говорить о чужаках! И даже платье из необычной переливчатой ткани, украшенное, словно брызгами росы, аленькими сапфирами не делало её важным политическим лидером. В который уже раз девушка пожалела, что не проявила настойчивость и не добилась как можно более скорого возвращения Дантора! Тревожило ещё и отсутствие Наргида, на которого Тевера тоже возлагала немалые надежды в предстоящих переговорах. Однако Лавиша уже несколько раз посылала справиться, не явился ли принц во дворец, и каждый раз получала отрицательный ответ.

- Ваше величество, корону и императорские драгоценности, - осторожно напомнила горничная, заметив, что её госпожа опять погрузилась в размышления.

- Да, конечно, - встрепенулась Тевера. – На востоке уважают тех, кто богат.

Она позволила вдеть в уши тяжёлые серьги и застегнуть на шее ожерелье, покрывшее всю грудь и кулон, подаренный отцом. Браслеты императрица надела сама, осторожно касаясь кончиками пальцев блестящих камней. Когда-то девчонкой ей очень нравилось смотреть на маму в этих украшениях, и мама казалась самой красивой на свете. А сейчас она и сама носит драгоценности, созданные для одной из первых императриц Манзокеи, и прилагает неимоверные усилия, чтобы под их тяжестью держать голову высоко.

Выбивались из общего образа только три тяжёлых кольца, которые хоть магически и уменьшились, оказавшись на пальцах императрицы, всё равно оставались слишком массивными для её тонких рук. Первое – императорская печать, древний артефакт, хранящий в себе частицу крови первого императора. Ещё два – более «молодые» артефакты, один защитный, а второй предупреждающий о наличии в еде и напитках ядов. Сколько Тевера себя помнила, отец всегда носил именно эти три перстня, значит, и ей следовало поступить так, чтобы продемонстрировать послам, что она действительно правительница, а не простая кукла в короне.

В дверь коротко стукнули, показалась зачёсанная голова господина Гилрама.

- Пора, ваше величество, - тихо проговорил он. – Малый тронный зал готов, все собрались. Послы ожидают приглашения.

- Наргид? – коротко спросила императрица.

- Сожалею.

Тевера молча расправила плечи и повелительным жестом протянула руку секретарю. Ей было всё равно, кто станет сопровождать её до тронного зала. Главное, что на троне она будет одна. В который раз одна – без поддержки, без надежды на то, что можно ещё что-то исправить. Она, её секретарь – и инквизитор, о котором Тевера почти забыла, но который не отставал от неё ни на шаг.

Хотелось оправдать Наргида – вдруг с ним что-то случилось, вдруг он занят чем-то важным. Но брат знал, насколько она боялась встречать посольство, и, по крайней мере, мог бы предупредить о том, что не появится. На мгновение девушке показалось, что она вернулась на полгода в прошлое, когда разом осталась одна пред ликом огромной империи. Тупая боль сжала сердце, но тут же отступила.