Я – Легенда! Дилогия (СИ) - Бор Жорж - Страница 72

– Кто ты такой, Святослав Иванович? – посмотрела на меня своими светящимися глазами Варвара. – В этом мире не знают о Хссараш. Даже те, кто уничтожил Пламенеющий совет.

– Не сомневаюсь, что ни один ифр ничего не сказал, – хмыкнул я и получил две пары хмурых взглядов. Отвечать на вопрос слуг Строгиных даже не подумал. Они не могли настаивать. Я и так по всем правилам оказывал им больше внимания, чем должен был. – А значит и вам, рождённым в хладе, о подобном рассказать никто не мог. Думаю, каждый из нас может остаться при своём.

Варвара медленно кивнула и чуть отвела руку в сторону, будто готовилась что‑то бросить. Жест тут же нашёл отклик в моей памяти, и я коротко кивнул. Это было очень странное чувство. Я словно видел некоторые вещи тысячи раз. Жил среди тех, кто их постоянно использовал, так долго, что они накрепко засели в моём разуме. А вот где и при каких обстоятельствах я всё это видел – неизвестно.

– Начинайте готовить землю внутри поместья, – приказал я. – Мне нужно, чтобы вы знали о любой мыши, что попытается пробраться через стены в любую сторону. Кристалл не будет вам мешать, но его присутствие останется.

– Как прикажете, господин барон, – поклонилась Варвара, а следом за ней Демид. Полукровки ифров остались в таком положении, даже когда я ушёл к дожидавшемуся меня Мастеру.

– Поехали домой, – сев на пассажирское сиденье броневика, произнёс я.

– Это куда? – чуть насмешливо поинтересовался командир Святых. – К тем руинам возле кристалла? Или к Федьке доедать шашлык?

– К сердцу баронства, Мастер, – улыбнулся я. – Пока оно бьётся, баронству быть. А где сердце – там дом владетеля.

– Большинство глав великих родов с вами бы не согласились, Святослав Иванович, – задумчиво ответил Мастер. – Многие из них к своим кристаллам ходят только когда нужно их сектор менять или нападение какое‑то происходит.

– А я не говорил про глав великих родов, Мастер, – рассмеялся я. – Я говорил про владетелей. Тех, кто действительно дружен со своими кристаллами и кто знает, что им действительно нужно.

– И вы из таких? – покосился на меня спутник.

– Наверное, – пожал плечами я. – По крайней мере, мне бы хотелось таким быть.

До основной стоянки вооружённых сил моего рода ехали молча. Фары иногда вырывали куски руин или разрушенные стены, но я точно знал, что никакой опасности рядом нет. В голове медленно перемещались тяжёлые мысли и планы на ближайшие дни. Хотелось спать, но ещё не все дела были завершены.

Факел уже понял, что просто так я от него не отстану и сам начал подготовку к работе с первым кольцом концентратора. Грань Земли, которую использовал в своих заклинаниях молодой артефактор, позволила ему частично снять с себя нагрузку. Возле каждой из оставшихся секций Олег успел нарисовать схемы концентрации кристаллической связи. Их оставалось только наполнить, чтобы дать кристаллической связи воплотиться в реальности. Чем мы и занялись.

За три часа монотонной работы кольцо было завершено, и я сразу же ощутил изменения в поведении кристалла. Магический камень будто бы получил возможность более точно использовать свои силы. Словно у солнца появилась собственная линза. Арсенал всевозможных полей кристаллической связи увеличился в несколько раз, а мои возможности в пределах купола выросли вдвое.

– Отличная работа, Олег, – прислушиваясь к своим ощущениям, похлопал я по плечу Факела. – Иди отдыхай.

– А вы как же, ваше благородие? – спросил парень.

– А я тут ещё побуду, – улыбнулся я в ответ. – Посмотрю, что мы тут с тобой наделали.

– А можно… – неуверенно посмотрел на меня Олег. – Мне тоже посмотреть?

– Если хочешь, – не стал я выгонять помощника. – Но не мешай. Что бы не происходило.

– Я вообще с места не сдвинусь, даже если мир начнёт рушиться, – рассмеялся Факел.

Слова парня отдались где‑то глубоко внутри и у меня появилось стойкое ощущение, что я их уже слышал. Причём много раз. Подойдя к кристаллу, сел на землю и привалился спиной к магическому камню. В этот момент подавился вздохом Олег. По всем правилам, я должен был обжечься или получить чувствительный удар молнией. Но этого не произошло. По двум причинам.

Во‑первых, кристалл был мне рад и относился, как к части себя. Это был даже не симбиоз, а что‑то на более глубоком уровне. Будто мы с камнем состояли из одной энергии, которая могла свободно перетекать от меня к нему и обратно.

Второй причиной была созданная нами основа будущего строения над главным источником кристаллической связи моего баронства. Концентратор уже начал работу, и я направил его фокус точно себе в темя. Это было неприятно, но я не знал иного способа выполнить задуманное.

– Господин барон… – страшным шёпотом позвал меня Олег. Глаза открывать не хотелось, и я только поморщился, но парень оказался настойчивым. – Святослав Иванович! Под вами земля светится.

– Так надо, – сухо ответил я.

Некоторое время было тихо. В отдалении переговаривались члены отряда Святых, но внутрь кольца концентратора звуки почти не долетали. Я начал плести первую руну, которая была больше и сложнее привычных для подобных ритуалов магических конструкций.

– Господин барон… – снова прошептал Факел. – Над вами воздух светится.

– Так надо, – повторил я. – Не мешай, Олег.

– Но там нет движения кристаллической связи! – тихо возмутился парень. – Отчего ему светиться?

Я не ответил. Концентрация требовалась полная, а ресурсов разума осталось не так много. По‑хорошему, надо было отложить ритуал на утро, но я опасался, что опять что‑то пойдёт не по плану. А завтра назначена поездка в город с Елизаветой Дмитриевной и мне потребуется всё, на что я способен. Потому что есть шанс встретиться с людьми Овчинниковых, а это риск смертельной схватки или чего‑то похуже. Вроде личной беседы с графом у него дома

– Барон… – в третий раз начал артефактор, но договорить не смог. Я открыл глаза и уставился на призрачный рисунок будущей руны, зависший передо мной в воздухе. Благодаря энергии кристалла, мне не требовалось удерживать эту структуру самостоятельно. Запас кристаллической связи позволял спокойно оценить результаты работы и принять необходимое решение.

– Идеально! – выдохнул я и наконец отпустил напряжённые до предела скобы ритуала.

Со стороны всё выглядело так, будто с безоблачного ночного неба ударила толстая ветвистая молния. Причём, попала она точно мне в голову, на долю мгновения превратив тело в сосуд предельно раскалённой кристаллической связи. Моментальный перегрев создал зону разряжения и сплетённую передо мной руну навсегда затянуло в кристаллическую сеть моего тела. Идеально!

Посвящение одарённых всегда происходило по одному и тому же сценарию. Десятки гостей, множество опытных рунников, кураторы, сопровождающие и целители на каждом шагу. Особенно если речь шла об очень талантливом маге. А если он ещё и к великому роду принадлежал, то опекали его вдвое больше. И при этом все до последнего крестьянина в Российской Империи знали, что первая руна должна быть самой слабой и безобидной.

Нужно это было для того, чтобы молодой маг адаптировался, научился правильно использовать кристаллическую связь и ощущать собственный предел. Если рунник сгорит, то виноваты в этом будут его учителя. А никто не хотел быть виновным в гибели какого‑нибудь княжича. И, в целом, это была правильная стратегия.

Потом маги, на протяжении многих лет, накапливали кристаллическую связь и опыт, чтобы вплести в своё тело вторую, третью и последующие руны. Каждая новая была сильнее, а сам маг становился могущественнее, пока не достигал титула монолита своей грани кристаллической связи.

На этом фоне, мой поступок выглядел полнейшим безумием. Истощённый морально и физически организм, никакой подготовки и никакой помощи. Вместо защищённого заклинательного покоя – голое поле. Вместо простейшей и самой безопасной руны – руна Эскар.

Эскар была одной из сильнейших известных людям рун. Отчасти потому, что с её помощью можно было использовать разные грани кристаллической связи. А отчасти из‑за её структуры, которая позволяла частичное наполнение и множество вариантов адаптации заклинаний. Я получил то, что было мне сейчас нужнее всего – универсальный инструмент.