Битва при Молодях (СИ) - Калинин Даниил Сергеевич - Страница 29

Заодно вот пытаюсь вспомнить, на какие известные мне события похоже все происходящее…

Вообще, царствие Ивана Грозного было очень богатым на столкновение с татарами — без шуток. И без казанских и астраханских татар, идущих отдельной категорией. Нет, речь сейчас прежде всего про крымчаков… Из того, что я помню — причем события последних дней словно бы активизировали мою память (что и неудивительно, да⁈). Так вот, из того, что я помню — это безуспешная осада Тулы Девлет-Гиреем, пытавшимся сорвать поход на Казань. Также это две также безуспешные осады Рязани — в ходе которых дважды отличился Алексей Басманов, будущий свирепый опричник… Оказавшийся удивительно толковым воином и воеводой — что ставит под вопрос его крайне негативный, мрачный образ садиста и маньяка, оставшийся в истории благодаря литературным талантам предателя Андрея Курбского и «обиженного» иезуита Поссевино.

А ведь и в битве при Судьбищах именно Басманов спас положение — остановив бегство уже разбитого полка, да засев с уцелевшими ратниками за засекой…

Точно помню о события 1571-го года — когда сгорела Москва. В тот год крымские татары как-то прорвались к столице — и вступили в бой с русской ратью, обороняющей город. Увы, в самом же начале схватки вспыхнули деревянные посады — а там сильный ветер и сухая погода стали причинами жуткого пожара, охватившего преимущественно деревянный город. Случилось страшное — в огне, в дыму и в давке у ворот погибли тысячи людей; ратники же потеряли в огне весь обоз, коней и большую часть артиллерии… И когда крымский хан развернулся от столицы в родные степи, начав по пути грабить все и вся, уже некому было преследовать татар и отбивать полон.

Если это происходит именно сейчас… Е-мае, это же ж кошмар и катастрофа, на которую я совершенно никак не смогу повлиять!

Но, пожалуй, что самый худший для меня расклад — это битва при Молодях. Ведь в этой «сече» всех стрельцов турки да татары как раз и положили…

А я вот теперь как раз стрелец!

Впрочем, крупных татарских походов было много — вроде бы еще и осада пограничного Болхова (или блин, все-таки Белева?), и какие-то другие походы, о которых мне неведомо от слова совсем… Возможно даже, что часть их не вошли в летописи — или вошли, но летописи эти были утеряны в последующих катастрофах.

В общем, все может быть — но панику поднимать рано. Да и с другой стороны — я, как «попаданец», вообще ни на что не могу повлиять… Я блин, на свои пятки не смог бы повлиять, если бы не Гюргий с прополисом! О чем тут вообще говорить⁈

Впрочем, если вдуматься… Если прям вот вдуматься! То остается еще Ливонская война… Ход которой мне вообще неизвестен. Но!

Но мне известны ее итоги.

Печальные, на самом деле-то итоги. Царь смог добиться лишь падения Ливонского ордена — и, судя по всему, иностранных специалистов в Россию все же начали пропускать. По крайней мере, у Романовых в семнадцатом веке служило значительное число немецких и прочих западных наемников (коих дружно именовали «немцами» за счет незнания наймитами языка!). Вон, даже целая слобода в Москве появилась, знаменитая Наливайка — где Петр Первый встретил роковоху Анну Монс… Но активную нашу торговлю шведы, занявшие устье Невы и все русское побережье от Нарвы до современного мне Питера (а заодно и район Выборга!), нам перекрыли.

Да и без флота на Балтийском море сверхдержаву построить как-то не удавалось… Это не говоря уже о том, что все завоевания в Ливонии пришлось уступить врагам. Потеряв и Нарву, и Юрьев, и… Много чего еще — вот только названия потерянных городов я не помню.

Кстати, смерть Ивана Грозного могла быть также следствием результатом этой войны — если правдива версия о том, что царя «заказал» папский легат Антонио Поссевино. Заказал профессиональным киллерам своего ордена — иезуитским мастерам ядов… Судя по изучению останков последних Рюриковичей — их всех отравили, от мамы Елены Глинской, до любимой жены Анастасии и собственно, того самого наследника… Коего по опубликованной в Литве версии Поссевино, убил посохом Иоанн Васильевич.

Удивительно, что Карамзин писал свои исторические труды основываясь на вражеской пропаганде… Впрочем — он был западником, а это многое объясняет.

Ну а я-то что могу сделать⁈ Как вывезти столь неподъемную для рядового стрельца ношу?

И все же в этом направление действительно стоит подумать. Я ведь знаю про Питер… И про базу флота, и крепость Кронштадт знаю на острове Котлин, и про стратегическое значение устья Невы — где шведы, кстати, в семнадцатом веке построят город Ниен и крепость Ниеншанц.

А еще я слышал, что первую победу на Балтике одержали именно донские казаки. Ведь в шестнадцатом и семнадцатом веках донцы-то наши вовсе не кавалеристы даже — а очень умелые и опытные пираты! Они в свое время крепко кошмарили турок на Черном море — так почему бы им не покошмарить шведов на Балтийском?

Варяжском, если на древнерусский манер! Хотя в старину и Черное было Русским морем…

И тут же память подсовывает мне обрывочные воспоминания про датского капера, нанятого Грозным в ходе Ливонской войны. Вроде бы пиратствовал тот и не шибко долго — зато вполне успешно! Имя его, правда, я так и не вспомнил… Но ведь и не суть! Капер был не наш и базировался в европейских портах — где ему быстро перекрыли кислород. Однако если поставить крепость где-нибудь на Котлине — и там же основать базу наших, казачьих пиратов? Там ведь и европейским кораблем можно будет разжиться, да и не одним…

Проблема тут только в том, что о мореплавании я в принципе ничего не знаю. Но идея рабочая! Тем более, что казаки на стругах по морю ходить привычны — а поморы из Архангельска вроде бы даже небольшие корабли строят. Кажется, их кочами называли… То есть да, возможности и ресурсы есть — вот только как все это реализовать⁈ Я же, блин, новик-стрелец! Ни сотником, ни уж тем более, стрелецким головой в ближайшем будущем мне не стать.

Да и стрелецкий приказный голова вовсе не такая уж большая величина, чтобы свои идеи царю озвучивать…

С другой стороны, у нашего сотника друг — помор. Это я уже и слышал, и видел его воочию. Крепкий, кряжистый, веселый мужик… Может, как-то с ними все это обсудить, улучшив момент? Может, есть какие-нибудь «челобитные», в коих государю реально изложить свою идею, а?

Или же через сотника выйти на самого воеводу⁈ Последний, по слухам, обещал Гольтяеву какой-то «двойной» золотой за очень меткий выстрел… Интересно, кстати — что хоть это такое?

— Слышишь, Сергий… Как думаешь, исполнит-то князь Шуйский свое обещание?

— Какое обещание?

Стрелецкий сотник обернулся к товарищу, вновь вышагивающему рядом. С помора все как с гуся вода — и сабельные рубцы заживают, словно на собаке, особо и не воспаляясь. И потери своих пушкарей он переживает глубоко в душе — не позволяя скорби вырваться наружу. Хотя, Гольтяев давно уже знает пушкарского голову — и ведает, что последний именно в таких вот, безмятежных и отвлеченных разговорах ищет спасения от дурных мыслей… Вот и сейчас помор, разместив своих людей на телегах вместе с тюфяками, сам догнал сотника — ища облегчения в беседе.

— Ну, какое-какое⁈ Двойной угорский золотой… Царская же награда!

Гольтяев невольно улыбнулся, представив на своей шее увесистую золотую монету весом в два мадьярских дуката — почетный дар, что носят на цепочке. С обеих сторон такой монеты отчеканены двуглавые «царские», коронованные орлы — только на одном щите изображен святой Георгий Победоносец с копьем, а на другом же просто единорог… Такой золотой в свое время украсил шею опричного воеводы Дмитрия Хворостинина, командующего ныне передовым полком береговой рати. Его царь наградил за поход на оборону Болхова, случившуюся семь лет назад…

Но спустя всего мгновение улыбка уже пропала с лица стрелецкого головы:

— Монету отчеканят на монетном дворе лишь после обращения князя с челобитной — да уцелеет ли теперь монетный двор, когда крымский хан всей ордой на Москву прет? Уцелеет ли в грядущей сече сам князь? Да и «награждаемому» сотнику нужно как-то вывернуться — и долг свой исполнить, и голову не сложить в первых рядах…