Гвихоль. Том 1. Красные чернила смерти - Шэн Ангелина - Страница 10

Стоило мне спуститься на первый этаж, как почти все неприятные ощущения пропали, но я не стал задерживаться, рискуя нарваться на неприятности, поспешно покинул школу и только после этого снял наушники.

Хоть и совсем немного, но действительно важные сведения я раздобыл. Значит, так… Из новостей я уже знал, к тому же уточнил у школьников, что сначала в школе погибли четверо хулиганов, а уже затем, в доме неподалеку, – две жертвы их издевательств. Странно. И не похоже на совпадение. Вот только обычно первыми умирают жертвы и лишь потом, уже после смерти, мстят обидчикам, утаскивая тех за собой.

Что же случилось здесь? Я почти не сомневался, что в деле замешан злой дух… Или злые духи. Но не понимал как. Кто виновен?

Более того, я узнал, что у двоих убитых – или же самоубийц – есть третий друг, все еще живой. Это походило на везение, ведь теперь я могу попытаться узнать что-то новое уже у него – потому что выяснил название улицы, на которой живет выживший школьник. Именно выживший. По крайней мере, жив он на данный момент. Почему-то я не сомневался, что этому Ким Дохёну может грозить опасность.

К счастью, нужная улица оказалась вполне поблизости, и я добрался до нее за двадцать минут ходьбы. Зайдя в небольшую забегаловку, я спросил у хозяйки, не знает ли она Ким Дохёна, но та не припомнила, чтобы слышала об этом парне. Тогда я пошел дальше и заглянул в небольшой круглосуточный магазинчик, но и там не сумел ничего выяснить. Зато в рыбной лавке на рынке чуть дальше по улице продавщица оказалась знакомой матери лучшего друга Ким Дохёна, Пён Ёнсика, тоже жившего на этой улице.

– Бедный Ёнсик ушел так рано! – сетовала продавщица. – Он же еще даже старшую школу не окончил! Не сдал выпускные экзамены! А ведь такой умный парень был… Такой способный и вежливый…

Продавщица отругала его «безответственную мать», которая не следила за сыном, и тогда к разговору подключилась еще одна аджумма[14] – покупательница, только подошедшая к лавке. Она согласилась с тем, что за детьми, особенно подростками, нужно лучше следить, а не пропадать целыми днями на работе.

– Вот если бы она не ушла от мужа, смогла бы нормально воспитывать сына! – заявила она, и продавщица согласно закивала.

С трудом выслушав их сплетни и даже не скривившись от отвращения, за что мысленно похвалил себя, я сумел выяснить, где живет Ким Дохён, после чего быстро ушел. Еще около десяти минут ходьбы, и я добрался до небольшого одноэтажного дома, скрытого за выкрашенной в зеленый цвет деревянной калиткой.

Та оказалась не заперта, и я без проблем прошел дальше, пересек маленький двор и постучал в дверь. Какое-то время никто не отзывался, и тогда я, мысленно молясь, чтобы Ким Дохён действительно оказался дома и один, постучал вновь, уже громче.

Лишь спустя полминуты дверь все же приоткрылась, и на пороге показался бледный парень лет семнадцати-восемнадцати, лохматый и с темными кругами под глазами.

– Здравствуйте… – напряженно поздоровался, как я понял, Ким Дохён. – Кто вы?

– Меня зовут Чон Донсу. – Я постарался улыбнуться с дружелюбной уверенностью. – Я из полиции, мне нужно задать тебе пару вопросов… Не волнуйся, это формальность, я и сам не особо хочу, но уж такая у меня работа. – Я утомленно вздохнул.

Дохён нахмурился и окинул меня мрачным взглядом, все так же не пропуская в дом.

– Из полиции?.. Тогда покажите удостоверение.

Проклятье, сложно было просто поверить? Да я и сам молодец, не выбрал вариант получше… Намгун Бёль наверняка придумала бы что-нибудь более убедительное.

– Ну хорошо, я не из полиции.

Врать дальше не было смысла, но зато я понял, что Дохён… слишком уж встревожен. Ясное дело, он мог быть опустошенным, горюющим, скорбящим… Но не таким испуганным.

Дохён презрительно фыркнул и хотел было закрыть дверь, но я удержал ее. Сил у меня было куда больше, чем у этого тощего парня, который оказался ниже меня на полголовы.

– Что ты делаешь? – разозлился Дохён, отбросив вежливость.

– Нужно поговорить.

– Не хочу я с тобой разговаривать! Отпусти дверь! Или я вызову полицию!

– Ладно. Можешь вызвать полицию. – Я невозмутимо пожал плечами. – Но хуже от этого будет только тебе.

Я пристально посмотрел в глаза Дохёну, пытаясь напугать его своим тяжелым, уверенным взглядом. Но на самом деле блефовал… Я предполагал, что этот парень чего-то боится, но не знал, испугается ли он полиции.

А в чем я был уверен наверняка, так это в том, что вокруг Дохёна вилась аура смерти. Едва заметная, слабая… Но я уловил ее. Она горечью осела на моем языке и легкой дрожью пробежала по спине.

Странно. И подозрительно.

Дохён напрягся еще сильнее и вжал голову в плечи. Сцепив зубы, несколько секунд он еще выдерживал мой взгляд, но затем отвернулся, зло выдохнул и вновь посмотрел на меня:

– Кто ты?

– Я медиум. И сюда меня привел дух одного из твоих друзей.

Вроде бы ложь, а вроде бы правда. Но раскрывать карты, говоря, что ищу злого духа, я не хотел. Слишком рискованно. А в таких делах риск не всегда оправдан… Хотя порой обойтись без него невозможно.

Дохён округлил глаза, отшатнувшись, и тогда я сумел полностью открыть дверь, но пока не заходил, чтобы не напугать парня еще сильнее.

– Я… – Дохён растерялся. – Я… – Он часто задышал и закашлялся, но быстро взял себя в руки и кивнул: – Про… проходи.

Выдохнув, я вошел и, оказавшись в гостиной, тут же огляделся. На первый взгляд ничего особенного, обычный небольшой дом со светлыми стенами и старой мебелью. Я не заметил ни талисманов, ни сутр, ни статуэток. Даже католических атрибутов защиты вроде крестов не было.

Вот именно: ничего подобного. Я сразу отметил отсутствие какой-либо защиты. Это вроде бы не было чем-то удивительным… И все же, если этот парень знает о злых духах, если знает, в чем причина гибели его друзей, почему даже не попытался оградить свой дом?..

Но в первую очередь меня интересовал не интерьер, а атмосфера… И ей я остался разочарован, ведь не ощутил присутствия чего-то темного. Никаких духов. Даже их следов.

Ничего.

Тем временем Дохён притащил с кухни, скребя деревянными ножками по полу, стул, поставил тот между старым телевизором и небольшим диваном и сел.

– Присаживайся. – Дохён кивнул на диван. – Не хочу, чтобы ты тут задерживался, поэтому не стану предлагать воду или что-то еще. Говори быстрее, что нужно… Родители могут скоро вернуться.

Он был на взводе, но я не стал реагировать на грубость и фамильярность, лишь медленно прошел к дивану, продолжая внимательно оглядываться. Вдруг я что-то упустил?.. Но нет, никакого присутствия злого духа я так и не ощутил.

Зато увидел на стене фото Дохёна с улыбающимися мужчиной и женщиной, наверняка с его родителями, а также еще одно – с двумя другими парнями. Вероятно, с теми самыми якобы покончившими с собой старшеклассниками.

Под сердитым взглядом Дохёна я наконец сел на диван:

– Твои друзья ведь покончили с собой?

– Д-да. – Он зажмурился и опустил голову.

– Хм… Как и хулиганы, которые вас задирали, да?

– Откуда ты это знаешь? – Дохён вскинул на меня взгляд, и в его покрасневших глазах я прочел злость и страх.

– Я же сказал, что медиум, – ответил я так, словно это все объясняло.

– Я не верю в медиумов.

– Но впустил меня. – Я старался говорить спокойно и твердо, не переходя ни на раздраженный, ни на нетерпеливый тон. – Не веришь, значит… А веришь ли в злых духов?

Дохён вздрогнул и кинул короткий взгляд влево. Посмотрев туда, я увидел только проход на кухню, зеркало на стене и тумбу с лежащим на ней школьным рюкзаком.

– Нет, – хрипло ответил Дохён.

– Неужели? – приподнял я брови. – Вообще ни в каких духов не веришь? Тогда скажи, почему впустил меня, стоило мне сказать про дух твоего друга?

Дохён несколько мгновений молчал, нервно заламывая пальцы, и судорожно вздохнул: