Архитекторы террора: Паранойя, теории заговора и антисемитизм во франкистской Испании - Preston Paul - Страница 2

Шестая глава «Убийца на севере» касается генерала Эмилио Молы. Он служил офицером во время африканских кампаний и, судя по его мемуарам, наслаждался их дикой жестокостью. После падения диктатуры Примо де Риверы стал главой испанской службы безопасности и безуспешно пытался помешать установлению Республики. В то время он был начальником Карлавильи и разделял его ненависть к евреям, масонам и левым, которых всех без разбора объявлял коммунистами. Он горячо верил в «Протоколы сионских мудрецов», известную фальшивку о мнимом мировом господстве евреев, и был почитателем трудов Тускетса. Именно из-за своей веры в заговор он, командуя Северной армией, с таким воодушевлением взялся за организацию убийства десятков тысяч мирных жителей.

Седьмая глава «Психопат на юге» посвящена генералу Гонсало Кейпо де Льяно. Он участвовал в колониальных войнах на Кубе и в Марокко и был известен своим буйным нравом, а также безграничными амбициями; для достижения своих целей он проявлял невероятную политическую гибкость. Сначала был монархистом, но посчитал, что король Альфонсо XIII и диктатор Примо де Ривера его недооценили, и в негодовании вступил в ряды республиканцев. Несмотря на успешное продвижение по службе, он опять почувствовал себя обиженным и в 1936 г. в очередной раз переметнулся в другой лагерь. Он принял участие в мятеже и завоевал для повстанцев Севилью; об этом своем достижении он сочинил много героических легенд. На юге он был своего рода вице-королем националистов, руководя жестокими репрессиями в западной Андалусии и Эстремадуре, в результате которых погибло более 40 000 мужчин и женщин. Кроме того, он разбогател благодаря коррупции.

В восьмой главе «Нескончаемая война с заговором» речь идет о том, как Франко и его ближайшие соратники – Рамон Серрано Суньер, давний единомышленник Франко и глава его администрации Луис Карреро Бланко, а также сюрреалист и один из основателей испанского фашизма Эрнесто Хименес Кабальеро – продолжали продвигать идею заговора. Антисемитизм был ключевым элементом, определявшим отношения Франко с Гитлером, и не исчез с поражением Третьего рейха. Франко опубликовал статьи и книгу, разоблачавшие иудео-масонский заговор, и упоминал о нем в своей последней речи за несколько недель до смерти в 1975 г.

У главных героев этой книги много общего. Самое поразительное то, что все они были убеждены в достоверности «Протоколов сионских мудрецов» и верили, что масонство виновно в утрате Испанией империи. Некоторых из них – Франсиско Франко, Эмилио Молу, Гонсало Кейпо де Льяно, Гонсало де Агилеру, Маурисио Карлавилью, Антонио Вальехо-Нагеру, Луиса Карреро Бланко и Эрнесто Хименеса Кабальеро – ожесточил опыт участия в колониальных войнах в Северной Африке. И эти восемь человек, и те четверо, кто никогда не служил в Африке, – Рамон Серрано Суньер, Хуан Тускетс, Хосе Мария Пеман и Энрике Суньер – были воодушевлены кровопролитием гражданской войны. После ее окончания почти все они, за исключением Молы, убитого в 1937 г., и Карлавильи с Франко, которые так и не отказались от своих антисемитских взглядов, изобретательно лгали, пытаясь переписать свое прошлое. Одна из главных задач этой книги – разоблачить их ложь.

Весной 1937 г. в зоне, контролируемой мятежными военными под командованием генерала Франко, была опубликована посвященная ходу гражданской войны книга под заголовком «Война в Испании против большевистского иудаизма» (Guerra en España contra el judaísmo bolchevique)[1]. Это название может вызвать недоумение, поскольку на ее страницах нет упоминаний ни о евреях, ни о большевиках. Более того, в 1936 г. в Испании проживало не более 6000 евреев, около 30% из которых бежали от нацизма и нашли убежище в Республике после 1934 г.[2] Более того, и Коммунистическая партия Испании также была крайне малочисленной. Как же тогда можно было говорить о войне против евреев и большевиков? Тем не менее многие сторонники военного мятежа, произошедшего в июле 1936 г. и положившего начало гражданской войне, придерживались именно такого мнения. Подобное восприятие стало результатом развернутой в годы Второй Республики масштабной пропагандистской кампании, целью которой было убедить испанцев – особенно католиков – в том, что их стране угрожает заговор евреев, масонов и большевиков. За этим не соответствующим действительности образом нации, находящейся на грани гибели, скрывалась более приземленная – и материально выгодная – цель военного мятежа: отмена многих реформ, которые Вторая Республика намеревалась провести ради модернизации Испании. Коалиция республиканцев и социалистов, находившаяся у власти два с половиной года с 14 апреля 1931 г., выдвинула амбициозную программу преобразований в общественном укладе, экономике и образовании, бросив тем самым вызов католической церкви, армии, земельной аристократии, банкирам и промышленникам.

Это вызвало возмущение у правых всех сортов, воспринимавших реформы как посягательство на их традиционные ценности и экономические интересы. В результате правые политические силы и контролируемая ими пресса развернули широкую кампанию по делегитимации Республики. В сознании людей пытались разбудить глубоко укорененные старинные предрассудки, точно указывавшие на пугающего и ненавидимого «иного», которого можно было обвинить во всех проблемах. Этот «иной» стал обозначаться термином «иудео-масонско-большевистский заговор». В рамках этой картины мира целью Второй Республики объявлялось уничтожение христианской цивилизации и ее верной хранительницы Испании. Эта атака якобы была задумана евреями и осуществлена их марионетками – масонами и левыми. В формировании массовой консервативной веры в заговор приняли участие многие. Однако поставить эту веру на службу враждебности по отношению к Республике лучше всего получилось в трудах и лекциях трех ее убедительных проповедников: каталонского теолога Хуана Тускетса, полицейского Маурисио Карлавильи и поэта Хосе Марии Пемана. Тускетс откровенно описал цель таких прямолинейных нападок на евреев и масонов. Поскольку задачей заговора, по его словам, было разобщение, он ясно дал понять, что его усилия направлены на обеспечение единства в противодействии ему[3]. С помощью легко усваиваемой пропаганды он добивался сплочения против воображаемого врага: «Все за одного, без фракций, без культов личности… Привлекательно представленная истина всесильна»[4]. Эти устремления разделяли и Карлавилья с Пеманом.

Таким образом, хотя франкисты в гражданской войне и не боролись за полное уничтожение евреев, антисемитская и антимасонская пропаганда способствовала сплочению сил, враждебных по отношению к Республике. Такой потенциальный антисемитизм правых в Испании не мог не привести к одобрению ими деятельности Гитлера и нацистов. Влияние, которое, как уверяли нацисты, евреи имели в Веймарской республике, сравнивалось с тем влиянием, которым они якобы обладали в средневековой Испании. Выказывалась мысль, что в XX в. нацисты действуют так же, как изгнавшие евреев в 1492 г. католические короли Изабелла Кастильская и Фердинанд Арагонский. Оба эти решения изображались мерой, необходимой для защиты национальных ценностей и интересов[5].

Антисемитизм и идея заговора, организованного евреями с целью уничтожения христианской цивилизации и ее самопровозглашенной заступницы Испании, процветали в клерикальных и правых кругах на протяжении столетий. Однако только после установления Второй Республики в апреле 1931 г. они начали играть ключевую роль в повседневной политике. Крайне правые были полны решимости покончить с новым режимом и его программой реформ. Оправдывая свои действия, они утверждали, что это ведущаяся не на жизнь, а на смерть борьба за защиту традиционных ценностей Испании от скоординированных атак левых и масонов под руководством евреев. Жупел иудео-масонско-большевистского заговора стал удобным ярлыком для огромного числа левых и либералов, которых объединяла их «инаковость» и которых необходимо было уничтожить. Апокалиптический и в то же время упрощенный язык правых и оправдывал узкие групповые цели, и вдохновлял на их достижение. Множество «теоретиков» заговора имели возможность распространять свои взгляды через несколько газет. Наиболее ярые из этих изданий, такие как El Siglo Futuro и El Correo Catalán, поддерживали крайне право настроенных претендентов на престол из карлистской ветви испанских Бурбонов. Однако диатрибы против иудео-масонско-большевистского заговора часто можно было найти и в более умеренных консервативных ежедневных изданиях, таких как монархическая ABC и католическая El Debate.