Паулина. Начать сначала (СИ) - Алеева Елена - Страница 6

— Так у вас есть огород? — надо бы мне оглядеться, а то я даже не знаю, где здесь туалет. А у них и огород имеется.

— Есть… Только мне тапереча там садить нечего, — грустно всхлипнула девочка.

— Альма, слушай, тут такое дело, — потерла нос, чтобы скрыть подкатившие к горлу слезы, — Я сказала, что вы мои племянники. Ну, то есть дети моего покойного брата.

— На кой? — девчушка распахнула удивленные глаза, да так и застыла с ножом наперевес.

— Послушай… Я планирую остаться в деревне, но мне негде жить. А вас, без взрослых отправят в приют. Если же ты мне позволишь остаться с вами, то у нас может получиться вместе перезимовать.

— У вас… нет дома? — снова удивленно моргнула девочка.

— Можно сказать и так, — пожала плечами я, может и хотела бы объяснить ей всю ситуацию, да только сама еще была ни в чем не уверена.

— А староста…

— Со старостой вопрос я решу. Мне нужно твое согласие. Если ты против, я пойму, — тихо произнесла я, не сводя взгляда с малышки.

— Мне сложно… Раньше рядом была бабушка…

Задумчиво дорезая корешки, Альма складывала их во вторую миску.

— Если позволишь, теперь, рядом буду я, — осторожно произнесла.

Я действительно не собиралась пользоваться детской доверчивостью, жилье найти не проблема, рабочие руки нужны всем, а домов здесь много, я даже еще не видела и половины села. Но мне хотелось защитить малышей, наверное, сейчас мне нужно было чувствовать рядом тех, кто придаст мне сил для устройства в новом, неизвестном мне мире.

А малыши были точно такими же потеряшками здесь, как и я сама.

— Просто доверься мне, — с надеждой попросила я.

— Мне страшно… Очень страшно, — она подняла на меня свои огромные, мокрые от слез глаза.

— Мне тоже… — нисколько не соврала я, — Но вместе мы справимся.

Пока Альма занималась нашим обедом, да, вот такой у нас будет обед из травы и корешков, я достала из рюкзака остатки лепешки, яблоко и вяленое мясо, которое так и не попробовала.

— Можно? — подняла на меня изумленный взгляд девчушка, увидев мясные пластинки.

— Конечно, — кивнула я, — если хочешь, можно порезать его прямо в эту… траву. Так, наверное, будет вкуснее.

— Да, я порежу энту пластинку, а ту оставим на завтра, — и в ее голосе было столько непередаваемой радости, словно я целого кабана домой притащила, а не две жалких пластинки мяса.

Бедный ребенок! Я своих в свое время не могла накормить, а уж мясо у нас никогда не переводилось. А тут столько радости. Господи, как жалко то их.

Пока Альма занималась обедом, я таскала воду в бочку для хозяйственных нужд, прежде с трудом ее ополоснув. Пусть будет, мало ли что, я ведь тоже не бессмертная, вдруг заболею. Нет, нет! Даже думать не смей, Полька. А вот за водой для еды все одно нужно будет бегать к колодцу.

До колодца с пустым, от колодца с полным. Хороший фитнес, вот только по сравнению с моим прошлым телом, это не нуждалось в физических нагрузках, тут не сбрасывать вес, а скорее набирать надо.

А еще эти любопытные взгляды, видимо разнеслась весть о моем прибытии, вот и повылазили все поглазеть на новопришиленку.

— Давай, краса, помогу, — стоило мне остановится и отдышаться, рядом оказался добрый молодец.

Косая сажень в плечах, темные кудри, лукавый взгляд…

— Да я уж, как-нибудь сама, — окинув его оценивающим взглядом, снова подхватила ведро и на трясущихся ногах поплелась в сторону дома.

— Тяжко ведь, — задумчиво произнес парень, судя по всему, не ожидал моего отказа.

— А ты только сейчас понял, что мне тяжело? Не десять ведер назад? — усмехнулась я.

Неужели эти лбы думали, что я не приметила, как они «забивались» на спор у соседского забора?

— Так можа…

— Половину мне, — снова остановилась я. Хотя, сомневаюсь, что спорили на деньги, их тут, по-моему, ни у кого не водится.

— Половину чаво? — изумленно взглянул на меня парень.

— На что забились? — напрямую спросила я, некогда мне тут политесы разводить.

— Так на бутыль первача, — улыбнулся парень, а я снова окинула его взглядом.

Одет лучше своих дружков и сапоги вон из мягкой кожи и рубаха не заношена, да и штаны не штопанные.

— Выиграешь спор, отдашь мне полбутыля, — с вызовом улыбнулась и оглянувшись, заметила, как ржут его дружбаны.

— И чаво ты с ним делать-то будешь? — заржал добрый молодец.

— А это не твоего ума дело, — пропустила его укол мимо ушей. В хозяйстве все пригодится, даже самогон. Для растирания, например.

— Так это… мы ж на всех опосля… — поняв, что я не шучу, задумчиво почесал макушку парень.

— Тогда принесешь мне по горстке всех семян, что у матери твоей есть и вязанку дров, — если я не ошибаюсь, в этой семье точно не голодают. И от одной вязанки не обеднеют, а мне детей сегодня купать, да и постирать не мешало бы.

— И откеда ты такая взялась? — прилип взглядом к моим губам, — По рукам.

Я отошла от ведра и рукой указала на него парню.

— Когда долг-то нести? — игриво поинтересовался он и я даже не сомневаюсь, о чем он сейчас думал.

— Вот как стемнеет, так и приходи, — забрала у него ведро и послав воздушный поцелуй, закрыла за собой дверь.

А дома меня уже ждал обед. Альб сидел за столом, а Альма раскладывала по тарелкам траву.

— Привет, хозяева, — бодро произнесла, поставив ведро рядом с печью, ну, чтобы дважды к бочке не бегать, а в котелок больше не войдет. Именно этот котелок я планировала использовать для кипячения воды.

— Ой, а что это такое вкусное у нас? — траву Альма заправила, чем-то вроде соуса и теперь салатик пах очень аппетитно, или это я просто проголодалась.

Рядом стояла миска с тонко нарезанным вяленым мясом, с которого не сводил взгляд малыш, но так и не смел притронуться. Оставшуюся лепешку, которую все еще можно было есть, Альма поделила на три ровные части, как и спелое яблоко. Вот такой нехитрый обед, аж сердце кровью обливается. Ах, да, на столе еще стояла кринка с чем-то ароматным.

— Энто взвар, ягоды сушеные оставались… Немного… У тетки Лавини все утро в печи настаивался. Она иногда позволяет пользоваться ее печью, — тихо произнесла Альма, разливая по глиняным кружкам напиток.

— Ну, что? Налетай, — скомандовала я и попробовала салат, правда, не сразу у меня вышло захватить его деревянной ложкой, чем я не мало рассмешила малышей.

— Почему мясо не едите? — я не собиралась прикасаться к мясу, переживу, а малышам нужно есть.

— А вы? — осторожно спросила Альма.

— Я с зимы закормлена, — отшутилась, продолжая есть салат.

Ребята смущенно переглянулись и не сговариваясь посмотрели в мою сторону.

— Так дело не пойдет. Вот, это тебе, а это тебе, малыш, — я шустро разделила мясо поровну и разложила по тарелкам.

— А взвар и правда очень вкусный, даже сладкий… Сахар или мед? — это было не праздное любопытство.

— Нет… Энто сушеный сладкий корень. А мед есть только у дядьки Симона, но его слишком мало и только для продажи, — пояснила повеселевшая Альма.

Уж не знаю, наелись ли дети в этот раз, но очень на это надеюсь.

Глава 8

А после обеда мы пошли осматривать огород… и не только. Знакомая мне будка туалета стояла не далеко от дома. А вот огород был небольшим, не знаю, как у соседей, может здесь и не положено было иметь много земли в личное пользование. Однако, порадовало, что здесь росли плодово — ягодные кусты и даже несколько яблонь.

— Перекопать надо, — вслух подумала, осматривая землю.

Грядок здесь не было, судя по всему, садили все друг рядом с другом. Хотя, что садили-то? Репу да зелень?

Если я не ошибаюсь, то сейчас еще не поздно посеять семена. Их бы прорастить, но времени уже нет. Если тот парень… Черт! Я же даже не спросила его имя! Да и ладно. Если он принесет мне семена, можно лишь понадеяться на удачу, авось, что — то и взойдет.

Так же, на заднем дворе имелся курятник, стайка для скота и сарай. Правда, сейчас все это пустовало, ну, кроме сарая, там хранились какие-то инструменты, необходимые в хозяйстве. Вилы, лопаты, топоры…