Небесный всадник. Том 3 (СИ) - Кири Кирико - Страница 25

Возможно, поэтому они боялись нас. Мы не были людьми в чистом понимании этого слова и могли прорвать ту самую плёнку. А за ней… были ли они когда-то людьми, раз так на них похожи, или просто разновидность, как эльфы или орки — не важно, когда меч рубил их одинаково легко.

Едва я попал в стазис, одна спрыгнула мне на плечи, другая повисла на руке, пытаясь содрать доспехи, а третья приземлилась прямо передо мной и попыталась воткнуть свои когти мне в глаза прямо через щели забрала.

Они уже скребнули по металлу, когда я вернул себе способность двигаться так же быстро, и обе её конечности после взмаха упали на землю.

Тварь не успела взвизгнуть, как я вырвал руку из хватки её сородича, которая всё так же продолжала пытаться сорвать доспех, схватил тварь на спине и, резко нагнувшись, швырнул в неё другую стужу. Взмах мечом — и стужа сбоку была перерублена наискосок от плеча до бедра ровно на две половинки. Шагнул к тем, что ещё были на земле, и нанизал обоих на меч. Воткнул один раз, обернулся и махнул мечом, перерубив другую.

Они точно не были воинами. Магами — да, телепатами — тоже, но не теми, кто сражается в первых рядах. А значит, они действительно хранили там то, ради чего были готовы отдать жизнь. И теперь мне самому было интересно взглянуть, что это.

Меч вошёл в тело, с хрустом перерубая кости, хлынула кровь, и последняя тварь упала к моим ногам. Пардон, не последняя — я окинул взглядом небольшое поле боя и заметил раненую тварь, что ещё пыталась уползти. Подошёл, перехватил меч и воткнул ей прямо в голову. Вот теперь точно всё.

На этом со стужами в этом помещении было покончено. По крайней мере, я больше не чувствовал никаких ментальных барьеров, криков или повизгиваний самих тварей. Теперь тишину нарушал лишь вой из туннеля, что был впереди. Как говорится, локация была зачищена, можно двигаться дальше.

— Ну вот! Пусть и чуть-чуть, но мир стал чище! Мы молодцы! — улыбнулась Аэль, не показывая ни тени волнения или сомнений. — А теперь идём, посмотрим, что они защищают.

И шагнула в сторону уходящего вглубь туннеля, откуда доносился странный вой.

Как глубоко мы забрались, интересно? Наверное, уже на почтительную глубину, потому что лёд приобрёл свой чистый синий цвет. Но куда больше меня волновало, что именно скрывалось на этой глубине вдали от чужих глаз? Настолько важное, что даже стужи предпочли умереть, перекрывая нам проход дальше?

Судя по всему, мы скоро сами это увидим, потому что с каждым нашим шагом вой становился всё громче и, как бы странно это ни звучало, менее отчётливым. Как будто размывался, как бывает с музыкой, когда включишь на полную громкость, но слышишь лишь скрежет и крики.

Через минуту мы были на месте.

Я назвал это место муравейником? Не знаю почему, но теперь мне хотелось назвать его термитником. Не в каком-то уничижительном плане, а именно в смысле масштабности, размеров этого грёбаного места.

Мы вышли к главному залу, не иначе. Реально огромный, уходящий вниз на пару десятков метров, словно сделанный не кем-то разумным, а временем без каких-то чётких граней и ровных поверхностей. Он напоминал мне чем-то поры внутри костей. Узкие переходы, балкончики, норы и туннели, которые были повсюду. Того глядишь, ещё и реально термиты выползут.

Сверху вместо крыши был голубой лёд, через который пробивался дневной свет. Мало этого, стена напротив нас тоже была из льда, да только за ней была, кажись, уже вода.

Но всё это меркло по сравнению с тем, что было на самом дне.

Сотни тел не только животных, но и людей, некоторые целые, но большая часть уже нет, были сложены на самом дне в кучу, словно огромное кровавое гнездо. Но даже не это приковывало взгляд, а то, что находилось в центре этого гнезда из ада.

И… я не знаю, что там находилось, потому что оно испускало какой-то нереально яркий свет, не давая себя разглядеть. Но это было точно что-то маленькое по размерам, как будто солнце в миниатюре. Мало того, от этого солнца вверх поднималось какое-то световое энергетическое торнадо, как раз-таки и создающее тот самый вой.

— Аэль, что это? — тихо спросил я, глядя на это.

— Какой-то артефакт, — так же тихо ответила она.

— Я это уже понял. А что конкретно?

— Не знаю. Но надо спуститься и посмотреть.

Я огляделся.

Куча нор, куча переходов, словно их делали какие-то насекомые. Стужи, кстати, можно считать за насекомых? Нет, не в ту сторону думаю. Меня это место смущало совершенно другим: мы сейчас на самом верху почти что и в случае опасности можем просто бежать обратно. А спустись вниз, окажемся в западне, где со всех сторон на нас будут нападать.

Причём наше появление точно не осталось незамеченным. Наверное, именно поэтому здесь так тихо и спокойно — нас ждут.

— Мне кажется, что это плохая идея. Это всё похоже на ловушку, — предупредил я.

— Да. И если это так, то она уже давно захлопнулась, — кивнула Аэль. — Поэтому нет смысла сейчас беспокоиться об этом.

— Может, мы пока и не вошли в неё, — не согласился я.

— В любом случае, надо спуститься к артефакту, — с самой серьёзной мордахой произнесла полторашка. — Его нельзя оставлять здесь, в руках тварей, которые создают монстров. Потом хлопот не оберёмся.

— Мы не оставим. Просто позовём подмогу и вернёмся. Не дай бог что, и это место станет нашей могилой. И никто тогда вообще не узнает о том, что здесь происходит.

— Не станет, — ободряюще улыбнулась Аэль. — Стужи нам не противники, ты один их отлично убиваешь, а вместе мы порубим их на салат. Креатур тоже сможем свалить, а если что-то крупное, то просто отступим в туннели, куда он не протиснется. Преимущество на нашей стороне.

— Я бы не был так уверен в этом. Если они навалятся всем скопом, нас задавят массой…

— Мы встретили всё сопротивление, что они могли нам противопоставить.

— Но не знаем, сколько осталось и что они приберегли на конец.

— Ты не понимаешь, Самсон, самого важного, почему мы должны рискнуть, — Аэль указала пальцем на маленькое солнце внизу, что создавало энергетический вихрь. — Он явно очень мощный и здесь неспроста. Покинув это место, мы можем не найти дорогу обратно сюда, как это вышло с Ирис, и тогда упустим шанс, а последствия могут быть о-о-очень страшными. Надо действовать сейчас, пока мы рядом и способны до него дотянуться, ведь другого шанса может и не выдаться.

Полторашка вышла на ледяной балкон, обернулась и улыбнулась.

— Идём, покажем им, насколько страшны в гневе всадницы… то есть всадники… то есть…

— Страшны мы, — вздохнул я, шагнув за ней.

— Именно!

Это был риск, бесспорно, и тем не менее было глупо отвергать аргументы Аэль. Мы дошли до самого конца, и вряд ли они не пытались всеми силами нас остановить. При этом, если сейчас развернёмся и уйдём, они запросто могли его перепрятать, и потом ищи-свищи. И всё — шанс упущен, и одному богу известно, какую опасность он несёт и что потом сделают с его помощью.

Вариант Аэль — это риск, но риск, оправданный тем, что это мог быть единственный шанс. Уйдём сейчас — можем упустить момент. Нападём… в конце концов, никто не говорил, что работа будет безопасной, а смысл всадниц как раз и было разбираться там, где обычные люди струхнут. Правда, сейчас у нас драконов не было…

Аэль вышла на небольшой балкон вдоль стен с округлым покатым краем и, держась от него подальше, двинулась вперёд. Мне оставалось лишь следовать за ней. Спрыгивая на другие балконы и по тем ледяным мостикам, которые были перекинуты, словно паутина, мы медленно и верно спускались, пока не достигли дна.

Кровавый алтарь — иначе это место теперь не назвать. Кучи трупов разной степени сохранности, чья кровь залила весь пол и уже сама превратилась в лёд. А на вершине кучи какой-то постамент со светящимся шаром, который и был источником и света, и этого торнадо.

Я огляделся.

— Аэль… — шёпотом позвал я.