Небесный всадник. Том 3 (СИ) - Кири Кирико - Страница 15

Та же Эллианора (а она была лучницей), случайно заметив, сказала, что это просто мусор, а я сам позорище, бросающее тень на доброе имя лучников, на которое смотреть противно. Но с этой сучкой и так всё ясно, я и не ждал чего-то хорошего. А вот Флория (тоже лучница), наоборот, проявила интерес. Сказала, что это очень интересный вариант, вряд ли, конечно, подойдёт для дальнего боя, и, тем не менее, попросила потом дать обратную связь, насколько с ними удобно.

Другие реагировали или никак, или скромным комплиментом. Единственная, кто показал восторг, — Аэль, которая бегала вокруг и говорила, что это очень круто. Но, боюсь, ей что угодно покажи, и она будет говорить то же самое. Полторашка даже постреляла из них: выбила яблочко на манекене и ногу у бедной служанки. Оставалось лишь посочувствовать ей, когда Серафина вылетела и вызвала её на разговор.

Как бы то ни было…

Драконов — красного Аэль и моего серого — уже вывели на площадь, подготовленных и собранных к патрулю. Оставалось лишь проверить ремни повторно, так сказать, провести предполётную подготовку.

— Полетим от края до края! Это очень классно! А ты видел уже ледяное море? Мы до него, конечно, не долетим, но всё равно будет интересно! Мы же тогда полностью пролететь границу у холодных земель от края до края не смогли, а теперь пролетим! О, я тебе одно место покажу, там мы всегда останавливаемся на ночёвку, там руины старого замка. И там всё разрушено, только стены остались, но главный зал цел, и там камины, который…

Я слушал вполуха, проверяя ремни, после чего забрался на дракона, и даже в нём она продолжала болтать без умолку. Тишина настала лишь тогда, когда мы поднялись в небо — там она физически не могла перекричать встречный ветер, хотя я бы и здесь не делал утверждений. Никто не мог запретить Аэль подлететь максимально близко передо мной и кричать.

Так начался наш перелёт. Сначала через половину империи до северо-западного края, и оттуда уже вдоль границ на восток. По пути до границы мы сделали первую остановку, переночевав в какой-то лощине, укрывшись от поднявшейся метели. А на следующие сутки ко второй половине дня мы были уже на границе.

Да, холодные земли уже не поражали так, как в первый раз. Всё так же красиво, всё так же умиротворяюще, но вау-эффект уже пропал.

Я скользнул взглядом по горизонту, после чего обернулся к Аэль, которая активно жестикулировала мне, показывая направление. Как выяснилось, она всё никак не могла угомониться со своим разрушенным замком, который стоял где-то рядом.

Ну как где-то рядом…

Где-то в часе полёта от края границ, глубже в лес, было два холма, и на склоне одного из них стоял давно заметённый и заросший скелет замка. Он даже терялся среди серого голого леса, и разве что острый глаз небесной всадницы мог его сразу заметить.

Там мы и приземлились на свою вторую ночёвку. Сели прямо во дворе, после чего Аэль повела меня внутрь.

— Вот здесь был холл. А вон те лестницы вели наверх, в покои, но сейчас там ничего нет.

Ну логично: тут второй этаж как срезали, а весь первый был завален обломками.

— А вон там раньше были подвалы с темницами, погребами и тайными комнатами для совещаний, но их завалило и затопило. А тут был проход на кухню. Здесь была лестница на второй этаж, там выше был открытый сад. Представь, сад прямо в замке! А вот там можно было подняться в хозяйскую спальню. О, а вот и главный зал с камином!

Аэль вывела меня в зал, где остались только стены, по факту. Повсюду были куски камня и балки, на которых чёрт ногу сломит, но у дальней стены, прямо напротив камина, кто-то заботливо расчистил место, сделав даже что-то типа навеса. Я даже подозреваю, кто именно.

— Вот! — гордо указала она на него. — То самое место, о котором я говорила! Нравится?

— Да, уютно… — протянул я, оглядываясь. — А откуда ты так много знаешь про этот замок, Аэль?

— Так я жила здесь, — ответила она, после чего округлила глаза. — А я тебе не сказала? Я жила здесь. Это мой замок и мои земли. Но, к сожалению, когда я ещё была маленькой, мой отец сцепился с соседом, и была война.

— Император не вмешался?

— Не-а, — беззаботно покачала она головой. — Мы воевали, сражались, но по итогу нас победили. Замок разрушили, отца убили и брата, часть людей из деревень забрали к себе, а нас с матерью и сёстрами оставили с тем, что осталось. Правда, они сейчас все уже умерли… — грустно пробормотала она, но потом вновь засветилась улыбкой. — Однако наш род не сгинул, и эти земли до сих пор наши! Так что я маркиза Кронделфорт! Хозяйка замка! Добро пожаловать, будь как дома!

Война между соседями? Нет, такое действительно случалось, но междоусобицы — это всегда удар по империи, а потому за подобным старались следить. Нет, мелкие столкновения между баронами и максимум виконтами действительно были. Со сражениями и осадами, как положено, но это было скорее исключение и выяснение отношений нередко даже не между ними, а между теми, кто выше. И всё это всегда под взором остальных.

А вот серьёзным людям, как маркизы, такое бы просто не позволили сделать, решили бы на берегу. Если надо, вмешивался император, который разнимал драчунов, становясь арбитром в споре. Но это если до него вообще такое дойдёт, потому что был ещё совет аристократов, который помогал решать такие дела, и император вмешивался, если они не справлялись.

Другими словами, им позволили сразиться. Зачем? Почему? Это вопросы к императору и совету аристократов, и не этим, а тем, кто был до. А они уже в могиле. Я бы предположил, что или эта междоусобица была выгодна, или они не смогли разрешить спор. Как бы то ни было, но выглядело это грустно. Ещё грустнее было смотреть на Аэль, которая радостно оглядывала руины, будто вернулась домой…

Хотя стоп, она же и вернулась домой…

Как бы то ни было, теперь я хотя бы понимал, чего она так стремилась по пути заскочить сюда.

— И что стало с вашими врагами?

— Ничего, — пожала она плечами.

— Вообще?

— Они победили, конфликт был улажен, всё возмещено.

— Даже когда ты стала всадницей?

— Да.

— И у тебя не было мысли вернуть им должок? Ведь ты была небесной всадницей, могла бы просто отомстить, и никто бы слова тебе не сказал. Все бы понимали, почему и за что.

Аэль взглянула на меня и странно улыбнулась.

— Мир был уже заключён, Самсон. Представь: документы подписаны, всё заверено свидетелями, проходит пятнадцать лет, и на них налетает дракон. Ты знаешь, что сражения заканчиваются после заключения мира?

— А ещё, что месть всегда сладка.

— Я не пробовала… — вздохнула она так, будто была действительно расстроена тем фактом, что ей не удалось вкусить радость мести. — Но! Когда я уйду со службы, обязательно отстрою его! Отстрою и замок, и деревню! И всё будет ровно так же, как и было! У меня даже чертежи есть, те самые! Можно будет построить всё камень в камень!

— Это… круто…

Как говорят, чужая душа — потёмки. У неё отца убили, разрушили дом, у неё есть сила и власть отомстить, но в итоге… она просто оставила всё. Отомстил бы я? Ну, конкретно в данной ситуации я бы отомстил, но тут был очень важный вопрос, который как раз и мог быть ответом…

А кто начал первым?

Вопрос вертелся на языке, но я его не задал. Просто потому, что решил, что это не та тема, которую надо поднимать сейчас, когда Аэль с таким энтузиазмом разводила огонь в камине. К чему портить вечер вопросами, на которые, возможно, не хотели давать ответ? Ведь хорошо сидим: пошёл крупными хлопьями снег, начал выть ветер в пустых стенах разрушенного замка, а тут жарит огромнейший камин, защищая нас кругом тепла.

Не сказать, что вечер был прямо прекрасный — Аэль, как бы я хорошо к ней ни относился, просто не могла молчать. Она говорила и говорила. Начинала хрипеть, хлебнёт чая и продолжает. И ладно бы что-то интересное, но ведь она говорила обо всём и ни о чём одновременно. Кажется невозможным, но до тех пор, пока ты не встречаешь подобную «Аэль» в своей жизни. Она даже, засыпая, не могла молчать!