Любовь сильнее любой тьмы - Шелли Лана - Страница 5

Я переставляла ноги уже на автомате, когда впереди вдруг мелькнуло что-то тёплое, оранжевое. Костер!

Сердце подпрыгнуло. Неужели люди?

Я прибавила шаг, почти побежала. И точно: у огня сидел человек. Пожилой мужчина с длинной седой бородой, в сером длинном плаще. Он спокойно нанизывал грибы на прутики и жарил их над углями. От костра тянуло теплом и дымком — так уютно, что у меня глаза защипало.

— Можно к вам? — Я вышла из темноты, и мой голос дрогнул. — Пожалуйста... мне очень нужна помощь.

Старик поднял голову. Глаза светлые, цепкие — сразу видно, такой мимо мелочи не пропустит. Оглядел меня с ног до головы, хмыкнул:

— Ничего себе ты набегалась, милая. Садись, чего стоишь. Грейся.

Я плюхнулась у костра, руки к огню протянула — пальцы трясутся, не гнутся совсем. Он покопался в мешке, вытащил шпажку с грибами и сунул мне прямо в ладони.

— Жуй давай. Потом разговоры разговаривать будем.

Я впилась зубами — горячо, дымом пахнет, лесом. Проглотила, почти не жуя. Даже вкуса не разобрала.

— Вкусно? — усмехнулся он.

— Ага, — кивнула я с набитым ртом и только потом спохватилась: — Я — Флавия. Спасибо вам. Спасибо большое.

— Венседе, — старик раскурил трубку, с наслаждением затянулся. — Старый бродяга. Брожу по белу свету.

— За мной что-то гналось, еле ноги унесла. А теперь заблудилась совсем.

Он выпустил струйку дыма, прищурился:

— Кто гнался-то? Волки? Медведи? Иль еще кто пострашнее?

— Нет... — Я замялась, но сказала: — Тень. Не знаю, что это. Большая, с когтищами... А запах от неё — гнилью, хоть нос затыкай.

Венседе поперхнулся дымом, закашлялся. Уставился на меня уже по-другому — внимательно, с тревогой.

— Гнилью, говоришь? — переспросил он тихо.

— Да.

Он долго молчал, смотрел в огонь, потом снова затянулся — глубоко, с хрипотцой.

— Слыхал я про такое, — сказал наконец. — Тени эти... Они у старого дуба собираются, на опушке. Что им надо — не знаю. И знать не хочу. Ты, главное, держись оттуда подальше.

— А как мне выбраться? — в голосе зазвенела надежда.

Он махнул рукой в темноту:

— Тропинку видишь? По ней ступай. Светлячки выведут. Только никуда не сворачивай, слышишь? Ни за что. А то не на зверей нарвёшься — на такое, что и не снилось.

— Спасибо, Венседе.

Он молча кивнул, затянулся ещё раз — и вдруг тихо захрапел, так и сидя с трубкой в руке. Я улыбнулась и пошла дальше.

Светлячки мерцали в темноте — жёлтые, зелёные, голубоватые. Их сияние казалось волшебным, нездешним. Я шла за ними, как за путеводными звёздами.

Вдруг впереди мелькнул огонёк — не живой, а ровный, фонарный. Я спряталась за дерево, выглянула.

Это был Эльдор.

Он шёл медленно, озирался, вглядывался в темноту — кого-то искал.

— Эльдор! — я вылетела из укрытия, и голос мой сорвался куда-то ввысь.

Он вздрогнул, резко обернулся — и через секунду уже был рядом. Руки его сжали мои плечи, взгляд лихорадочно ощупывал лицо, руки, каждый сантиметр.

— Флавия! — выдохнул он так, будто всё это время не дышал. — Ты в порядке? Ты... на тебе лица нет! Что случилось? Откуда эти царапины?

— Потом, — я покачала головой, ловя ртом воздух. — Всё потом. Давай сначала уйдём отсюда. Пожалуйста.

— Да, да, конечно.

Он взял меня за руку — и не отпустил. Пальцы его сжимали мои так крепко, будто я могла исчезнуть в любой момент. Я чувствовала, как дрожит его ладонь, как часто бьётся пульс под кожей.

— Я... я не знаю, как объяснить, — заговорил он тихо, не глядя на меня, вглядываясь в темноту тропы. — Я просто захотел тебя увидеть. Пошёл в магазин — тебя там не было. Подумал: может, дома. Или у подруги. А внутри... — он прижал свободную руку к груди. — Там было такое чувство... будто что-то не так. Будто ты в беде. Я не мог сидеть на месте. Тогда я выпил то зелье, что купил у тебя... Оно привело меня сюда. К тебе.

Я остановилась, заставив его замереть тоже. Посмотрела в глаза — в них всё ещё плескалась тревога, но сквозь неё пробивалось что-то тёплое, родное.

— Хорошо, что ты меня нашел, — сказала я тихо..

Он выдохнул — с таким облегчением, будто камень с души свалился. Уголки его губ дрогнули в улыбке.

— Я рад, что ты жива, — прошептал он. — Почти невредима... Но что ты делала здесь одна? В таком месте? В такой час?

— Расскажу, — пообещала я, сжимая его пальцы в ответ. — Всё расскажу. Только давай сначала выберемся отсюда. Хочу оказаться подальше от этого леса.

— Идём.

Эльдор переплёл свои пальцы с моими — теперь уже не просто держал, а вплёл свою руку в мою, словно так и должно быть. Мы двинулись по тропинке, освещая путь дрожащим огоньком фонаря. Вокруг мерцали светлячки — они словно провожали нас, рассыпаясь в темноте золотистыми искрами.

Я шла и чувствовала тепло его ладони, его дыхание рядом, его плечо, которое то и дело касалось моего. И внутри потихоньку отпускало.

Глава 6

Я сидела в гостиной и украдкой наблюдала за Эльдором. Он устроился в глубоком кожаном кресле, и от него было невозможно отвести взгляд. Сняв шляпу, он откинул голову, и тёмные волосы мягко упали на лицо, делая его ещё более притягательным.

Я подошла к столику, где в графине искрился нектар — тётин домашний напиток. Разлила рубиновую жидкость в два серебряных бокала. Один поставила рядом с Эльдором на резной столик, другой взяла в руки и присела на диван напротив.

В воздухе витал тонкий аромат ягод и лесных трав. Я сделала глоток, и тепло разлилось по телу, прогоняя остатки тревоги. Эльдор тоже пригубил напиток, прикрыл глаза и довольно улыбнулся. А я вдруг поняла: рядом с ним мне спокойно, как никогда прежде.

— Отличный напиток, — мягко сказал Эльдор, наслаждаясь моментом.

— Согласна, — улыбнулась я.

Он поставил бокал на стол, и его взгляд вдруг стал серьёзнее, глубже.

— А теперь расскажи мне. Что случилось в лесу?

Я рассказала ему всё: про тень, что гналась за мной, про бегство, про старика у костра и его слова о тенях на опушке. Про запах — от него до сих пор мутит. Про розы, которые покрылись гнилью около моего дома. И ещё это чувство — будто за мной следят.

Эльдор слушал молча, не перебивая. Когда я закончила, он нахмурился.

— Гниль, — задумчиво проговорил Эльдор, потирая переносицу. — В лесу, когда искал тебя, я видел то же самое. Пораженные участки на листьях деревьев, будто болезнь пожирает лес изнутри.

Он вдруг замер, а потом резко вскинул голову. В глазах вспыхнула тревога.

— Все это очень странно Флавия. Я боюсь, что над тобой, как и над Лаверлендом, нависла смертельная опасность.

Я нахмурилась и машинально прикусила губу.

— Знаешь, ты наверно прав. Я и сама это чувствую — какое-то нехорошее предчувствие.

— Но что нам делать? Мы даже не знаем, откуда идет угроза.

— Пошли за советом к моей тетей Глории.— Предложила я.

— Идем, медлить нельзя. Нам нужно во всем разобраться.

Эльдор решительно подскочил из кресла. Мы укутались в плащи и вышли из дома.

Моросил дождь, небо затянуло тучами. Мы отправились к оранжереям. Они возвышались перед нами, словно величественные стеклянные витражи, сотканные из причудливого цветочного орнамента.

Тяжёлая дверь с позолоченными ручками приглашала войти. Зайдя внутрь нас окутал тёплый, влажный воздух, наполненный ароматами экзотических цветов. С потолка каскадом свисали пышные лианы. Просторный главный зал разветвлялся на множество проходов, образуя настоящие лабиринты. Они вели в уединенные залы, каждый со своими уникальными растениями.

Мы поднялись по извилистой лестнице и оказались в зале, наполненном растениями, источающими сладкий аромат. Их листья сверкали всеми цветами радуги: фиолетовыми, бордовыми, лимонными, бирюзовыми. Вокруг витал дух волшебства.

Необычно. — выдохнул Эльдор, застыв на пороге. — И как твоя тетя одна со всем этим справляется?