Vic. Если ты вернёшься (СИ) - Вайс Вирсавия - Страница 18

- Угу, давай-давай, кофе она выпьет! Ты себе-то не ври! - включилась в диалог вторая я. - Топай к дверям и на выход!

Ноги уже несли меня через гостиную по коридору на кухню, где аромат окутал меня, как одеяло.

- Садись. Я уже всё налил. - сказал он, даже не оборачиваясь, кивая в сторону огромного овального стола в столовой, на котором дымилась огромная кружка.

- Спасибо. - тихо ответила я, подошла к столу, взяла кофе и вернулась на кухню. - Вить, почему?

Он хмыкнул, и вопрос повис в воздухе. Тишина затягивалась. Я вздохнула и отвернулась.

- Что ты хочешь услышать, малыха? То, что я повёл себя как последний мудак? Что лично расхерачил всё? Что пошёл на поводу собственной ебанутости и не дал тебе даже шанса что-то объяснить? Да я, блядь, даже себе не дал шанса тупо въехать в эту ситуацию! - он ударил кулаком по столешнице. - А тебе и объяснять-то было нечего. Ты оказалась такой же заложницей, как и я, только вместо того, чтобы тебе помочь, я тебя окончательно утопил, как и наш брак, как и свою жизнь.

- Вить, не надо. - прошептала я.

- Ты же спросила, Оль, «Почему?». Ты же видела всё? - он развернулся ко мне, облокотившись о стол.

Я кивнула, глядя в сторону, куда угодно, лишь бы не на него.

- Оля, посмотри на меня. - голос бархатный, ласкающий, как у змея из эдемских садов.

Я махнула головой и стала ещё пристальнее разглядывать пенку на кофе. Тихий смех, и я вскидываю голову, тут же попадая в плен его глаз. Горячая волна накрывает, дыхание перехватывает, и руки начинают дрожать.

- Я пойду, - голос ломается, уходя вверх, - спасибо за кофе.

Пока ставила кружку, залила весь пол, рука тряслась так, что мне стало страшно.

- Я сейчас вытру, Вить, - хрип, как у раненного зверя, - дай тряпку.

- Забей, Оль. - опять смех тихий, низкий, сводящий с ума.

И у меня срывает все стоп-краны, до одного. Резко развернувшись, я подлетела к нему и начала колотить кулаками в грудь.

- Как ты мог, сволочь! Как ты мог так со мной поступить! - я кричала, слезы текли ручьём, наконец-то освобождая меня от этой грязи до конца. - Как же ты только мог! Ты знаешь, что твой отец пытался мне заплатить, только бы я ушла от тебя! Как у тебя хватило мозгов просто поверить, что я могла с кем-то кроме тебя! Как ты только посмел так думать! А Зацепин? Как у тебя только хватило совести отправить ему то видео! Я ненавижу тебя! Ты бросил меня! Нет, ты бросил нас!

Руки уже болели, а он просто стоял и смотрел на меня сверху вниз. В конце концов, я вцепилась в его рубашку и, уткнувшись лицом в его грудь, рыдала, пока плач не перешёл в тихие всхлипы.

- Иди сюда, родная. - он наклонился и подхватил меня на руки.

Мне было всё равно, куда он меня несёт. Внутри была сосущая, изматывающая пустота, словно вся вылитая только что грязь освободила место, которое теперь требовало заполнения. Он занес меня в полутёмную комнату и сел, прижимая меня к себе. Я тихо всхлипывала, постепенно успокаиваясь, растворяясь в его тепле. Под моим ухом стучало его сердце неровным набатом. Я ждала. Ждала хотя бы движения. Но он просто держал меня на руках, уперевшись подбородком в мою макушку. Даже руки с места не сдвигал. В голове тут же прозвучали сказанные им несколько минут назад слова: «Давай мы с тобой договоримся: я даже пальцем к тебе не прикоснусь, пока ты сама меня об этом не попросишь. Как бы мне ни было херово, я ничего не сделаю тебе, малыха». А судя по тому, что мне упиралось в бедро, ему было именно херово. Я слегка пошевелилась, и реакция не заставила себя ждать, усилением пульсации и чуть заметным движением.

- Оль, ты что сейчас делаешь? - его хриплый голос резанул по оголённым нервам.

- Я... - нервно облизнула губы, чувствуя, как внизу всё становится мокрым и ватным. - Прости. Мне, наверно, пора, Вить.

- Наверно. - хриплым голосом эхом повторил он, продолжая удерживать меня на коленях.

Я заёрзала, пытаясь вывернуться, но тем самым прижимаясь к нему ещё сильнее, касаясь пальцами член, скрытый под одеждой . Он застонал, сцепив зубы и разводя руки в стороны.

- Иди, Оль! - резко, грубо, выстрелом крикнул он. - Беги, пока можешь! Пока я могу тебя отпустить.

Я подскочила, как ошпаренная. Спотыкаясь, снося углы, я бежала, бежала от него, слыша, как что-то бьётся о стены и его глухие стоны, закладывающие уши.

Звук захлопнувшейся двери сорвал последние тормоза. В стены полетело всё без разбора. Грохот стоял сумасшедший. Когда швырять уже было нечего, в ход пошли кулаки, до разбитых костяшек, до кровавых брызг по всей комнате. Когда боль вытеснила желание, он просто сел на пол возле кровати, облокотившись на неё спиной, и запрокинул голову.

- Ну что, блядь, привыкай! - крикнул он в пустоту. - Заебись тебе теперь, Вииитя? - Он засмеялся, зло, жестоко. - Одно хоть душу греет, эта сволочь сейчас тоже далеко, а не трахает её до одури каждую, сука, ночь! Охуеть, вернулся!

Он глянул на часы. Полдень. Достав телефон, он набрал номер. Трубку подняли сразу же.

- Да, слушаю вас.

Виктор стиснул зубы и выдохнул.

- Здравствуй, Тагир.

Молчание.

- Здравствуй, Виктор, с возвращением.

- Спасибо. С сегодняшнего дня мы работаем вместе, как ты понимаешь, нам нужно будет выработать стратегию нашего общения, несмотря на наши разногласия. - Спокойно, без лишних эмоций, чисто деловой тон.

- Поздравляю ещё раз. Я тебя услышал. Давай сразу закроем тот вопрос, который стоит между нами. Ольга — моя жена, у нас дочь, и я не хочу, чтобы ты крутился около нашей семьи. Надеюсь, это понятно.

- Отлично, будем играть в открытую. Я знаю, что Даша моя дочь. Ольга любит меня, и я её люблю. Я сделаю всё, чтобы вернуть то, что ты в своё время разрушил.

Зайкалов засмеялся, резким, жестким смехом.

- Виктор, не ври хотя бы себе. Ты разрушил свою семью сам, без моей помощи. Что мешало конкретно тебе просто остаться с ней, а не вести себя, как последний долбоёб? Это я ударил её? Я бросил её одну и ушел трахаться с другой бабой, пока она умирала? Ты это сделал сам, Виктор. Но тебе и этого показалось мало. Ты отдал Ольгу Зацепину, который и припер твоей драгоценной любовнице дурь для того, чтобы она накачала твою жену! Ах да, и это именно я отправлял видео вашего шикарного траха каждый, сука, день в течение трёх недель. Так что, Виктор, ты всё сделал сам. А по поводу того, что она вернётся к тебе… - Он хмыкнул. - Ну и где она? Даже ваша встреча ничего не изменила. Да, я знаю, что ты был с ней, и даже знаю когда и где. Она так и не научилась врать. Но она ушла со мной и была со мной. А судя по твоему голосу, ты и сегодня ничего не добился. Хуёво осознавать, что ты потерял женщину, которую любишь?

- Она с тобой ради дочери! - Стал заводиться Вик, сжимая побелевшими пальцами айфон.

- Ты уверен в этом? - Тихий смех взрывает нервы, сносит напрочь всю уверенность, разнося её к херам. - Ты опоздал, Виктор. Хватит духа, спроси у неё сам. Да, кстати, я снял слежку. Она мне больше не нужна. Ольга вольна делать то, что сочтёт нужным. Подумай об этом.

- Отзови своего пса, Тагир, иначе я его завтра закопаю. - Резко переключился Виктор. - Он ещё и не знает, что был у меня на прицеле. Ещё раз его увижу, завалю, даже не думая.

- Хорошо, я отзову его. Надеюсь, ты будешь благоразумным и оставишь мою жену в покое.

- Не надейся! Ольга — моя жена. Мы можем теперь перейти к другим вопросам?

- Как скажешь. - легко согласился Зайкалов. - Всю отчётность по Эмиратам я переправлю в Гоф уже в среду. Все деньги мы вернули. На следующей неделе подписание контракта с Китаем. Я вернусь, если не случится накладок и форс-мажора, двадцать третьего вечерним рейсом. Надеюсь, ты не наделаешь глупостей к этому времени. - В его голосе появилась жесткость. - Всё, что сможешь урвать за это время — твоё, но когда я вернусь, ты о ней забудешь. Так что, твой карт-бланш две недели. Наслаждайся ворованным счастьем, Татарский. Считай, что я исполняю последнее желание приговорённого. Я должен тебе это время, забирай.