Брусничная любовь воеводы (СИ) - Берд Натали - Страница 20

Оглянулся по сторонам, заметив мое изумление чуть повел широкими плечами.

— Мешаю? — спросил, наклоняясь к турке, втягивая в себя аромат. — А пахнет действительно вкусно.

В его глазах заплясали бесенята.

— Попробовать хочешь? — я уже разворачивалась, в поисках второй кружки, бережно поставив на самый уголок большой плиты любимый напиток. — Сделаю так, как люблю сама. Здесь для этого все есть.

Молоко, сахар, дополнительно поджаренные тосты и мы уже сидим за столом в гостиной, с наслаждением завтракая.

— Надо же, Ксания, а я и не знал, что его можно так пить. У матушки в закромах этих зерен, видимо, не видимо. Подарки ей шлет заморский царь. Не успел когда-то посвататься, теперь вот забыть не может. — заулыбался мужчина, становясь на глазах мальчишкой. — Хочешь, попрошу у нее немного?

— Конечно! — С наслаждением делая первый глоток, проговорила, едва не закрыв глаза от удовольствия. — Хочешь, я ей его сварю? Ты вон, умеешь организовать доставку, чтобы продукт не остыл и не потерял своих вкусовых качеств. А я великолепно умею готовить. Так что матушке все в самом лучшем виде принесешь.

Кощей довольно улыбнулся, потянувшись так, что тонкая рубашка обрисовала рельефные мышцы на его груди.

Я не смогла скрыть своего восхищения, а мужчина, заметив, довольно повел плечами, заиграв при этом литыми мышцами, вызывая на моем лице улыбку — словно мальчишка хвастался своими успехами.

Так что? — Пытливо меня рассматривал мужчина, скользя по лицу черными как ночь глазами.

Вызывая приятный трепет в теле. Как не крути, а внимание противоположенного пола всегда бередит кровь. Особенно, если этот пол красив, как древнегреческий бог.

— Согласна! — воскликнула, поднимаясь из-за стола.

— Торт стряпать будем? — Кощей подхватил мой игривый тон, собирая при этом со стола грязную посуду, вывалив затем ее в раковину и включая воду.

— А ты не боишься, что мои вернутся? — задала вопрос, а у само́й сердце чаще забилось ожидании ответа. Надо же! Соскучилась.

Кощей понимающе усмехнулся, вытирая мокрые руки о льняное полотенце, когда все было вымыто.

— Меня предупредить должны. Везде зеркал наставил. Вон видишь? — парень кивнул куда-то мне за спину, и я оглянулась, замерев от удивления. Зеркало, висевшее в углу, поделилось на несколько окошек, в каждом отображалась картинка. Они были разными, все выглядело так, как если бы это был экран монитора, а в нем отображаются данные с камер слежения. Я подошла к зеркалу, жадно всматриваясь в него. Вот — вход в дом — его я узнала сразу: покосившееся крыльцо, сломанные перила. Часть озера, на берегу которого в данный момент сидели вороны. Дальше шло изображение, видимо, с угла дома, охватывая всю его ограду — разруха и запустение царили здесь. А вот следующее изображение вызвало мое восклицание и вопрос: — Кто это?

— Где? — Кощей встал рядом, невзначай коснувшись рукой моего плеча.

Не скажу, что мне стало неприятно, просто немного отклонилась, уходя от такого контакта.

— Прости. — Извинился мужчина, делая небольшой шаг в сторону, на его лицо набежала на мгновение мрачная тень.

— Не за что извиняться. Кто за окном стоит? Его я утром увидела, он странный звук издавал.

— Будто по длинной трубе молотом колотил? — всего на долю секунды на его лице проступил отчетливый страх. — Он значит, здесь уже утром был?

Мне стало по-настоящему страшно: — Кто это? — мой голос дрогнул.

Кощей снова глянул в зеркало, прокашлялся: — Ты только не бойся, ладно?

— Кощей, такими темными я вообще скоро стоять не смогу! Кто это? — В груди неприятно закололо, замерло сердце, ледяные иглы вонзились в нежные пальцы. В комнате словно похолодало, того и гляди пар изо рта пойдёт.

Мужчина вздохнул, виновато на меня посмотрел и ответил, словно ушат холодной воды вылил: Дядька мой — Лихо. Лютый он у нас. Не стоит его дразнить.

Я хмыкнула, отходя от зеркала: — Так я и не собиралась. Это он меня разбудил, а не я его.

В доме было тихо, тепло и уютно. Я чувствовала себя здесь в безопасности. Но захотелось еще добавить к ощущениям запаха домашней выпечки. С наслаждением оглянувшись по сторонам — любуясь, по сути, пустыми стенами, я потянулась за мукой, которую пересыпала с большого куля, найденного мной во все том же холодном шкафу в небольшую емкость. Как раз на несколько замесов такого объема муки должно хватить.

— Ты лучше не смотри в окна, там сейчас много чего увидеть можно, — говорил Кощей, чуть отодвинув занавеску, выглядывая из-за нее на улицу. — Неспокойно здесь. Много чего повылазило. Вон, мой отец тоже в эти края собирается. Так что многолюдно у тебя здесь будет скоро.

Легкий смешок вырвался на груди: — так это не я, ты — смотришь.

А в моей голове словно фейерверк вспыхнул — предупреждал Ярослав, что много кто ко мне захочет в дом войти. Да только если они все на пороге стоять будут, то мне просто житья не станет.

— Кощей, — повернулась к мужчине, продолжавшему подглядывать в окно за собственным дядькой. — Скажи-ка мне, а как сделать так, чтобы незваные гости на моем пороге не появлялись? Пусть на улице прохлаждаются.

Мужчина застыл на мгновение, из его пальцев плавно выскользнула занавеска, с тихим шелестом опускаясь на окно. Она ощутимо колыхнулась, а с улицы раздался радостный рев — по крайней мере, именно так показалось. В громком вое четко слышались нотки торжества — тот, кто искал — нашел нужное.

— Э-э-э! — Побледнел Кощей, — Дядька нас увидел. Жди гостей. И беды, — едва не шепотом закончил он, срываясь с места и исчезая в гостиной. Тонкий звон преграды, приглушенные голоса — все это неслось из комнаты, в которую мне и выходить страшно было.

— Ты сказал, что заберешь невесту Ярослава и вернешься! — злобно понеслось по дому.

— Тише! — голос Кощея звенел, подрагивал. — Я все могу объяснить.

— Пусти! — ревел монстр. — Сам возьму.

От его голоса задребезжала посуда на полках в кухне.

Путь к сердцу мужчины лежит через желудок! — гласит народная мудрость, а она, как правило, не врет.

Нужно торопиться, иначе действительно всем лихо придется. Да еще и невесту у Ярослава похитить хотят. В этом месте моих размышлений холодная рука сжала бьющее сердце, заковав его в ледяную корку.

Лишь горько усмехнулась, странно бы было, если бы у такого красивого мужчины, женщины не было. Да и Фазиль наверняка не обделен женским вниманием. Оба красавцы. Один — правитель, второй, по всей видимости, при нем замом приставлен, раз постоянно рядом ошивается.

А между тем в гостиной продолжалась возня, громкий голос дядьки смешивался с тихими уговорами племянника. А я готовила, не сомневаясь, что все получится.

Торт сделать не успею, но у меня есть пирожки, а к ним можно и бутербродов с запеченной куриной грудкой и сыром подать.

На все ушло буквально минут десять, по моим ощущениям, разумеется, часов-то нет.

«Хотела попросить воеводу, а теперь не буду. Как-нибудь и без них проживу!» — обида просачивалась в душу тягучим ручейком, затапливая все вокруг, выжигая все хорошее, что было. Оставляя лишь то, что забыть когда-то следовало.

Гул в гостиной нарастал, грозя перейти в нечто большее, я поправила волосы, фартук, подхватила поднос, на котором в одной глубокой тарелке лежали пирожки, вторая была наполнена бутербродами. Шагнула к выходу, когда на пороге появился бледный Кощей, толкнув внутрь комнаты.

— Даже не смей выходить, пока я все не запечатаю! Слышишь? — в его черных глазах полыхал огонь.

— Так задобри дядьку, а то невесту Ярослава все-таки жалко, — подала Кощею поднос, с развалившимися закусками.

Он изумленно на меня взглянул, медленно протянул руки, перехватывая блюдо, коснувшись моих пальцев своими — прохладными, мазнул по лицу нечитаемым взглядом, остановившись всего на один удар сердца на губах. Шумно сглотнул так, что кадык заходил в горле и, кивнув согласно, просто растворился в воздухе, а я опустилась на стул, внезапно обессилев.