Хозяин моста (СИ) - Гельт Адель - Страница 4

— Кое… Какие именно? — педантично уточнил гном.

— Железо, белое и нет, — ага, я понял: это оружие, значит. — Электровсякое. Тела… Кстати, что с телами?

Я показал Зубиле жестом: мол, давай сюда амулет. Мало ли, сожгут, утопят… А мне надо!

— Здесь босс, — может, не по правилам радиообмена, зато по существу. — По телам вот чего. Раздеть до исподнего, выкопать яму — чтобы все влезли, сложить, присыпать землей. Камней можно еще накидать, чтобы никакой зверь… А! Крест! Крест не ставить! Звуковой канал не передает картинку, но я почти видел, как мой собеседник пожимает плечами: у начальства, дескать, свои причуды.

— Сделаем, босс! — ответил трофейщик. — Приступили. А можно господина Дортенштейна обратно на связь?

Я не сразу вспомнил, что так зовут нашего Зубилу.

Амулет — тот, что был в руках, не на поясе — отдал, и пошел прочь. Оставалось еще одно дело.

Дел оказалось два. Второе — возникло вот только что, почти само собой. Вернее, сам собой возник государь Гил-Гэлад.

— Новости у меня, — мертвый эльф сразу перешел к делу.

— Хорошие? — на самом деле, я ждал только плохих. Беда не приходит одна, знаете ведь.

— Это как посмотреть. С одной стороны, неплохие, с другой — немного уже поздно.

— Тогда делись, предок, — в последнее слово я постарался вложить все доступное мне ехидство. — Что там за новости?

— Гости у тебя будут, и довольно скоро, потомок, — ответил древний владыка.

Я тут что-то говорил о ехидстве? Забудьте. Сотни, если не тысячи, лет опыта, умение играть интонациями и прямо словами… Сказать «что бы ты понимал, мальчишка!» было бы, наверное, честнее, но не по-эльфийски. В общем, прошу считать, что я говорил без ехидства. Вместе с тем…

— Гостей нам только и не хватало, — заявил я. — Для полного счастья.

— Это Баал, Ваня, — эльф обратился ко мне по имени впервые. Кажется. — Подмога. Две звезды магов, стихийники и жизняки.

— Стихийники отдельно, маги жизни — наособицу? — зачем-то уточнил я — будто был в моем вопросе какой-то смысл.

— Пока не могу сказать, — покачал головой Гил-Гэлад. — Туманно, смутно… Да ты сам спроси!

— У кого? — затупил я на миг. — А! — Я полез за мобильным телефоном.

— Здравствуйте, Рикардо Алонсович, — сказал в трубку, дождавшись знакомого «алло». — Имею вопрос!

— Это вы про звезды? — заинтересовался мой собеседник. — Интересно, кто донес? И добрый день.

— Свои пути, господин Баал, — сказал я, как отрезал. — Так это правда?

— Знаем мы эти пути, — спокойно поделился аристократ. — Те, что ведут к Хароновой переправе и обратно… Да, правда — одна звезда стихийников, одна звезда магов жизни. Серьезных, кстати, в обоих случаях. От сердца отрываю, Глава, цените!

— Уже начал, — разговор наш был ничего так себе, но вел куда-то не туда. Пришлось подправить вектор. — Но у меня еще один вопрос, окончательный!

— Я даже знаю — какой именно, — почти глумился Баал. — Но вы все равно задайте. Глава.

— Обо что нам это встанет? — оборот я выбрал примитивный, даже простонародный. Не спрашивайте, почему: может, хотел нарушить рафинированное спокойствие аристократа.

— Раньше этот вопрос вас не волновал, — на провокацию собеседник не поддался. — Или вы умело скрывали… Волнение.

— Раньше я был молодой и глупый, — ответил постаревший и пришедший в ум Иван Сергеевич Йотунин. — Сейчас же понимаю: речь не о деньгах… Не о земле, не о людях или ином ресурсе, просто у нас с вами появились чуть более общие интересы.

— Окончательно более общие, Глава, — серьезно согласился младший наследник Баал. — До такой степени окончательно, что вместе с магами нашего рода явлюсь и я сам. Надеюсь, у вас найдется чистый шатер на одиннадцать персон и хотя бы походная мебель?

Второе оставшееся дело — которое первое — ждало меня там, куда я почти уже дошел. По дороге, правда, пришлось еще немного поговорить.

Мертвые ходят странными путями — и сами они, и мысли их: у кого остались. Иной раз государь Гил-Гэлад может не являться целыми днями — если только не призвать его нарочно. Порой — как, например, сегодня — призрачный эльф торчит на физическом плане не вылезая… И все время норовит о чем-то поговорить.

— Слушай, потомок, — будто усомнился древний царь. — Отчего бы тебе не пообщаться с… Со своим другом? Вернее, с тем, что от него осталось в смысле эманаций? Кто из нас двоих, в конце концов, обученный некромант?

Мысль эта не просто уже приходила в мою глупую голову. Мысль эта поселилась внутри меня прочно и основательно, так, что возвращался я к ней через две минуты на третью. Мысль эту никак не получалось выгнать вон… Наверное, потому я и решил ее высказать.

— Боюсь я, господин мой предок, — ответил я честно. — Не знаю точно, чего именно, но боюсь. Будто встретить его мертвым — это признать, что все окончательно, уже не подлежит обжалованию, чуда не будет…

— А тебе оно нужно, это самое чудо? — спросил эльф.

— Чудо — не уверен, — понуро ответил я. — Мне друг мой нужен. Желательно — не в виде умертвия, или даже — прости, государь — воплощенного духа, такого, как ты. И не мне одному ведь!

— Понимаю, — с этими словами призрак растаял в воздухе.

Хоть кто-то меня понимает! Я вздохнул и отправился туда, куда шел с самого начала, до всех этих разговоров про живое, мертвое и волшебное.

О том, что в нашем дормитории есть не только Правление, но и другие официальные здания, я узнал накануне — совершенно по другому поводу. О том, что среди зданий этих имеется натуральный полицейский околоток — пусть для того еще не выписан личный состав — стало ясно сегодня утром. И вот почти только что, с час назад, мне донесли, что в подвале околотка есть допросная камера.

Теперь мне стало понятно, куда делся корнет Радомиров, причем — вместе с полковником Кацманом.

Или нет — это просто я слишком долго сюда шел, то же, что эти двое окажутся в подвале, мне было известно сразу — сам же полковник и сказал. Еще нас ждал третий: и участник допроса, и киборг — тот самый, пленный. Допрашивать, понятно, надо было именно его.

Чтобы вы себе понимали: допрос человека, наполовину железного, электрического и механического — занятие не из простых. Например, киборг может заблокировать себе эмоции, и тогда его бесполезно будет пугать, уговаривать и шантажировать. Еще такой человек может не испытывать боли — ему или совсем не больно, или он не считает то, что чувствует, чем-то плохим.

Наконец, реакции киборга обманут любой, самый совершенный, полиграф и не дадут понять, действует ли скополамин… До более совершенных препаратов местная алхимия пока не дошла.

— Подданный Йотунин, — полковник оказался куда как более официален, чем я привык. — Мы только вас и ждали. Вот, поглядите на фигуранта, — Кацман указал на пленного киборга, сидящего на нарочитом железном стуле.

Ножки стула были то ли сразу залиты бетоном, то ли привинчены к полу после заливки. Фигурант оказался закреплен надежно — сразу в нескольких местах (обе ноги, обе руки, торс) прикручен к стулу стальным тросиком.

— Я готов, коллеги, — ответил я.

Отчего я назвал полковника и корнета «коллегами»? Может, потому, что ждал реакции наемника?

Тот активно задергался и попытался что-то сказать плотно заклеенным ртом… а, ну конечно. Я и забыл, в каком виде шастаю по дормиторию… Хорошо знакомый жителям Державы — спасибо телевидению! — халат упокойщика наводил пленого на какие угодно мысли кроме позитивных.

Не добавила настроения и нашивка, украсившая халат надписью «Morg #1».

— Здравствуйте, подопытный, — я широко улыбнулся. — Сегодня отличный день для… Давайте вместе придумаем, для чего. Отчего вы невежливы? — будто улыбнулся я. — Отчего не здороваетесь? Ах да! У вас же заклеен рот!

— Господин полковник! — обратился я уже к старшему опричному киборгу. — Что за изуверство! Прикажите же немедленно вернуть нашему гостю человеческую речь!

Вы сейчас скажете, что этот мой моноспектакль не имеет смысла. Что я сам, вот только что, распинался на тему того, как сложно допрашивать киборга… Знаете, а я ведь был прав! Вот только этот, который пленный и фигурант, киборг — так себе. Просто несколько дополнений — упрочненные ноги, такие же руки, нейротехническая клемма на виске… Последняя-то и убедила меня: наш гость — человек в куда большей степени, чем я боялся. Иначе — зачем нужен контакт подключения боевой каски? Что у полковника, что у корнета такой шлем встроен прямо в голову!