Хозяйка замка на скале (СИ) - Пенкина Анастасия - Страница 16

Мой план, сблизиться и завоевать доверие этой женщины, который еще вчера был таким блестящим, сейчас казался рискованным и почти наглым. Но отступать было поздно.

Я сделала маленький глоток травяного чая, поморщившись от его терпкой горечи, и тихо, словно размышляя сама с собой, произнесла:

— Удивительно, как много забытых знаний хранят старые книги...

Леди Дракстон не пошевелилась. Казалось, она меня не слышит. Я продолжила, едва повысив голос, чтобы меня точно было слышно.

— Наткнулась я как-то в столичной библиотеке на один древний трактат... Кажется, его автор был лекарем при дворе самого короля Аэландра. Так вот, он утверждал, что при слабости духа и... упадке сердечной силы... постная диета не всегда эффективна. Иногда даже губительна.

Я сделала паузу, краем глаза наблюдая за леди Дракстон. Она чуть ослабила хватку на ложке.

— Он писал, — продолжала я, уже увереннее, — что есть особая сила в мясе красной рыбы, что водится в северных морях. В лососе, кажется. Что-то в нем... какая-то жизненная эссенция, которая не просто поддерживает, а по-настоящему укрепляет жизненную энергию человека. Восстанавливает силы куда лучше, чем любое воздержание.

Я рискнула поднять на нее взгляд. Леди Дракстон не смотрела на меня. Она смотрела куда-то внутрь себя, но ее поза изменилась. Исчезла прежняя окаменелость, в ней появилось напряженное внимание. Она все еще молчала, но уже не игнорировала меня.

Надеюсь, в красной рыбе в этом мире тоже содержится полезная для сердца Омега. А то рассказываю тут… И все зря.

— Конечно, — я снова опустила глаза в тарелку, делая вид, что сконцентрирована на еде, — это всего лишь старые записи. Кто знает, скольким из них можно верить. И где нам, в нашей глуши, взять этого лосося...

Я замолчала, дав время переварить мои слова. Мы доели завтрак в молчании, но тишина была уже не такой тяжелой. Когда леди Дракстон поднялась, чтобы выйти, она на секунду задержалась у своего стула, ее взгляд скользнул по моему лицу, быстрый, оценивающий, без прежнего откровенного пренебрежения.

Она ничего не сказала. Не поблагодарила, не осудила. Не заставила замолчать. Оставалось надеяться, что крошечное семя сомнения на счет предписаний доктора Марвика было посеяно.

Позже я продолжила воплощать свой план и приготовилась поговорить с леди Дракстон о том, что хочу заняться пряжей.

Для этого я решила дождаться вечера, который уже традиционно мне приходилось проводить в гостиной леди Дракстон. Он протекал в привычном, почти ритуальном молчании. Она сидела в своем высоком кресле у камина, серебряная игла в ее тонких пальцах пархала туда-сюда, удлиняя и без того идеальный ряд стежков на темном бархате. Я устроилась напротив, с книгой в руках, но слова расплывались перед глазами. Все мои мысли были заняты одним: как подступиться с моей просьбой.

Сердце колотилось где-то в горле. Я отложила книгу, сделав вид, что устала от чтения.

— Леди Дракстон, — начала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и почтительно. — Я хотела бы обсудить с вами одну… идею.

Игла замерла на мгновение, но Исель не подняла глаз. — Я слушаю.

— Во время моих прогулок по двору я не раз обращала внимание на стадо коз на ферме внизу, — я тщательно подбирала слова, избегая любых намеков на то, что бывала за стенами замка. — Животные выглядят ухоженными, и мне пришла в голову мысль. В замке довольно прохладно… Было бы практично и экономично… попробовать использовать их шерсть.

Наконец-то она подняла на меня холодный, изучающий взгляд.

— Использовать? Каким образом?

— Я могла бы попробовать освоить прядение, — сказала я, чувствуя, как краснею под этим пронзительным взглядом. — Очистить шерсть, спрясть пряжу… Возможно, впоследствии связать что-нибудь полезное. Шаль, носки… Это помогло бы сэкономить, и я была бы при деле, раз с вышивкой у меня не задалось… Это ведь точно лучше, чем безделье.

Она отложила вышивку на колени, сложив руки поверх нее. Ее лицо было невозмутимым. — Прядение. Не самое благородное занятие для леди.

— Но полезное, — парировала я. — А бережливость и практичность, как мне казалось, всегда были в чести, даже у древних родов.

Я видела, как в ее глазах мелькнула тень слабого интереса. Она оценивала меня, как бухгалтер оценивает неожиданную, но потенциально выгодную статью доходов.

— Ольрик говорил, что в замке сохранились прялки, — добавила я, делая последнюю ставку. — Они пылятся без дела. Я ни о чем не прошу, кроме как разрешить мне попробовать.

Леди Дракстон снова взяла свою вышивку. Прошла минута, другая. Тишину нарушал только треск поленьев в камине. Я уже почти отчаялась, решив, что моя затея провалилась.

— Я не вижу в этом вреда, — наконец произнесла она, и от этих слов у меня внутри все затрепетало от восторга. — Ты можешь взять прялку. Что касается шерсти… поговори с Ольриком. Пусть кто-то из слуг поможет стричь коз.

— Благодарю вас! — вырвалось у меня, и я едва не подпрыгнула на месте. Я изо всех сил старалась сохранить на лице лишь вежливую, сдержанную улыбку, когда внутри меня распирало от радости.

Получилось! Первый и самый важный шаг был сделан.

Но мой триумф длился недолго.

— Поскольку мы заговорили о правилах, Агата, — голос леди Дракстон снова стал ледяным и безжалостным, — напомню тебе, что через неделю начинается Драконья охота.

Мое сердце, только что парившее где-то под потолком, рухнуло обратно. Я вспомнила слова Дейна, когда он привез меня сюда. Он что-то говорил Мейв про эту охоту. О том, что она сможет увидеть замок позже…

— В замке будет много гостей, — продолжала Исель и мое настроение скатывалось вниз с каждым ее словом. — Твое присутствие на торжествах обязательно. Но ты должна четко понимать свое положение. Ты — бывшая жена моего сына, находящаяся под защитой нашего рода. Не более. Никаких фамильярностей. И уж тем более… — ее взгляд стал острым, как ее иголка в руках, — никаких сцен ревности или выяснения отношений с Дейном или его… спутницей. Ты будешь вести себя с достоинством и держаться в тени. Я не потерплю скандала. Ты поняла меня?

Ее слова обжигали и отрезвляли. Она выстраивала вокруг меня невидимую, но прочную клетку, напоминая, что какой бы самостоятельной я себя ни чувствовала, я все еще пленница этого замка и ее воли.

Я сглотнула комок в горле и опустила глаза, как и подобало смиренной родственнице. — Конечно, леди Дракстон. Я буду строго соблюдать ваши правила и не доставлю вам хлопот.

— Прекрасно, — она снова взялась за вышивку, словно только что обсуждала погоду. — Можешь идти отдыхать. И… удачи с твоей затеей.

Я вышла из гостиной, чувствуя себя так, будто меня окатили ледяной водой. Радость от одержанной победы была отравлена горечью предстоящего унижения. Скоро я снова увижу Дейна. И эту рыжую Мейв. И должна буду молча сносить это, «зная свое место». Но в глубине души, под слоем обиды и гнева, теплилась одна мысль. У меня теперь было свое дело. Мой тайный проект. Моя будущая свобода. И ни Дейн, ни его мать не смогут отнять это у меня.

Еще до того, как первые лучи солнца позолотили крыши замковых башен, я уже кралась по коридорам. Нетерпение гнало меня вперед, к моим питомцам. Мне не хотелось поделиться с ними своими идеями и приступить к делу незамедлительно.

Воздух за стенами замка оказался холодным и обжигающе чистым, Пахло влажной землей и прелой листвой. Ночной туман еще не рассеялся, он стелился по лугам густыми лилово-серебристыми волнами, в которых тонули подножия деревьев. Каждую травинку покрывал иней, хрустевший под ногами словно крошечные осколки хрусталя. Мир замер в глубокой, безмолвной тишине, нарушаемой лишь редкими криками просыпающихся птиц.

Я почти бежала к ферме, и мое сердце забилось чаще не только от быстрой ходьбы. Возле сарая, прислонившись к косяку, стоял Кайден. В его руках была кружка, от которой поднимался легкий пар, а сам он был обращен лицом к восходящему солнцу, окрашивающему туман в розовые и золотые тона. Несмотря на утреннюю прохладу, он был без плаща или куртки, в простой хлопковой темно-синей рубахе с закатанными по локоть рукавами, обрисовывавшей мощный рельеф его плеч и груди. Вторая кружка стояла на бочке рядом, и к ней принюхивался Дым, чья серая шерсть почти сливалась с утренними сумерками.