Проклятая жена. Хозяйка волшебной пасеки (СИ) - Эванс Эми - Страница 14

«Что-то вы, Алевтина Григорьевна, слишком размечтались. Еще несколько часов назад у вас даже ложки нормальной не имелось. А тут уже плазму подавай» — ворчливо отозвалась рациональная часть меня.

Ладно-ладно, и без плазмы обойдемся. Но парочку книг у дракончика все же надо будет выклянчить. Как я буду вечера коротать?

В спальне, плазмы, конечно же, не обнаружилось. Зато эта комната поражала своим преображением не меньше, чем кухня, которую я последние двадцать минут изучала с таким восторгом и энтузиазмом.

Спальню дракончик разделил условно на две зоны. Слева, сразу у входа, стоял небольшой, мягкий и глубокий диванчик, напротив которого расположился журнальный столик и небольшой стеллаж с книгами, о которых предусмотрительного ящера и просить отдельно не потребовалось.

Сразу за этой зоной, у стены, в метре от стеллажа стоял высокий, под самый потолок, и широкий шкаф. И, как подсказывает мне практика с кухней, вряд ли шкаф был пустым.

А дальше стояла она. Огромная, прямо-таки гигантская кровать. С толстым, воздушным матрацем, кованным изголовьем, россыпью подушек, маленьких и больших, застеленная пушистым пледом кремового цвета.

По обе стороны от кровати имелись прикроватные тумбочки с небольшими настольными лампами. А на полу лежали небольшие коврики, чей мягкий ворс напоминал пушистые облачка.

У дальней же стены, рядом с дверью, ведущей в ванную, имелась даже ширма, обитая шелковой тканью с изображением каких-то птиц.

Разглядывая все это великолепие, я чувствовала, как сердце учащенно бьется в груди, иногда замирая от восторга.

За считаные часы лачуга, в которой не было совершенно никаких удобств, превратилась в роскошные хоромы, в которых было предусмотрена буквально каждая деталь.

Ну, кроме плазмы, разумеется.

Я заливалась соловьем, выражая восхищение способностями дракончика. Да он один, такой маленький и сумел сделать все это за считаные часы.

И пока я проверяла на деле сначала мягкость и удобство дивана, затем кровати, мелкий ящер раздувался от гордости, сиял от чувства собственной значимости и едва слышно мурчал от заслуженной похвалы.

Потом, когда первый шок вместе с восторгом немного притупились и отошли на второй план, я задалась вопросами более практичными.

Такими, как, например…

— А так тут лампы и светильники работают, если электричества нет? — покрутив головой вокруг и взглянув на те самые лампы и светильники, поинтересовалась я у дракончика.

— На кристаллах, заряженных магией, они и работают, — отозвался тот вполне дружелюбно, но в подробности местного искусственного освещения вдаваться не стал.

— А водопровод? — продолжила донимать ящера я, — Как ты воду в дом провел?

— Ну так, по стандартной схеме, — пожал он плечами, — Нашел источник грунтовых вод, провел расчеты, вывел канализационные каналы, очистительные схемы применил, — начал бормотать он.

Потом взглянул на меня. Пока я, хмурясь, пыталась сообразить, что именно и как он сделал, и, главное, откуда он такие нюансы знает. Вздохнул, заметив нахмуренный лоб, и закончил емким:

— В общем, наколдовал. Главное — вода есть, остальное — мелочи.

Услышав заветное слово «вода», тут же подскочила с насиженного места и бросилась к шкафу. Не просто полюбоваться, а найти сменную одежду и, наконец-таки, протестировать ванну, наколдованную одним хозяйственным дракончиком.

В огромном шкафу нашлось все. И несколько пар обуви, и пара головных уборов, и аккуратно сложенное нижнее белье, и выглаженные платья, висящие на вешалках, и пара банных халатов, и полотенца, мягкие и пушистые, сложенные аккуратной стопкой. И пара комплектов сменного постельного белья.

Дракончик предусмотрел каждую деталь и каждую мелочь.

Разложив на кровати одежду, в которую планировала переодеться после водных процедур, я выудила из шкафа халат, полотенце и пушистые тапочки. И, прижав к груди все это добро, пошлепала к ванной.

У самой двери остановилась, взглянула на дракончика, присевшего на край кровати, обернувшись через плечо, и поинтересовалась:

— Потом дыхнешь огнем на эти тряпки? — кивком указала вниз, на собственное платье.

Такое только утилизировать. И никак иначе.

— Конечно, — согласно фыркнул дракончик, для наглядности выпустив облачко дыма.

Я улыбнулась ему благодарной улыбкой и скрылась за дверьми ванной комнаты. Повесила на крючки, висящие у стены, халат и полотенце. И, развернувшись, увидела изменения, произошедшие здесь.

Теперь между раковиной и ванной располагался высокий стеллаж. Снизу доверху заставленный всем, чем только можно.

Кажется, кто-то не сразу вспомнил про мои причитания об отсутствии шампуня. Множество разных бутыльков с неизвестным содержимым и без опознавательных этикеток, стояло на полках.

А еще мочалки, щетки, пасты, расчески. Вполне себе земная зубная паста стояла рядом с такой же земной зубной щеткой. Расстегнув небольшую мягкую косметичку, нашла скромный набор декоративной косметики и… пинцет, которого мне так не хватало!

И что-то мне подсказывало, что вот эти знакомые глазу женские штучки вовсе не совпадение. А кто-то, явно в порыве энтузиазма, метнулся в другой мир, чтобы обеспечить меня полным пансионом и расширенным списком необходимых молодой женщине вещей.

Приоткрыв дверь, высунула голову, нашла взглядом дракончика, который, свернувшись в клубок и сложив голову на передние лапы, подремывал. Шепнула тихонько слова благодарности, вложив в них все свои чувства. И, абсолютно счастливая, вновь захлопнула за собой дверь.

В ванной провозилась едва ли не дольше, чем дракончик, наколдовавший мне полный ремонт вместе со всем содержимым. Но если он приводил в порядок дом, то я приводила в порядок тело, заботливо предоставленное мне одним умелым ящером.

Терла, мыла, скребла. Затем снова терла и мыла. Отдирала от кожи скопившуюся грязь, увлажняла ее, отшелушивала. В процессе засунув нос во все баночки и тщательно изучив их содержимое до такой степени, что только на зуб попробовать оставалось.

С волосами тоже возилась долго. Пришлось несколько раз промыть их шампунем. Потом еще трижды наносить разные маски, чтобы нечесаное, засаленное гнездо превратилось в приличные гладкие пряди, в которых не стала бы застревать расческа.

Попутно, правда, пару раз психанула и хотела обрезать все под корень. Но потом, едва стоило только представить, с каким позорным ежиком на макушке мне придется долгое время ходить, от этой идеи отказалась.

И не зря. Тщательно вымытые и вычесанные волосы напитались, стали мягче и раскинулись по плечам, доходя почти до ягодиц. Темные, цвета вороного крыла, они были плотными и густыми.

И при тщательном уходе выглядеть они будут просто потрясающе.

Личико, теперь глядевшее на меня всякий раз из отражения, когда я оказывалась напротив зеркала, тоже стороной не обошла. Отмыла, отпарила, нанесла по очереди все маски, которые только нашла. Выщипала, наконец, брови, и обильно намазала все лицо кремом.

И после всех кропотливых, выматывающих процедур, приводящих это тело в божеский вид, я в очередной раз спустила грязную, мутную воду. Вновь набрала полную ванную, насыпала соли, стоящей в одной из банок побольше, добавила пены из другой и погрузилась в воду, с наслаждением вытягиваясь и блаженно выдыхая.

Наконец. Наконец, я снова чувствую себя человеком.

Чистым, свежим, вкусно пахнущим. С аккуратными бровями, вымытыми волосами, подстриженными ногтями и даже без лишних волос в ненужных местах, которые удалось с легкостью, хоть и не безболезненно, удалить какой-то пастой с ароматом черешни, которой обеспечил меня дракончик.

Предусмотрительный он все же парень оказался. Весьма предусмотрительный.

Инцидент, произошедший накануне, мной уже даже и не вспоминался. Ну, подумаешь, сбежал? Подумаешь, сдался? Зато вернулся и окупил все в десятикратном размере!