На золотом крыльце – 2 - Капба Евгений Адгурович - Страница 8

Не было ведь такого уговора – домой нас подвозить.

Людвиг Аронович едва успел в последний момент.

– Держи, мин херц! – Он сунул мне в руки металлический цилиндрик величиной примерно с мизинец. – Ну, и это… Побей их там всех.

Это было мое зелье регенерации! Кхазад все-таки достал его!

– Данке, – кивнул я. – Спасибо, Аронович. Побью, не сомневайся.

И сунул ампулу в карман новых штанов. Вот уж с чем я теперь не расстанусь! Гном протянул мне еще и пластиковый пакет, из которого одуряюще пахло выпечкой:

– Это из гутцайтошной… То есть – из кухмистерской. Эрика тебе передала.

– О! – Я, конечно, от еды отказываться не стал, хотя мне и стало неловко. – А парниша тот что? Митрофанушка?

– Работает, – кивнул гном. – Мечтает познакомиться со своим спасителем. Всё, пошел я, ауф видерзеен. Сейчас Ян Амосович вас отправлять будет… Давай, в коллектив, в коллектив!

Развернулся – и потопал по дорожке, без всякой трубки-тросточки. А я вернулся к ребятам.

– Какая Эрика? – спросил меня Ави, принюхиваясь.

Нас было двенадцать человек – сборная по «русской стенке» в категории «Пятьсот килограмм». Семь – основной состав, пять – запасной. Я и Бёземюллер – в запасных. Из знакомых – Кирилл, конопатый крепкий парень, наш сосед по этажу в общаге, и, неожиданно, – Сергей Строев, из дружков Вяземского, который голый во время поединка бегал и от кед отбивался. Я не видел его в зале, он, похоже, в другое время тренировался. Но боец серьезный, даже без магии.

Ну и Мих-Мих, понятно, в качестве тренера и сопровождающего. Он как раз пошел в административный корпус выяснять по поводу транспорта, а мы толпой кучковались на крыльце. Рюкзаки с личными вещами, сумки со спортивным инвентарем, разговоры про многочасовой путь до Ревеля – все это создавало вокруг нас то самое «чемоданное настроение». Мне нравилось это чувство: я был подготовлен! Достаточно белья и одежды, есть все предметы первой необходимости, деньги, которых хватило бы на пару месяцев, и кое-что перекусить (даже выпечка от Эрики!). А в голове – целая Библиотека! У меня с собой, получается, была вся моя жизнь и все имущество. Очень интересное чувство.

– Заходим! – крикнул Мих-Мих от дверей, и мы стали удивленно переглядываться.

За нами что – не приедут? Электробус, конвертоплан, лихие демоны, белые кони – любое транспортное средство? Но – тренер сказал, значит – надо делать! Толкаясь и переговариваясь, мы двинули вверх по лестнице. Авигдор все толкал меня локтем:

– Какая Эрика-то? Из Цубербюлеров? Ай-ой, как вкусно пахнет! Мастерица, похоже. Как выглядит-то?

Мы шли следом за всей командой по длинному коридору, и он то и дело обгонял меня и пытался заглянуть в глаза.

– Да что с тобой такое? – удивился я. – Ты чего – по запаху влюбился? А если она старушенция?

– Как – «старушенция»? – оторопел Ави. – Не говори так! Зачем ты ранишь мое сердце? Скажи быстро, что она молодая, глазастая и выглядит как взбитые сливки!

– Как молоко с гречишным медом скорее, – признал я. – И глаза – да. Глазищи! У Гутцайта в кухмистерской работает. Ну, там, где Публичный… А, блин! Творческий! Творческий дом!

– О! – обрадовался гном. – В кухмистерской! И какого размера глаза?

– А-а-ави! Ну что ты как этот?! – возмутился я. – Мне тут сочни передали, а ты – «какого размера?» При чем тут вообще размер? Фу таким быть!

– Я…

– Бёземюллер! Титов! Что вы там трётесь в коридоре?! – гаркнул Мих-Мих и скомандовал: – Мигом двигайте сюда и спускайтесь на цокольный этаж!

Зараза. Цокольный этаж, по моему опыту – скверное место, и ничего хорошего от него ожидать не стоит… Но тренер говорит «надо», значит – надо! Мы подтянули лямки рюкзаков и рванули вниз бодрой трусцой, переругиваясь и сопя. Да так и ввалились в окованную железом дверь.

– Портал, – удивился Авигдор, глядя на сверкающую энергетическими разрядами арку, возле которой стоял директор.

Вся фигура Яна Амосовича сияла, а рука была погружена в камень арки, там как раз имелась выемка под обычную человеческую пятерню.

– Давайте-давайте, – скомандовал Полуэктов. – Не задерживайтесь! Михаил Михайлович, вы первый, потом – остальные. Там вас уже ждут, транспорт готов, поедете от Ивангорода электробусом.

Вот это конспирация! Я аж рот открыл. Офигеть просто: телепортом до самой границы Ингерманландии с Ливонией и далее – электробусом! Да и вообще: в подвале колледжа – стационарный портал с подпиткой от естественного дара директора учреждения. Большая Колдунская Дичь!

Пока я тупил, остальные уже – раз-раз-раз! – и нырнули в сверкающую арку. Ян Амосович посмотрел на меня, кивнул ободряюще и сказал:

– Вперед, Титов! – Ни фига он меня не ободрил.

И я шагнул вперед, в яркое марево портала. И вышел с другой стороны. А потом меня вырвало.

Оказалось – такое бывает. Аллергия на порталы или типа того. Один случай из сотни примерно. Повезло так повезло! Я блевал прямо под ноги, и было мне очень скверно, ну и перед товарищами неловко.

– Не переживай, Титов, ничего страшного. Некоторые дрищут, – подбадривал меня Мих-Мих. – Вот это – конфуз. А блевать – что? Дело житейское. В следующий раз не наедайся перед телепортацией, и будет полегче.

– Не будет… – просипел я. – Буэ-э-э-э!

Мои внутренности завивались винтом, во рту поселилось мерзкое, ни с чем не сравнимое ощущение.

– Чего «не будет»? – удивился тренер.

– Не будет следующего раза! – Я с благодарным взглядом принял из рука Ави салфетки и принялся вытираться. – Я пешком пойду! Ну его на фиг, Михал Михалыч, это же дичь! У меня кишки чуть наружу не вывернуло!

– Еще бы, – со знанием дела кивнул Кирилл Метельский – один из самых опытных спортсменов в нашей сборной. – Мне когда один орчелло из Казанской бурсы в живот ногой заехал – я тоже желчью блевал дальше, чем вижу. Премерзкое впечатление. Молочка тебе надо!

– Да какое молочко? – отмахнулся Мих-Мих. – Титов, иди сюда.

Я приковылял к нему, и он ткнул меня пальцем в лоб.

– Ого! – сказал я.

Он просто походя поделился со мной жизненной силой, а я как будто два часа поспал и при этом не блевал вовсе.

– Ага, – сказал Мих-Мих. – Пошли уже в электробус. Там водички попьешь – и порядок.

Мы вышли из подвала Ивангородской крепости, вертя головами во все стороны. Ну а как иначе? Это же Ивангород! Место воинской славы! Здешняя цитадель оказалась совсем такой, как на картинке в книге «100 великих крепостей»: огромная, величавая, с массивными круглыми башнями… Сейчас – туристический объект в глубоком тылу, на границе полуавтономного Великого Княжества Белорусского, Ливонского и Жемойтского с коренными землями Государства Российского, а в шестнадцатом веке – боевой рубеж, где насмерть дрались с орденцами, панами и прочими гадами воины и маги сначала Ивана Третьего, потом – Василия Ивановича, а потом – Ивана, который Наше Всё, Васильевича Грозного. Эти стены, холмы и берега реки Нарвы были обильно политы кровью…

Однако любоваться нам на все это Мих-Мих не дал, он повел всю команду напрямик к парковке. Ну а что? Обычная туристическая группа! Никаких гербов Пеллы и магучебного заведения на одежде нет, отличить нас, скажем, от приехавшего сюда же класса Ямбургской средней школы или студентов Ингрийского физкультурного колледжа довольно сложно! Определенно, такой необычный и расточительный вариант решения по транспортировке со стороны Полуэктова был связан с теми движениями дронов и конвертоплана в небесах, что я видел по пути в Саарскую Мызу… Кто-то на кого-то охотился.

Но думать было некогда. Нам мигал фарами высокий автобус серого цвета, весь разрисованный васильками и журавлями. Симпатично! На водительском месте уже восседал седой шофер в белоснежной рубашке, и, завидев нашего тренера, он по-приятельски пожал ему руку.

– Это все? – спросил водитель. – А чего так мало?