Записки о сломанном мире (СИ) - Войлошникова Ольга - Страница 8

Почти три недели восстановительных процедур — и вот я, облачённый в довольно щёгольский костюм (который всё ещё немного висит на мне, как на вешалке), стою на пороге медицинского комплекса, а доктор Флетчер пожимает мне руку на прощание:

— Через месяц жду вас на осмотр, мистер Андервуд. И ещё раз предостерегаю от перенапряжения, как физического, так и энергетического. И в особенности энергетического!

— Я присмотрю за ним, доктор! — пообещал Джеральд, распахивая дверцу самоходной магической коляски. — Поехали, Уилл. В новую жизнь!

МОЙ НОВЫЙ ДОМ

Город выглядел куда более старым, чем привыкло моё подсознание. Вот парадокс, в памяти остались лишь жалкие ошмётки жизни из другого мира, но я был железно убеждён, что техника здесь развита гораздо более слабо. Плюс к тому, совершенно очевидно, что развита она была… по-другому. Паровые котлы и монструозные механизмы совмещались с разнообразными деталями, запитанными от магии. К примеру, двигатель коляски Джеральда был снабжён множеством небольших цилиндров со встроенными внутрь кристаллами, и за счёт этого имел многократно меньший объём, чем, скажем, паровозный, но сопоставимую мощность. В то же время, в большом ходу были и конные экипажи, о чём недвусмысленно свидетельствовало обилие конского навоза на мостовой.

Город полого спускался к морю, дважды мне удалось увидеть в пространстве между расступившимися домами серо-голубую гладь воды и утилитарного вида тёмные здания-коробки — видимо, портовые склады и ангары.

— Джерри, как называется наш город?

— Фробридж.

— Он считается большим?

— Умеренно. Но всякого народу тут хватает — большой порт, что ты хочешь. Железная дорога подходит. Транспортный узел.

Джеральд сидел впереди, управляя коляской почти как кучер, а я со своим саквояжем — на широком пассажирском сиденье сзади. Разговаривать через плечо было не особенно удобно, и я больше разглядывал проплывающие мимо улицы.

В районах, через которые мы ехали, редкие здания поднимались выше двух этажей, большинство имели перед домом небольшой дворик, украшенный клумбами, деревьями, скульптурами и даже фонтанчиками. Видимо, здесь проживала не самая бедная публика. Интересно, если мой потенциал не восстановится (а пока он едва дополз до трёх) и я не смогу выйти на службу, смогу ли я себе позволить по-прежнему проживать здесь? Сколько стоит содержание дома и слуг? Да и вообще — мой ли тот дом, в который мы едем, или я должен выплачивать за него аренду?

Навстречу попался открытый экипаж — не магический, а совершенно обычный, запряжённый парой лошадей. Джеральд приподнял шляпу и раскланялся с двумя пассажирками, словно со старыми знакомыми. Я последовал его примеру. Сидящие в коляске нарядные молодые особы с кружевными зонтиками приветливо закивали головками, мило улыбаясь. Соседки?

Надеюсь, что не прежние подружки! На мой вкус, выглядели они диковато — набелённые до невозможности, до какого-то дикого голубоватого оттенка. Вокруг глаз — синеватые тени, причём не только на верхнем веке, но и на нижнем. Раскрытые от солнца зонтики своей тенью только усиливали общий удручающий эффект.

Я присматривался к попадающимся навстречу дамам. Да уж, мода тут жестокая. Женщины были набелены буквально все. Не все, конечно, столь густо. Отдельные экземпляры рисковали выглядеть почти естественно. Но все без исключения носили зонтики либо чрезвычайно широкополые шляпы. Берегутся от загара? Похоже на то.

Наша коляска свернула в боковой проулок и довольно быстро остановилась. Рядом с воротами висела табличка: «Парковый переулок, дом 2. Частная территория. Проход запрещён».

Очевидно, нас ждали. Не успел Джеральд нажать на клаксон, как ворота начали открываться. Седоватый невысокий мужчина среднего сложения приветствовал нас, сняв шляпу:

— Добрый день, мистер Уилл, мистер Джеральд! — И персонально мне: — Рад вашему возвращению, сэр!

Должно быть, это и есть тот старый садовник, о котором говорил Джерри. Наряжен он был в рабочий комбинезон и длинный серый фартук.

— Добрый день. Грин, верно?

— Верно, сэр! — расплылся он в улыбке. — А говорили, вам отшибло память!

— Так и есть, Грин. Но кое-что я помню.

— Это ничего, сэр! Главное, вы живы!

За последние полтора месяца я столько раз слышал эту фразу, что она местами начала заменять «добрый день».

— Спасибо, Грин.

Коляска прокатилась по вымощенной камнем подъездной дорожке и остановилась у невысокого крыльца кирпичного двухэтажного дома. На нижней ступеньке стояла среднего роста сухощавая женщина лет сорока. Строгое длинное платье глубокого синего оттенка, аккуратный узел волос на затылке, небольшой чисто символический чепец.

— Добрый день, господа! — Она слегка присела в мелком книксене. — Мистер Андервуд, рада приветствовать вас. Я Анна Этвилл. Мистер Стокер пригласил меня в качестве экономки. Мои рекомендации ожидают на столе в вашем кабинете. Надеюсь, вы не сочтёте их недостаточными. Обед в два часа пополудни вас устроит? Я прошу прощения, мне очень поздно прислали инструкции.

— Вполне, — ответил за меня Джерри. — А мы пока освежим память и осмотрим дом. Верно, Уилл?

Мне осталось только согласиться.

Не могу сказать, что дом был огромен, но и тесным его также нельзя было назвать. Состоял он из основной части и одноэтажного флигеля, в котором размещались комнаты для прислуги, кладовая, кухня и прочие хозяйственные помещения — об этом мне было вкратце рассказано. Мы же отправились осматривать основную часть — так называемый «хозяйский дом». Из прихожей попали в довольно обширную гостиную, выйдя из которой в левую дверь, можно было попасть в столовую, направо — в библиотеку.

В противоположной же от прихожей стене, в левой её части, находилась дверь, ведущая в длинный коридор, из которого выходили двери в спальню, уборную, ванную и кабинет. Там же, в этом коридоре, размещалась длинная пологая лестница на второй этаж, и, поднявшись туда, я имел счастье лицезреть ещё четыре спальни.

— С запасом, — задумчиво сказал я, оглядывая свои владения.

— Ну, не с таким уж запасом, — хмыкнул Джеральд. — Если только ты не станешь селить детей в комнаты по двое.

— Каких детей? — не понял я.

— Ну, планируешь же ты когда-нибудь жениться?

Я посмотрел на кузена долгим взглядом:

— Уж точно не завтра. Пошли, пока что я с гораздо бо́льшим удовольствием познакомлюсь с библиотекой.

Библиотека оказалась весьма неплоха, затем мы переместились в довольно уютный кабинет, там мы и провели остаток времени до обеда, беседуя обо всяких пустяках. В том числе мной были прочитаны аж четыре рекомендации Анны Этвилл, на протяжении последних двадцати пяти лет служившей у различных сотрудников Департамента по борьбе с нечистью.

— Проверенный сотрудник? — спросил я Джеральда.

— А как ты хотел⁈ Ты же наш, к тому же пострадавший. Эта вдова честно заработала себе репутацию. Здесь нет ни капли вранья.

Но меня заинтересовало другое.

— Вдова?

— Обрати внимание на третий лист. Они служили вдвоём с мужем у Корта, он тогда числился старшим следователем Департамента. Анна — экономкой, её муж — дворецким. Против Корта была спланирована акция устрашения, организованное нападение нелицензированных оборотней на поместье. Следователь успел подать сигнал, и прибывшая бригада накрыла стаю. К сожалению, к моменту их прибытия бой шёл уже в доме. Корт сам и несколько человек из служащих, в том числе и Эндрю Этвилл, погибли, защищая женщин и детей.

— Трагическая история.

— Да. После этого она ушла в экономки к заместителю главы отдела курьерской службы, но по весне его повысили с переводом, а она не захотела переезжать — у неё здесь престарелая мать и дети, кажется. Пристроилась на младшую должность помощницы экономки в общежитии для практикантов, там, как ты понимаешь, вечный непреходящий дурдом. Так что когда я предложил ей место, согласилась мгновенно. Но проверена на сто процентов.

— Это радует.