Купеческая дочь (СИ) - Хайд Адель - Страница 2

─ А папенька ваш Еремея выгнал, а вас сюда, чтобы вы до свадьбы свежим воздухом подышали.

─ Луша, а когда свадьба-то? Какого числа? ─ Вере ещё хотелось спросить про год, но Луша неожиданно сама радостно сообщила:

─ Так, через две седмицы, аккурат девятого сентября одна тысяча восемьсот …надцатого года. Уж больно дата красивая.

У Веры закружилась голова, болью резанула мысль: «Сто лет назад, она оказалась в … а где она оказалась?»

Вера подумала, что этот вопрос точно вызовет подозрения и вдруг вспомнила своего спасителя:

─ Луша, а кто меня спас?

Луша удивленно посмотрела на Веру, но потом вспомнила, про кого та спрашивает и сказала:

─ Так это сосед наш, граф Морозов Якоб Александрович.

Граф Якоб Морозов

Шла вторая неделя безделья. Граф наслаждался утренней прохладой и ночной свежестью, всем тем, о чём так долго тосковал в далёкой жаркой стране, где что зимой, что летом всё одно, дни полны удушающей жары, а ночи не приносят долгожданной прохлады.

Поэтому вернувшись после пятилетнего отсутствия, граф после доклада императору, сразу поехал к родителям, в Нижегородскую губернию, здесь под Балахной был дом родителей, куда те переехали из шумной столицы. И соседи здесь были ненавязчивые, узнав, что сын Морозовых вернулся из дальних странствий, всего только один в гости и напросился, да и тот пока не доехал, может забыл.

Неподалёку был дом генерала в отставке Любятова, ему было около ста лет, и, хотя бодрости духа старый генерал не терял, но иногда страдал забывчивостью.

В имение же купца Фадеева обычно никого не было, дочь у купца была одна, в самом невестином возрасте, вот и держал её купец к себе поближе, а сам поскольку все дела у него были в столицах, то там и жил.

Граф наслаждался одиночеством, и каждое утро ходил на рыбалку, вот и сегодня пошёл, хотя знал, что кухарка уже всем пораздавала форелей, но графа увлекал сам процесс, и матушке пообещал щук наловить на котлеты, вот и пошёл сегодня на дальнее лесное озеро.

Девицу возле озера граф увидел, когда уже забросил удочки. Сперва даже не понял, что она там делает, и только когда, перекрестившись девица вошла в воду, да и нырнула, а потом он досчитал до десяти и она не вынырнула, граф понял, что дело нечисто.

Выругался по старой военной привычке, скинул куртку, да и сиганул в воду. Девицу нашёл сразу, на её счастье, омута в озере не было, или она просто туда не попала, вытащил, девица не шевелилась и граф уже подумал, что поздно, но вспомнил, науку доктора Путеева, и стал делать искусственное дыхание, и вскоре девица пришла в себя, закашлялась и вода из неё вышла.

Девица находилась в полной прострации, на вопросы не отвечала, поэтому граф решил отнести её в ближайшее имение, одета девица была богато, не по-крестьянски, а ближайшим имением к лесу было имение купца Фадеева, туда и понёс. И не ошибся.

Удивился, увидев старого боевого товарища, Илью Рощина, тот, как оказалось возглавлял охрану купца, и был откомандирован вместе с купеческой дочерью, сюда в дальнее имение, якобы затем, чтобы перед свадьбой свежим воздухом подышать.

А там уже кто этих девиц знает, может ей жених не по нраву, вот отец и отправил подальше, чтобы чего не учудила.

Граф посоветовал старому знакомому приглядывать за девицей получше, чтобы без работы не остаться, а сам пошёл обратно, подумал, что: «С рыбалкой не вышло, хоть удочки заберу».

А по пути вдруг вспомнил взгляд, которым девица на него посмотрела, так будто бы удивилась что она выжила, а во взгляде было что-то нездешнее.

Покачал головой, пора к работе возвращаться, вон уже девицы сами в руки падают. Хватит, наотдыхался.

К вечеру Вера уже знала, что отец у неё купец, очень богатый, несколько фабрик, какие пока информацию раздобыть не удалось, но помимо этого Вера узнала, что попала она в Стоглавую империю, столица называется Москов-град, много в империи совпадает с той реальностью, из которой она … попала.

Она вспомнила какой фурор произвела книга о Хэнке Моргане*, ей отец тоже покупал, правда в переводе. Там была довольно смешная история про человека, который оказался в прошлом, но в очень далёком.

(*Здесь Вера вспоминает по Хэнка Моргана из романа Марка Твена «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» (в Росси был издан в 1896 году)

Так вот у него очень хорошо получилось применить те знания, которыми он обладал, в основном он, конечно, использовал природную предприимчивость, ну так и Вера вполне себе хорошо справлялась с доставшимся ей от отца наследством.

Вот только с личной жизнью не сложилось, два неудачных и бездетных брака. И в какой-то момент этого странного дня Вера подумала, что высшие силы дали ей второй шанс не просто для того, чтобы снова миллионы проворачивать, а чтобы жизнь прожить светлую, женскую и материнскую.

И, укладываясь спать в чистую девичью кровать, Вера решила, что завтра поговорит с Ильёй, который, как она узнала, был начальником охраны отца, и был приставлен отцом к ней, приглядывать за взбалмошной девицей, спросит его про предполагаемого мужа, да и даст ответ отцу, что мол, пришла в себя, мозги на месте, готова выполнить отцовскую волю и выйти замуж.

Если, конечно, муж не хромой и не косой, и не старый.

На следующее утро Вера обнаружила, что у дврей её спальни стоит «почётный караул», выглянув в окно уже не удивилась, увидев ещё двоих, вытаптывающих розы.

─ Вы хоть по розам-то не ходите, ─ крикнула им Вера из окна.

Служивые остановились и посмотрели вверх, увидев, что это барышня, засмущались, да и замерли истуканами.

На завтраке все с осторожностью погладывали на Веру. Она же наслаждалась тем, что жива, за обе щёки уминала блины со сметаной, жаль только, что желудочек у её нового тела был маленький, больше трёх блинов съесть не удалось.

─ Блины какие вкусные! ─ сказала Вера, и Илья, тоже сидевший за столом, кивнул.

─ Вижу, что настроение у вас Вера Ивановна хорошее, но вы уж простите старого солдата, я более вчерашней оплошности не допущу. С вами будет ходить охрана, и на ночь караулы тоже буду ставить, ─ произнёс мужчина, когда Вера спросила его про дежуривших у её покоев охранников.

─ Я и сама больше такой глупости не совершу Илья Андреевич, ─ сказала Вера, но взгляд, который на неё кинул начальник охраны, был полон недоверия.

«Да, ─ подумала Вера, ─ теперь придётся делом доказывать, доверие оно такое, разрушить легко, а вот завоевать очень сложно.»

Зато у Ильи Андреевича оказался портрет жениха Веры, папенька постарался, отправил, чтобы невеста привыкала.

Илья всё ещё с недоверием поглядывая на Веру принёс ей портрет, небольшой примерно с две ладони в высоту и ширину, рамка у портрета ьыла деревянная, треснутая.

Илья усмехнулся:

─ Что даже кидаться не станете, Вера Ивановна?

─ Не стану, ─ просто ответила Вера и посмотрела на портрет.

Мужчина, изображённый на портрете, был интересный, не старый, но и не юнец. Породистое лицо, высокий лоб, крупный нос, немного портили впечатление губы, которые по сравнению с другими чертами лица были тонковаты, но Вера знала, что красавцы в природе, если и водятся, то исключительно девицам на погибель, и никогда-то с ними счастье семейное не создашь, у неё в прошлой жизни два таких брака было, и ни в одном из них она счастлива так и не стала. А ведь по любви замуж выходила.

И в памяти вдруг всплыло другое лицо, там с губами всё было в порядке, вот же красавец, и глаза такие … колдовские … синие, но такой разве одну женщину всю жизнь любить будет?

Граф Якоб Александрович Морозов прощался с родителями, снова отправляясь в столицу.

─ Да, что ты, Яшенька, так рано уезжаешь, ─ в глазах матушки стояли слёзы, ─ пять лет тебя не было, а дома побыл всего ничего.