След мантикоры - Стрельникова Кира - Страница 1

– Отдай Риоре, Литиарн. Ты должен мне её вернуть.

Высокий, широкоплечий мужчина холодно взглянул на собеседника, серые с голубым ободком глаза сверкнули сталью. Гнев гостя не пугал его, Литиарн знал, что ему ничего не грозит. А требование знатного лорна вообще звучало смехотворно, здесь ему уже давно никто и ничего не должен. Мужчина едва сдержался, чтобы не плюнуть под ноги незваному гостю.

– Я, как и весь мой род, ничего вам не должны, саер Ратео, – ровным голосом ответил Литиарн, скрестив руки на груди и не сдвинувшись ни на шаг. – В том числе и мою дочь.

 Ригаст стоял почти вплотную, тяжело дыша и сжав побелевшие от ярости губы, глаза превратились в пылающие золотом омуты с тонкой ниткой вертикального зрачка. Пшеничного цвета волосы, собранные в небрежный хвост, отливали старым золотом в свете факелов, от мощной, мускулистой фигуры веяло силой и злостью. Бронзовая кожа потемнела ещё больше, составляя резкий контраст с волосами. Ригаст эр Ратео был красив дикой, звериной красотой, и неудивительно, что многие девушки из именитых семейств не теряли надежды заполучить такого мужа. Но знатный саер давно не обращал на них ни малейшего внимания. В последние месяцы его чувства принадлежали только приёмной дочери Литиарна. Да вот только она от этого была не в восторге.

– Ты должен отдать её мне, она моя невеста! – почти прорычал Ригаст, сжимая и разжимая кулаки. – Дай нам поговорить, в конце концов!

       Литиарн наклонил голову, неопределённо хмыкнув.

– Я ничего вам не должен, саер, служба моего рода закончилась давно, пять поколений назад, – заговорил он тем же ровным тоном. – Когда вашей семье требовалась помощь в войне…

– Меня не интересует, когда закончилась твоя служба, не прячь Риоре! – крайне невежливо перебил Ригаст, и Литиарн, бросив взгляд на собеседника, заметил в золотой глубине жажду разнести здесь всё до основания. – Позови её, всё не так, как ты думаешь!..

        Человек со свистом втянул носом воздух, сузив посветлевшие от гнева глаза.

– А как, Ратео, а? – прошипел он прямо в лицо взбешённому оборотню, отбросив всякую вежливость. – Как это ещё может выглядеть, если не насилие? Думал, соблазнишь и до денег доберёшься?! А она не захотела, да? И тогда ты просто изнасиловал её, звер-р-рь, а потом выгнал! – на этом Ригаст хотел что-то сказать, в его глазах полыхнул гнев, но Литиарн не дал, продолжив. – И теперь смеешь являться ко мне и что-то требовать?! Убирайся, пока я не решил, что люди и остальные скажут мне только спасибо, если я избавлю мир от твоего присутствия! Забудь про мою дочь, – уже спокойнее добавил Литиарн. – Смирись, ты никогда не увидишь её.

        Под сводами центрального зала прокатился рык, полный бессильной ярости, а на пальцах Ригаста ногти мгновенно удлинились, превратившись в бритвенной остроты когти, на кончиках которых показались прозрачные капли яда.

– Я не насиловал её! – хрипло выплюнул Ригаст. – Кто вообще придумал этот бред?! Я люблю Риоре, и она меня тоже!..

– Правда? – тёмная бровь Литиарна насмешливо изогнулась. – А почему же тогда, стоило ей оказаться не в твоих владениях, а у меня дома, она всё время плачет? И говорит, что ты выгнал её, когда она отказалась передать тебе право распоряжаться её наследством, Ригаст? Ты обманом и лживыми словами о любви склонил Ри к близости, стремясь добраться до ее денег, и это факт, – с ударением на первом слове повторил владелец замка. – И об этом узнают многие, саер Ратео, – в серых глазах мелькнуло торжество. – Знай – пока я жив, ты не сможешь подойти к Риоре ближе, чем на расстояние полёта стрелы.

– Я хочу поговорить с ней, – настойчиво произнёс лорн. – Пусть она сама скажет, принуждал ли я её отдать мне все права на наследство или нет! Да и не выгонял я Ри – это ты пригласил её приехать! – палец Ригаста уткнулся в грудь хозяину замка, уже без когтя – гость кое-как взял себя в руки.

– Да, но Риоре сказала, что из опасений за свою жизнь ей пришлось притворяться, будто ее все устраивает! – отрезал Литиарн. –  Уходите и больше не появляйтесь на пороге моего дома, саер.

        Ригаст хотел что-то сказать, но тут со стороны лестницы послышались шаги, и в зал вошёл ещё один мужчина постарше гостя, поуже его в плечах, с не столь рельефной мускулатурой, однако его сухощавую фигуру окутывал тот же ореол силы, что и эр Ратео. Тёмные глаза смотрели чуточку надменно, и при виде гостя в них вспыхнул недобрый огонёк. Ригаст обернулся, с неприязнью оглядев вошедшего, потом снова посмотрел на Литиарна.

– Это мы посмотрим ещё, вернёшь или нет, – с угрозой в голосе произнёс гость. – Я так просто не отступлюсь.

– Отступишься, Ригаст, – раздался спокойный, уверенный голос. – Риоре не будет твоей никогда, Литиарн не вернёт её. Уходи, ты зря пришёл.

        Гость резко выдохнул.

– Что ты за неё хочешь? – сквозь стиснутые зубы прорычал он, с ненавистью глядя на Литиарна и намеренно игнорируя второго лорна.

   Человек чуть заметно улыбнулся с превосходством и долей снисходительности, и медленно, подчеркивая каждое слово, ответил:

– Я не продаю детей, эр Ратео. А уж Риоре и подавно. Да и не хватит у тебя возможностей, – уже не скрывая презрения, добавил. – Поверь, я осведомлён о том, что ты для нее сделал. Но если думаешь, это сможет тебе помочь, ты сильно ошибаешься.

– Разговор окончен, – снова заговорил второй мужчина. – Уходи, Ригаст, ты ничего не добьёшься.

        Несколько долгих минут гость сверлил взглядом обоих, потом, не говоря ни слова, резко развернулся и стремительно направился к выходу. Две пары глаз настороженно следили за ним, пока не хлопнула дверь.

– Он не оставит Риоре в покое, – вполголоса заметил Литиарн.

        Его собеседник согласно наклонил голову.

– Я заберу её в своё дальнее имение в соседней долине. Там он не достанет, имение принадлежит моей второй жене, и туда сложно добраться, порталов нет. Необходимо идти по земле, и если не знаешь всех проходов в горах, это невозможно сделать. Я отдам соответствующий приказ проводникам, Ригаста никто не пропустит.

– Благодарю, саер, – Литиарн почтительно поклонился. – Вы очень великодушны.

– Иди к ней и скажи, пусть собирается, мы выезжаем, как только всё будет готово. Думаю, к вечеру, – лорн развернулся и направился обратно к лестнице.

        Человек несколько минут постоял на месте, что-то обдумывая, а потом пошёл к арке, ведущей в женскую половину замка. Риоре действительно лучше оказаться как можно дальше от мест, связанных с болезненными воспоминаниями. Она потом ещё спасибо скажет.

Несколько лет назад

Главная зала особняка эр Сантио переливалась множеством огней, отражавшихся в зеркалах и позолоте, рассыпавших радужные зайчики от хрустальных подвесок и бриллиантов знатных дам. Вдоль стен стояли столы, на которых гости могли найти разнообразные лёгкие закуски, слуги молча скользили мимо людей и лорнов, разнося на подносах бокалы с вином, ликёрами и напитками покрепче для мужчин. В центре залы под музыку кружились пары, и одна из них особенно привлекала взгляды присутствующих: тоненькая, изящная фигурка, затянутая в тёмно-синий с серебром шёлк, и партнёр, могучий, высокий, двигавшийся удивительно плавно для такой комплекции. Девушка улыбалась, глядя на него, в глазах цвета морской волны сияли звёзды, и вся она, казалось, излучала радость и лёгкость. Пара скользила по паркету, и со стороны складывалось впечатление, будто они никого не замечают вокруг.

А вот мужчина, стоявший в дальнем конце залы, подмечал каждое движение, каждый поворот головы девушки, каждый взмах ресниц, и в глубине золотистых с коричневыми крапинками глаз то и дело вспыхивал огонёк. Он неотрывно следил за танцующими жадным, голодным взглядом, хотя лицо хранило непроницаемое выражение. Да, три года многое изменили… И он видел, как эти изменения происходили, но, к сожалению, оставался только наблюдателем…