Идеальный мир для Химеролога 5 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 27

Валерия опустила руки и скептически оглядела мой «наряд».

— То есть ты хочешь сказать, что этот жуткий намордник тебе не нужен? И мы тут не умрём от паров ртути?

— Не умрём. Максимум — лёгкие галлюцинации от спор грибов, но это даже весело.

Она подошла ближе, с опаской косясь на бурлящую колбу, в которой жидкость меняла цвет с чёрного на ядовито-розовый.

— И что ты тут… варишь?

Я принял важный вид профессора на кафедре.

— О, это сложнейший процесс! Сейчас происходит трёхфазная дистилляция экстракта поджелудочной железы для гипердинации эфирных потоков. Далее последует диффузия с эссенцией корня на магической основе стабилизированной эктоплазмы, с обязательным учётом аспекта лунного цикла и фазы прилива.

Валерия моргнула.

— Чего?

— Ну, я же говорю — сложно. Если по-простому: смешиваю одну хрень с другой хренью, чтобы получилась третья, более дорогая хрень.

Она покачала головой, но уже без страха. Подошла к столу, где на спиртовке в маленькой кастрюльке булькало что-то густое, мутно-зелёное и пузырящееся. От варева валил густой пар.

Валерия снова инстинктивно прикрыла нос рукой.

— А вот это что за штука? — она указала пальцем на кастрюльку. — Выглядит как… смерть в жидком виде. Это яд? Для крыс? Или для конкурентов?

Я посмотрел на кастрюльку. Взял ложку, зачерпнул немного зелёной жижи, подул и… с громким хлюпаньем отправил в рот.

Глаза Валерии полезли на лоб. Она уже открыла рот, чтобы закричать и звать на помощь, но я довольно причмокнул.

— М-м-м… Соли маловато.

— Ты… ты это съел⁈ — выдохнула она.

— Ну да. Это бульон. Из зелёных куриц.

— Из кого⁈

— Из зелёных куриц, — терпеливо повторил я, зачерпывая ещё ложку. — Понимаешь, в этом мире сейчас мода такая. Аристократы с ума сходят по экзотической еде. Обычная курица — это фу, это для плебеев. А вот нефритовая курица, выращенная на склонах Тибета… это деликатес. Стоит в пятьдесят раз дороже. Хотя по вкусу — курица и курица.

Я помешал варево ложкой.

— Весь прикол в пигменте. Поменять цвет мяса не так уж и сложно. Вот я и решил попробовать сварить. На вкус — как обычный бульон, только цвет прикольный. Хочешь?

Я протянул ей ложку с зелёной жижей. Валерия позеленела в тон бульону и попятилась.

— Нет, спасибо. Я… я не голодна.

— Зря. Натуральный продукт. Ладно, мне самому больше достанется.

В этот момент на соседнем столе что-то дзынькнуло. Колба, в которой бурлила фиолетовая жидкость, изменила цвет на прозрачный, как слеза.

— О! Готово! — обрадовался я.

— Что готово? — с подозрением спросила Валерия, всё ещё косясь на бульон.

— Мой новый шедевр. Хочешь посмотреть, как работает настоящая наука?

Я взял колбу, взболтал её и повернулся к выходу.

— Псих! Ко мне!

Из коридора тут же послышался цокот когтей. В лабораторию вбежал мой верный пёс. Он выглядел бодрым и весёлым, явно надеясь на угощение.

— Сидеть!

Псих послушно плюхнулся на задницу, виляя хвостом и преданно глядя мне в глаза.

— Открой рот.

Пёс открыл пасть. Я влил туда содержимое колбы.

— Глотай.

Псих сглотнул, облизнулся и вопросительно гавкнул. Мол, и это всё?

— Жди… — прошептал я, глядя на часы. — Три… два… один…

Зрачки собаки расширились, заполнив всю радужку чернотой.

Псих замер. Его тело напряглось, как струна.

А потом началось.

Сначала раздался треск. Это лопалась кожа на его спине. Мышцы начали вздуваться, бугриться, увеличиваясь в объёме в два, в три раза. Пёс рос на глазах, превращаясь в чудовище.

Из его пасти вырвался рык — не собачий, а демонический, низкий и вибрирующий. Челюсть выдвинулась вперёд, клыки удлинились, став похожими на сабли.

— Мамочки… — пискнула Валерия, прячась за мою спину.

Из лопаток Психа с влажным хрустом вырвались огромные кожистые крылья, как у летучей мыши-переростка. Размах — метра три. Он расправил их, сбив со стола пустые банки.

Вдоль хребта выросли костяные шипы. Глаза загорелись багровым огнём безумия.

Псих встал на задние лапы, упираясь головой в потолок, и заревел так, что замигала лампочка. Это был не пёс. Это был демон войны, воплощение ярости и разрушения.

— ОГОНЬ! — заорал я.

Псих набрал воздуха в грудь, его глотка засветилась изнутри…

И тут он… лопнул.

Нет, его не разорвало на куски. Он просто… испарился. Превратился в облако густого белого пара. Раздался мягкий хлопок, как будто кто-то открыл шампанское.

Пар заполнил лабораторию, скрывая всё из вида.

— Вик⁈ — испуганно позвала Валерия из тумана.

Пар начал рассеиваться.

На полу, на том же самом месте, сидел Псих. Обычный. Нормального размера. Без крыльев, шипов и горящих глаз. Он выглядел слегка ошарашенным, мотал головой и чихал.

Валерия вышла из-за моей спины, оглядела собаку, потом меня.

— Вау, — произнесла она с сарказмом. — Потрясающе. Ты изобрёл собаку, которая умеет превращаться в облачко? Очень полезно. Можно на детских утренниках показывать.

— Подожди, — я поднял палец. — Главный эффект ещё не сработал.

Псих перестал чихать. Замер. Напрягся. Его глаза округлились.

ПУНЬК.

Звук был тихим, скромным. Из-под хвоста собаки вырвалось маленькое облачко ярко-зелёного газа.

Псих с облегчением выдохнул и снова завилял хвостом.

Я торжествующе посмотрел на Валерию.

— О! А теперь сработало!

Она стояла, глядя на облачко газа, которое медленно растворялось в воздухе. Её лицо выражало сложную смесь чувств: недоумение, отвращение и глубокое разочарование в человечестве (и во мне в частности).

— А что это… вообще было? — спросил она, стараясь не дышать.

— Так это настойка от коликов! — гордо заявил я. — Чтобы не пучило. Видишь? Газы выходят, давление спадает, животному легче.

— Настойка от коликов… — медленно повторила она. — Которая превращает собаку в демона, а потом взрывает её паром?

— Ну, это побочный эффект, — отмахнулся я. — Эффектная визуализация процесса, так сказать. Зато работает безотказно! Мгновенное облегчение!

Валерия подошла ко мне, положила руки мне на плечи и посмотрела в глаза очень серьёзным взглядом.

— Виктор. Послушай меня.

— Да?

— Ради всего самого хорошего в этом мире, ради нашей репутации, ради психики наших клиентов… Не стоит это продавать. Прошу тебя.

Я посмотрел на довольного Психа, который уже забыл о своих страданиях и вылизывал лапу.

— Думаешь? А мне казалось, эффектно получилось.

— Слишком эффектно, Вик. Если у бабушкиной болонки начнут расти крылья и шипы посреди гостиной, бабушка не доживёт до момента, когда собачка пукнет.

Я вздохнул.

— Ладно. Убедила. Оставлю для личного пользования. Буду Психу давать, когда он опять сожрёт что-то не то.

Валерия покачала головой и пошла к выходу. У двери она обернулась.

— И бульон вылей. Зелёная курица — это перебор даже для нас.

Она вышла.

Я остался один. Посмотрел на кастрюльку с бульоном. Зачерпнул ложку, съел.

— Ничего она не понимает в высокой кухне, — пробормотал я. — Вкусно же.

Псих подошёл и положил голову мне на колено, выпрашивая угощение.

— Хочешь супчику? — спросил я.

Пёс радостно гавкнул.

— Ну, давай. Заодно проверим, как он с твоими газами взаимодействует. Наука требует жертв, брат.

Я налил ему миску зелёного бульона. Псих начал лакать.

Дикие Земли

Секретный «гостевой» домик

Лысый открыл глаза и тут же пожалел об этом. Череп раскалывался так, будто на нём всю ночь кто-то колол дрова. Во рту был привкус, словно туда нагадил тот самый медведь, которого они вчера завалили.

— А-А-А-А! МОЯ НОГА! МОЁ ПЛЕЧО! СУКА!!!

Орал Вася. Тот самый охранник, который вчера дежурил первым.

Лысый с кряхтением поднялся и выглянул в соседнюю комнату.