Мама для хорошего мальчика - Вьёри Аня - Страница 3

– Спасибо, – натянуто улыбаюсь. – Мне не подходит!

И снова поворачиваюсь к двери.

– В смысле? – не понимая, хмурится Игорь.

– В смысле “нет”, – смотрю в его светло-карие глаза. – Мне не подходит. Я не согласна. Работать у вас я не буду. Спасибо, – снова берусь за ручку. – До свидания. А еще лучше, прощайте!

– Подождите, э-э-э…

– Юля! – произношу ехидно.

– Да не важно! – фыркает он.

– Важно! – отрезаю и рывком распахиваю дверь. – Привет Тиму!

И смело шагаю в красивый заснеженный двор.

.

Юлька

Даже не проводил!

Нет, ну вы подумайте! Даже до калитки не довел!

Иду и вспоминаю уверенную в себе мужскую фигуру, стоящую в свете окна. Ноги широко расставлены, руки скрещены на груди, подбородок чуть опущен…

Эх. Красавчик! Если б не был таким придурком!

Встряхиваю головой, отгоняя глупые мысли, сворачиваю в проулок.

До моего домика недалеко.

– Баб Сань! – кричу, стучась к соседке. – Баб Сань!

– Ой! Кто это? Юля? Да ты что ль? Да ты что ж так поздно…

Старушка причитает, хлопочет, квохчет, вздыхает…

Такая она уютная, такая из детства! Смотрю на нее, и аж нос щиплет от подступающих слез.

Бабуля моя также платок пуховый на плечи накинет, в калоши резиновые вступит… И зимой, и летом. А зимой еще носки теплые, вязанные, серые такие, толстые…

– Да ты куда ж в дом нетопленный?! Да ты ж замерзнешь! – не хочет давать мне ключи баб Саня.

– Я справлюсь, – улыбаюсь ободряюще. – Что я, печку что ли не растоплю.

– Ну смотри, – протягивает связку. – Если что, приходи ко мне ночевать!

Целую соседку в морщинистую пергаментную щеку, иду к своей избушке.

Домик у нас еще не плохой. Мазанка с белеными стенами. Полы дощатые. Холодные сейчас. Но можно же не разуваться.

Зато ж электричество есть. И двор тут прекрасный! Я все мечтала дом подремонтировать и летом тут жить. Да благоверному моему не нравилось.

Ох…

Как же это тяжело!

Отворяю дверь, вхожу в пустую холодную кухню, включаю свет и опускаюсь на колени перед печкой.

Пустой, холодный, безжизненный дом.

Прямо как мое сердце сейчас!

Из города бежала, не думала, боялась остановиться и почувствовать.

А сейчас вот осталась в тишине сама с собой и ком в горле проглотить не могу…

Как же так?! Мы же весной пожениться собирались! А он… А они…

Ленка свидетельницей должна была быть!

Получается, что у него на меня были одни планы, на нее другие, и первые вторым ни капли не мешали!

Как мерзко, как противно!

Ни подруги, ни любимого у меня нет и не было! Одна я одинешенька посреди холодного зимнего леса.

Такая же, как этот брошенный всеми дом.

Не выдерживаю, громко всхлипываю, как вдруг!..

В сенях раздается громкий стук! Словно что-то свалилось!

Подскакиваю! Открываю дверь! С опозданием вспоминаю, что света там нет, но…

– А мы помогать пришли! – с фонарем стоит радостный Тим, а рядом с ним виляет своим хвостиком-прутиком Рекс.

Кажется, оба безумно довольны своему приключению!

Полазить в старом заброшенном доме ночью! С фонариком!

– Дрова все спрели, – слышу голос из темноты.

Тим поворачивает луч фонаря, и я вижу Игоря.

Тот перебирает мою поленницу, недовольно морщась.

– Слушай, даже если я сейчас найду нормальные, пока растопим, пока дом прогреется! Спать тут только к утру можно будет! – смотрит на меня, вроде как даже упрашивая. – Это если дымоход чистый! А то неизвестно еще что там в отдушинах!

– А ты в отдушинах разбираешься? – я еще ехидничаю, но умом уже понимаю, что он прав.

– Я же тебе сказал, я архитектор, – он проходит в кухню, придирчиво осматривает мою форсунку. – В чем в чем, а в домах я разбираюсь, – похоже, ему не нравится то, что он видит, потому что он обескураженно вздыхает и морщится. – Пойдем сегодня к нам, а завтра я проверю вытяжку, и прогреем дом.

– А чего это ты такой добрый? – спрашиваю недоверчиво. – Только что в лесу на меня орал, а тут…

– В лесу я был злой и замерзший, – шмыгает носом он. – Свалилось счастье на мою голову, – Игорь недовольно смотрит на совершенно счастливого щенка, обнюхивающего углы. – Ты, кстати, тоже, не сказать, что образец такта и вежливости.

– Ой-ой-ой! – качаю головой. – Кто бы…

Договорить не успеваю!

– Папа, тетя, а что тут? – откуда-то из-за двери слышим голос Тима и сразу же следом жуткий грохот!

Игорь бросается в коридор, я следом!

– Ой, – мальчишка стоит растерянный, рядом с рассыпанными коробками.

Там какая-то стариковская ерунда! Вижу порванное сито и моток проволоки, коробку с пуговицами и кусок старых обоев…

– Кажется, – склоняюсь рядом с Тимом, – это сокровища! – произношу таинственным голосом.

И взгляд мальчика из испуганного сразу становится восторженным!

– Но разбирать их все же лучше утром при свете дня, – слышу за спиной строгий голос его отца.

– Вот зануда, – выдыхаю очень тихо.

Только он явно услышал, потому что тут же глазами сверкнул, губы поджал.

Но молчит.

Явно из-за мальчика молчит.

А мне-то что?!

Я дергаю кончиком носа и совершенно непедагогично показываю ему язык!

Его глаза округляются, он набирает в легкие воздуха!

– Тим, а у меня еще и чердак есть! – произношу я первой.

– Ух ты! – чуть не подпрыгивает мальчик.

– Завтра! – рявкает его отец. – Все завтра! Сейчас, – он явно проглатывает пару ругательств, – уже поздно. Пойдемте к нам.

– Да с чего бы мне к вам идти? – хмыкаю.

Ну глупость же!

Может, насчет дома он и прав, но я тогда уж к бабе Сане.

– Юлия, – начинает Игорь с таким лицом, будто лимона откусил, – вам явно нужна помощь, – вздыхает. – И мне, – делает паузу, – тоже. Здесь, в деревне, сейчас одни старики. Я няню не найду, из города быстро не привезу, а у меня работа! Проект большой! И вообще! – он снова недовольно смотрит на песика. – Предлагаю соглашение, я привожу в порядок ваш дом, вы помогаете мне с сыном и собакой, пока я не найду няню! Пойдет?

Вздыхаю.

Как-то это странно.

– С чего вы взяли, что я умею общаться с детьми? – смотрю на него укоризненно.

– У меня есть глаза, – хмыкает, – и способность анализировать. Если вы умеете понимать щенков, то и с мальчиком договоритесь!

– Ну ладно, – тяну нехотя, оглядываясь на свою кухню. – Но я у вас ночевать буду только одну ночь! Завтра печку растопим, и я к себе перееду.

– Прекрасно! – фыркает Игорь. – Предлагаю детали осудить за ужином!

Ужин?

Ой.

Я и забыла про ужин!

Вот уж точно, бежала из города, как от пожара.

Беру с кухни рюкзак, выключаю свет, выхожу, закрываю двери.

Уже за калиткой останавливаюсь и с тоской оглядываюсь.

– Дом хороший, – тихо говорит Игорь, – просто ему нужны люди.

Хмыкаю.

Надо же.

– Я умею понимать собак, а вы дома! – произношу иронично.

– Угу! – ему, кажется, шутка показалась уместной. – И нам вдвоем предстоит понять пятилетнего мальчика!

Удивленно оглядываюсь на своего нового… знакомого? Соседа? Нанимателя?

– А почему вам его сложно понять? Это же ваш сын? Разве нет?

А Игорь молчит…

.

Юлька

– Игорь, – останавливаюсь, внимательно смотрю на него.

А он идет, будто его мой вопрос и не касается.

– Игорь, я должна понимать, Тим ваш сын? – спрашиваю настойчиво. – Потому что если мне быть его няней, то…

– Пап! Смотри! – вдруг кричит мальчик и…

Прямо в меня летит здоровый снежок!

– Ай! – куча мелкий мокрых иголок впивается мне в лицо!

Замираю! Задерживаю дыхание!

Мне не больно, я просто не ожидала! И…

Поскользнулась! Конечно, поскользнулась!

Не могла же я свалиться от снежка!

– Тяф, тяф, тяф!

На меня тут же запрыгивает что-то мохнатое и слюнявое.