Выбери любимый жанр

Булыжник под сердцем - Денби Джулз - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

Мы ни о чем не догадывались, пока не въехали в Лондон и не увидели плакаты. Я хотела развернуться, но Джейми сказала «нет». Нет, чтобы все вернулось в привычное русло, нужно самим жить как ни в чем не бывало. Она верила: публика на ее стороне. Они понимают, что происходит, – несмотря на ложь прессы, любовь к сенсациям. В душе она всегда оставалась старым панк-рокером. Она считала, что зрители – умные, порядочные люди, и если с ними поговорить по-хорошему – они сделают правильные выводы. Но зрители хотели хлеба и зрелищ. Входи, гладиатор. Оставь надежду всяк сюда входящий. Идущие на смерть приветствуют тебя, мать твою.

В тесноте, на стульях в первых шести рядах (никаких тебе нарядных столиков со свечками) плотно засела «желтая» пресса. Сначала мы даже не поняли – нас не учили распознавать журналиста «Сан» с пятидесяти шагов. Следующие несколько рядов занимали странные шумные люди в дорогой одежде. Вернее, это нам они показались странными. Теперь я знаю – это были газетчики дешевых лондонских «рекламных» журналов, падкие на грязные сенсации. Мужчины пытались выглядеть умудренными и пресыщенными. Женщины – жалкое подобие Умы Турман из «Криминального чтива» [1]. И все уже порядком пьяные. Сзади теснилась горстка настоящих фанатов. Среди них – пара верных «болельщиков», несчастных, как сама жизнь. Как я потом узнала, они попали сюда только потому, что купили места чуть ли не за месяц. У входа спекулянты предлагали билеты по сорок фунтов – и желающих хватало. В клубе жара, как в пекле, спертый воздух пропитан голубым сигаретным дымом, «модной» бранью, запахом пота и склизкой металлической приторностью дорогих духов.

Первым выступал Тот самый Тод. Конечно, он не гений, но свою порцию смеха всегда получает. Милый клоун. Они игнорировали его, как будто его и не было. Даже ни на минуту не притихли. Он вернулся в затхлую каморку гримерной весь в поту и белый как мел. Произнес «господи Иисусе» и «ебать меня в жопу» раз шестнадцать, косясь на Джейми, а та всё губы красила – будто в мире ничего нет важнее ровного контура. Следующим был Кокет Кокто – черный сюрреалист-травести, весьма популярный в эпоху бума травести, и очень хороший парень – не читайте, что пишут в газетах. Нет, он не вынимал свой хуй и не орал: «Отсосите, беложопые». И не совершал «непристойного акта» с одной из зрительниц. Он просто за десять минут отработал свой номер «Мим Марсель выходит на сцену» и в слезах вылетел за кулисы. Плюхнулся возле Тода и, всхлипывая, присоединился к распитию бутылки «Белл», которую тот мрачно опустошал. Теперь все пялились на Джейми так, будто ее отправляют на расстрел. А она улыбнулась – и все. Спокойная, отстраненная, и в сортир заходила лишь раз (обычно – раз десять, не меньше) – дурной знак. Тод и Коки в немой печали встали и ушли. И тут явился гвоздь программы Рики Шарп.

– Ну чё, детка, – как всегда, перебарщивая с кокни, выдал он. – Они тя хотят. Уже небось совсем изо-шлись… Ну чё, ты это сделаешь сегодня или пусть дальше просят, дорогуша? Ну? Эй?

Тогда я его просто ненавидела… А потом… Ну, люди не всегда такие, какими кажутся, верно? Похоже, Рики заметил, как я смотрю: усмехнулся, провел рукой по рыжей шевелюре, повертел галстук и с важным видом удалился в бар за остальными. Казалось, Джейми его не слышала. Она будто вообще ничего не слышала – даже когда в гримерку сунулся парнишка, аж глаза из орбит лезут, так ему охота глянуть на Джейми, – и, запинаясь, объявил, что до выхода пять минут.

Наш агент выступал в роли конферансье (quelle surprise [2]) и уже повторял со сцены перед зрителями и телекамерами свое интервью «Тайм-Ауту».

Джейми поднялась, устало бросила взгляд в грязное зеркало и улыбнулась моему отражению:

– Наш бродячий цирк лучше всех, а, Лил? Пленных не брать. Да здравствует дешевый смех!…

Мы всегда так говорили, но в тот вечер фраза повисла зловещим призраком, будто прах воззвал к живым. Раздался голос агента:

– Дамы и господа. Имею честь представить вам легендарного и гениального юмориста, женщину, которую я окрестил «Ленни Брюс [3]2 в юбке». Она большая, злая и неподражаемая. Самая проти-воре-чивая актриса Великобритании этого и следующего столетия… Меня зовут Ронни Рэйдж, а ее… Джей-ми ДЖИ!!!!!

Запись вы видели. Если не видели, можете себе представить, какое там творилось дерьмо. О чем она говорила, медленно, балансируя на самом краю? Я не помню. Я же говорю – за кулисами стояли только мы с Рики, вдыхали прокуренный спертый клубный воздух и специфический запашок нездорового любопытства. Конца вакханалии. Людской злобы. Мы стояли сбоку, взявшись за руки, словно парочка школьников, блин.

Первые несколько минут они – зрители – просто молчали. И пялились на нее, будто хотели сожрать с потрохами, все лицо ей обглодать. Кажется, она рассказывала об очередном скандале вокруг коррупции в правительстве, и тут посреди зала какая-то женщина взвизгнула – пронзительно, как пила:

– Ну, так да или нет? Эй, ты знала или не знала?

Вопрос подхватил весь зал, повторяя снова и снова, как мантру. Пролетела бутылка и разбилась о край сцены, но Джейми не шелохнулась. Тут репортеры оживились – повскакали, заорали, защелкали фотоаппаратами. На них накинулись другие зрители: мол, мы заплатили сорок фунтов, чтобы увидеть эту ебаную суку – так что сядьте, вашу мать, на места. Джейми подняла руку, и в зале повисла напряженная тишина.

– Люди не умеют читать мысли, ребята, – тихо сказала она, будто сама себе. – Откуда мне было знать? Нет, я не знала. Не знала. Я думала… у него роман на стороне или что-нибудь такое…

Договорить ей не дали.

– Ах ты шлюха лживая! – Женщина с коротко стриженными черными волосами и великосветским прононсом швырнула бокал. Тот отлетел от плеча Джейми. – Ты лжешь, пизда обтерханная!…

Думаете, великосветские так не выражаются? Держи карман. Вот именно: дайте им повод сожрать ближнего, и они вам еще не такое изложат.

Джейми держалась храбро – я никогда не видела такой отваги. Но было ясно – это конец. Джейми ушла со сцены как ни в чем не бывало, расправив плечи, прочь от воя битвы в клубе. Спустилась в облезлую гримерку и, буквально рухнув на грязный пол, бурно разрыдалась, судорожные всхлипы рвали и раздирали ее легкие, сотрясали огромное тело. Я ничем не могла ей помочь – я тоже рыдала. Но тут Рики крикнул, чтобы мы не рыпались, и хлопнул дверью. Я слышала, как он орал на идиота-агента, метавшегося по клубу, как обезглавленная курица: вызови сюда охрану и сию нахуй секунду. А потом стоял в коридоре под напором репортеров, и они уламывали его пропустить их к Джейми. Он даже отказался выступать, пока не придет охрана, – я не лгу. Рики Шарп, которого ненавидеть – самое милое дело, Злобнейший в Мире Юморист и все такое прочее, стоял, как бойцовый петух, и воевал с журналистами, пока не явился вышибала. Мне стало так стыдно, что я недолюбливала Рики. Мне и сейчас стыдно. А потом он сам вышел на сцену, все так же кипя, и узрел там настоящую битву: стулья перевернуты, под женский визг по залу летают бокалы. И, надо отдать Рики должное, он их утихомирил – насколько возможно. Простой силой воли. И теперь пусть кто-нибудь только попробует при мне сказать о Рики плохое слово! Я не забуду.

Ей-богу, мы думали, что не выберемся из этой гнилой дыры. Если бы мне сказали, что люди на такое способны, я бы не поверила. И не потому, что я наивная – хотя это возможно, А потому, что это было… омерзительно. Да, омерзительно. Эти чертовы репортеры, они вели себя как звери, как… бездушные твари. Рожи красные, все визжат, воют, плюются, выкрикивают гадости:

– Эй, Джейми, Джейми, как оно – с маньяком трахаться? Эй, Джейми, он тебя связывал? Эй, Джейми, ты ведь знала, да? Ты тоже руку приложила? Верно? Эй, ты там, крошка, эй, дрянцо, что этот ублюдок ел на завтрак?

вернуться

1

Ума Турман (р. 1970) – американская киноактриса; в фильме режиссера Квентина Тарантино «Криминальное чтиво» (1994) сыграла одну из главных ролей. – Зд. и далее прим, переводчика.

вернуться

2

Какой сюрприз (фр.).

вернуться

3

Ленни Брюс (1926-1966) – американский юморист, прославившийся злободневными памфлетами о сексе и расизме, а также крепкими выражениями, из-за чего не раз имел неприятности с полицией.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы