Выбери любимый жанр

Мастер силы - Жвалевский Андрей Валентинович - Страница 2


Изменить размер шрифта:

2

3

Емельян Павлович не стал спорить с посетителем. Он никогда и ни с кем не спорил.

“Ай, как нехорошо, — подумал Леденцов, — придётся силу применять к больному”.

— Вы считаете меня сумасшедшим, — сказал Иван Иванович. — Это нормальная реакция разумного человека на слова “спасти Вселенную”. Вам нужны доказательства, причём от лица, которому вы доверяете.

— Вы совершенно правы. Будьте любезны, подготовьте их в письменной форме и передайте моему секретарю. А сейчас…

— А сейчас вы это доказательство и получите. В устной, но весьма убедительной форме.

“Придётся выгонять, — огорчился Емельян Павлович, — ну, Ольга!”

Сию же секунду дверь кабинета распахнулась, и в проёме возникла крашеная головка верной секретарши.

— Вызывали, Емельян Павлович?

— Вот! — воскликнул ненормальный посетитель и хлопнул в ладоши. — Вот вам и доказательство!

Если Ольга и была беременна, то на самом раннем сроке. Среагировала она быстро и адекватно.

— Емельян Павлович, у вас через пятнадцать минут встреча с главой районной администрации.

— Спасибо, — Леденцов поднялся над столом и протянул Ивану Ивановичу руку, — меня очень заинтересовало ваше… сообщение. Значит, договорились: вы готовите обоснование…

Иван Иванович руку принял с радостью и стал её трясти, как кастаньету.

— Какое ещё обоснование вам нужно? Только что вы подумали о своём секретаре — и она немедленно появилась!

Ольга продемонстрировала умение сжимать губы в тонкую, как волос, полоску и двинулась на зарвавшегося посетителя.

— Все-все! — тот явно не собирался упорствовать. — Через минуту меня здесь не будет! Только один вопрос, Емельян Павлович: часто ли сия очаровательная хранительница приёмной (поклон в сторону Ольги) врывается в ваш кабинет без приглашения?

Когда дверь за назойливым Иваном Ивановичем закрылась, Леденцов подошёл к окну и распахнул его пошире. Была ещё не совсем весна, но он любил холод и свежесть, поэтому раму закрывал только в приёмные часы, а работать предпочитал в прохладе. Никакого главы администрации, конечно, не предполагалось, так что Емельян Павлович имел возможность выстудить помещение так, как ему нравилось.

“Надо Олю поблагодарить, подумал Леденцов, здорово она меня выручила. Если бы не вошла, пришлось бы самому этого типа вышвыривать”.

На зов селектора секретарша явилась багровая от ярости.

— Что такое? спросил Емельян Павлович. Кто-то попытался приставать в служебное время?

— Да этот ваш… Он вообще хам! Знаете, что он заявил напоследок? “Милая девушка! Воздержитесь от секса в ближайшее время, а то ваш шеф обеспечит вам беременность!”

Отношения Емельяна Павловича и Ольги никогда не переходили рамки служебных, чем секретарша всегда гордилась, а Леденцов никогда не тяготился.

— Не переживайте вы так, — сказал он, — это обычный сумасшедший. Вселенную предлагал спасти. Полный отморозок.

— Я тоже хороша, — Оля потихоньку меняла окраску на нежно-розовую, — надо было его сразу подальше отправить. Но он таким убедительным показался. Извините.

— Ничего. И на молодуху бывает проруха.

Секретарша заулыбалась практически безмятежно. Она ценила незамысловатые каламбуры начальника.

— Зато потом, — сказал Емельян Павлович, — вы очень вовремя появились.

— Так вы же позвали.

— Я?

— Конечно! Я ещё удивилась, почему не по селектору, а…

Тут Ольга запнулась и подняла глаза к потолку, пытаясь обнаружить там нужную информацию.

— Вслух? — пришёл на помощь Леденцов.

— Да… кажется.

“Похоже, — подумал Емельян Павлович, — парень из экстрасенсов. Или гипнотизёров”.

— Селектор забарахлил, — пояснил он. — Пришлось повысить голос. Кстати, вызовите ремонтников.

Секретарша облегчённо чиркнула в блокноте.

— Значит, — спросила она скорее утвердительно, — бумаги этого психа можно выкинуть?

— Какие ещё бумаги?

— Он визитку оставил. И пачку чистой бумаги. Там только на первом листе немного написано. Я на черновики возьму, хорошо?

Леденцов — и сам точно не знал почему — попросил:

— А принесите-ка этот лист мне, хорошо?

На странице формата А4 было выведено каллиграфическим почерком:

“Пожелания — Выполнение”

И ниже:

“Мысленное обращение к секретарю — Появление секретаря в кабинете”.

И ещё ниже:

“Не хотите ли продолжить список, уважаемый Мастер?”

4

Сначала Емельян Павлович хотел просто выбросить листок, но персональный черт толкнул его под правую руку, и она сама написала: “Сказал про пирс — Пирс обвалился”. А потом ещё “Нужны были деньги на такси — Нашёл трёшку (зелёную!) в траве”.

Это напоминало логическую игру на ассоциативное мышление. Леденцов незаметно для себя втянулся и несколько часов потратил на то, чтобы восстановить все странные случаи “сбычи мечт” в его жизни. Делал он это, разумеется, не на бумаге, а на компьютере, в электронной таблице. Так было удобнее сортировать события по дате.

Некоторые желания отличались масштабностью и затрагивали интересы многих людей. Например, армейская служба Емели проходила в родном городе, хотя команда из четырёх сотен бритых пацанов должна была отправиться в Электросталь. Леденцову не захотелось уезжать — и остались все четыре сотни. С некоторым удовлетворением и даже гордостью вписывал Емельян Павлович дела амурные. Женщин было в его жизни довольно много, но ни одна из них не доставила ему хлопот: не забеременела, не женила на себе, не заразила какой-нибудь дрянью.

Леденцов откинулся в кресле, вспомнил несколько приятных эпизодов и по-кошачьи потянулся. Облизнулся и перешёл к воспоминаниям о бизнесе.

Бизнес тоже развивался в соответствии с его, Леденцова, пожеланиями. Красный диплом местного филфака открывал перед Емельяном (ещё не Павловичем, но уже не Емелей) двери всех средних школ — с перспективой скорого директорства. Однако он решил по-своему: стал первым в области психоаналитиком. Книг по этой невнятной сфере деятельности Леденцов прочитал немало, просмотрел несколько фильмов и уяснил, что работа вполне ему по плечу. Требовалось только сидеть в мягком кресле и участливо кивать пациенту, который лежит на кушетке и рассказывает, что он интересного видел в детстве, когда мама принимала душ. Карьера местечкового Фрейда была краткой, но максимально успешной. У Леденцова был всего один клиент, Боря Петров, который позвонил и потребовал явиться к нему в офис. Они пять минут поговорили о семейных проблемах клиента, три — о проблемах с подчинёнными, восемь — об идиотизме партнёров по бизнесу.

— Сейчас придёт один, — скривился Боря, — я ему “Макинтоши” хочу втюхнуть, а он упирается. Я ему говорю: “Сейчас только бараны на «ПиСи» работают, у которых мозгов нет”, а он… Задолбался я уже его “лечить”, не могу больше!

Словом, Емельян вызвался провести переговоры самостоятельно и через час принёс Петрову (который нервно пил коньяк в соседнем кабинете) подписанный контракт.

— Так здесь же ни одного “Мака”! — обиделся Боря, изучив договор. — Одни “писюки”!

— По ценам “Макинтошей”, — и Леденцов показал приложение к контракту.

В свой офис психоаналитика он вернулся только затем, чтобы забрать вещи и расторгнуть договор аренды. Переговоры он вёл очень успешно: Емельян Павлович насчитал три десятка договоров, в которых норма прибыли зашкаливала за 1000%. Одной из самых удачных была сделка с бывшим клиентом и нанимателем Борей. Благодаря ей Леденцов стал единоличным владельцем и директором фирмы “Мулитан”.

Всего один раз “Мулитан” оказался в сложной ситуации — в начале 1998 года два городских банка решили монополизировать торговлю компьютерами и оргтехникой. Подкармливая дочернее шарашкино ООО кредитами, банкиры едва не выдавили Леденцова с рынка. Честно сказать, уже и выдавили. Емельян Павлович распродал остатки, перевёл все средства в наличные доллары и объявил подчинённым, что с сентября фирма прекращает существование.

2
Перейти на страницу:
Мир литературы