Выбери любимый жанр

Пропал дракон - Ягдфельд Григорий Борисович - Страница 4


Изменить размер шрифта:

4

— Пошли.

— Куда? — робко спросила Лида, но он не ответил. И Лида, разрывавшаяся между отчаянием и надеждой, поплелась за ним.

5

Лида не замечала улиц, по которым они шли. Она видела только Мишину спину и старалась не потерять её в толпе. Миша шагал не оглядываясь. Неожиданно он свернул в какой-то магазин. Лида вбежала за ним, не посмотрев даже на вывеску. И только там, внутри, поняла, что они в зоомагазине.

Вдоль стен до самого потолка стояли пустые клетки, такие маленькие и тесные, что нельзя было понять, для кого они: для птиц или для мышей? У прилавка толпились разные люди. Продавец набирал совком из ящика красных копошащихся червячков и развешивал в фунтиках.

Сбоку стояли аквариумы. В зеленоватой воде метались маленькие хвостатые рыбки. На подоконнике были навалены безрадостные куски серого туфа. В тёмном углу в клетке сидел какой-то печальный зверь — Лида не могла разобрать, кто это.

Миша не терял времени. Он протискивался между мальчишками и покупателями, пока не оказался рядом с продавцом.

— Сколько стоит тритон? — спросил он.

— Нет тритонов, — ответил продавец.

— А когда будут? — спросил Миша упавшим голосом.

— Когда наловишь, — сказал кто-то из очереди.

— Поезжай в Крым, — дружелюбно посоветовал другой.

— Как же так, — обидчиво начал Миша, но тут кто-то потянул его за рубашку. Миша оглянулся и увидал парня, похожего на фотонегатив, так загорело его лицо и выгорели волосы. Парень подмигнул и пошёл к выходу. Миша за ним, Лида за Мишей. Все трое вышли на улицу. Мальчишка свернул в первые ворота и поманил их пальцем.

— Кролика надо? — шёпотом спросил он и отогнул полу пиджака. Из внутреннего кармана торчали серые уши крольчонка.

— Ой, какой… — начала было Лида, но Миша твердо сказал:

— Не надо.

— А вот! — И мальчишка, как фокусник, вытащил откуда-то белую мышь с розовым хвостиком. Лида пискнула.

— Нам нужен тритон. Понял? — вразумительно сказал Миша.

— Чудаки! — фыркнул мальчишка. — Им дают законного кролика, а они… — Но, заметив по лицу покупателя, что сделка не состоится, быстро запахнул пиджак и сказал: — Ладно. Можно тритона. Три рубля.

Лида ахнула.

— Ты что, с ума сошёл? — возмутился Миша.

— Не нравится — иди в магазин. Мне ещё твоего тритона ловить надо!

— Так он же в Крыму… Мальчишка не смутился:

— Вот видишь, а говоришь — дорого! Этот ответ даже Мишу сбил с толку.

— Как же это: он там, а ты здесь… Мальчишка не лез в карман за ответом:

— Кто знает места, тот и здесь поймает. Одним словом, берёшь или не берёшь?

— Погоди, мы сейчас, — сказал Миша и отвёл Лиду в сторону. — Беги домой, неси три рубля, я его задержу, — сказал он пронзительным шёпотом.

Лида с ужасом посмотрела на него.

— Ой, мне не достать! Дома никого. Мама на дежурстве…

— Ну, Шершилина! — только и мог сказать Миша.

— Эй вы там, берёте или нет? — крикнул мальчишка.

— Берём! — буркнул Миша. И шёпотом сказал Лиде: — Ладно. Пойду к отцу на работу. Но имей в виду: потом отдашь!

— Честное слово, Мишенька, отдам! Миша подошёл к продавцу.

— Неси своего тритона.

— Давай деньги. Миша фыркнул:

— Вперёд? Ещё чего! Тритонщик возмутился:

— Это чтоб я мучился, доставал, тащил, а вас потом поминай как звали?

Теперь возмутился Миша:

— Ага! А ты хочешь, чтобы мы тебе дали деньги, а потом тебя поминай как звали?

Разговор зашёл в тупик.

Лида, увидев, что рушится последняя надежда, вмешалась в разговор. Она пыталась уговорить обоих, чтобы они поверили друг другу, и что никто никого не обманет.

Но и продавец тритонов и покупатель стояли на своём. И только когда Миша сделал вид, что уходит, мальчишка сказал:

— Ладно, давай аванс. Копеек пятьдесят. Лида было обрадовалась, но Миша твердо сказал, что аванса не будет.

Тогда тритонщик, чувствуя, что сделка проваливается, сдался и только потребовал шесть копеек на трамвай для скорости.

Тут Миша не возражал. Он достал из кошелька пятак и две копейки и спросил копейку сдачи. Но у продавца тритонов копейки не было. Лида испугалась, что всё опять разладится, но Миша догадался разменять две копейки в газетном киоске.

— Когда будет тритон? — спросил он. Мальчишка озабоченно поднял глаза к небу и сморщил лоб.

— Значит, так. На этом самом месте. Через полчаса.

Миша выглянул из ворот. На больших часах почтамта было двадцать пять одиннадцатого.

— Значит, без пяти одиннадцать чтоб тритон был здесь! — строго сказал Миша.

— Будет сделано! — крикнул мальчишка на бегу, и его белая голова сверкнула уже на другой стороне улицы.

Лида сияла.

— Какой ты молодец, Мишенька! Как ты всё чудно устроил! Мы сразу же отнесём ему, да? И скажем: простите нас. И ей скажем: простите, хоть она и противная, правда?

— Ты глупа, Шершилина. Жди его здесь. Никуда ни шагу!

— Хорошо, Мишенька, — покорно сказала Лида.

— Я могу немного задержаться. Скажешь ему, чтоб подождал.

— Да, Мишенька.

— Дашь ему в крайнем случае семьдесят три копейки, — и Миша высыпал Лиде в руку монеты из кошелька.

— Я дам, Мишенька.

— Но не смей давать, пока он не покажет тритона.

И чтобы все лапы были целые и хвост. Поняла?

— Поняла, Мишенька.

— Ну, смотри, Шершилина! — сурово сказал Миша и ушёл.

6

— А где же крышка? — спросила Таисия Петровна, едва Сергей Васильевич вошёл в переднюю. Сергей Васильевич поглядел на бидон.

— А разве была крышка? — удивился он.

— Конечно, могло быть и хуже, — кротко заметила жена. — Ты мог принести домой крышку и оставить в молочной бидон.

— Ну, Тася… — обиделся Сергей Васильевич и пошёл прямо к шахматной доске.

Таисия Петровна отнесла бидон на кухню. Она сняла с полки голубую кастрюльку и вылила в неё молоко.

Бидон выпал из её рук и покатился по полу.

Опершись лапками о край кастрюли, на неё пристально смотрел маленький пёстрый дракон. А из молока торчал его колючий гребень.

С минуту Таисия Петровна и дракон смотрели друг на друга. А потом Таисия Петровна безмолвно вышла из кухни.

Её слабое сердце не позволяло ей находиться в одной комнате с таким существом.

Она тихо тронула за плечо Сергея Васильевича.

— Серёжа, — сказала Таисия Петровна нетвёрдым голосом, — пойдём со мной.

У Таисии Петровны было такое выражение лица, что Сергей Васильевич тотчас встал и пошёл, поддерживая жену под локоть.

В кухне Таисия Петровна подвела мужа к кастрюльке. И показала пальцем:

— Скажи мне, что оно такое?

Сергей Васильевич начал хлопать себя по карманам, как он делал всегда, когда ему нужны были очки. Таисия Петровна сунула ему свои, и он наклонился над кастрюлькой.

— Что ты? Хочешь, чтобы оно цапнуло тебя за нос?! — крикнула Таисия Петровна и оттащила мужа подальше. — Знаешь, какой был случай в Ленинграде на почтамте? Один раз пришла посылка для зоосада со змеями.

— Ну-ну? — сказал Сергей Васильевич.

— А начальник почты и сунулся туда, вот вроде тебя. А змея и схвати его за нос!

— И что же он?

— Спасибо, змея была не ядовитая. А туркменская эфа в пустыне сама скачет на людей! Видишь? А ты суёшься.

— Так ты считаешь, что это змея? — задумчиво спросил Сергей Васильевич. А это ничего, что у неё лапки? Таисия Петровна возмутилась.

— Посмотрите на этого человека! Притащил неизвестно что, неизвестно зачем и ещё меня расспрашивает про лапки!

Сергей Васильевич смущённо заморгал глазами.

— Тасенька, честное слово, понятия не имею, как оно туда попало! А что это такое — мы сейчас узнаем.

И он направился к полке, где стояла Большая Советская Энциклопедия.

— И на какую букву ты собираешься смотреть? — осведомилась Таисия Петровна.

4
Перейти на страницу:
Мир литературы