Вик Разрушитель 12 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 6

— Varsågod[1]! — раздался рык диктора.

И Берсерк, набирая скорость, зашагал навстречу первой мишени, учащая ход, но не срываясь на бег. Он словно чего-то ждал. И в этот момент из земли с шипением и рёвом взметнулась высокая стена из огня. Жар оказался настолько силён, что, казалось, расплавит броню «Титана». Защитные панели заработали на всю катушку, отражая магические флуктуации Стихии. Пламя переливалось синим и алым, жадно шевелило своими щупальцами, ожидая, когда смельчак подойдёт ближе, чтобы сожрать его.

Эрик не стал раздумывать. Он просто попёр сквозь огненную стену. Его бронекостюм раскалился докрасна, но встроенные охладители и его собственная ярость позволили прорваться на другую сторону. Сгоревшее напыление едко дымилось, но не обращая на это внимания, пилот выбросил вперёд руку с раскрытой ладонью. Огромный ледяной серп, крутясь, развалил первую мишень пополам. Трибуны заревели, поддерживая чистую и дикую мощь Берсерка.

С гулким шумом середина поля разошлась по сторонам, выдвигая платформу, на которой возвышался лабиринт из прозрачных, как стекло, ледяных стен, толщиной сантиметров сорок-пятьдесят, абсолютно гладких, без единой щели. Но самое неприятное — они постоянно двигались и перестраивались, как в калейдоскопе, как только Эрик делал шаг в какой-нибудь коридор. Зрителям хорошо была видна мишень — маленький, быстро вращающийся шар в центре лабиринта. Для Берсерка появившееся препятствие подходило как нельзя лучше — он владел Стихией Воды и мог манипулировать атрибутом Льда.

Но произошло неожиданное. Эрика, кажется, привело в ярость постоянное перемещение стен. Он попёр напрямик, просто сшибая, как тараном, стены. Его «Титан» благополучно выдержал разрушение нескольких ледяных перегородок. Но лабиринт оказался не так прост. Магия перестроила его, изменив конфигурацию коридоров, так что стало совсем непонятно, где находится выход. Пилот мог вместо него выйти ко входу, даже не поняв, что лабиринт его дурит. Это был знак для Берсерка: прохождение могло быть аннулировано. Тогда он замер на месте, словно прислушиваясь к чему, или анализируя следующий ход.

И, кажется, ему удалось поймать ритм перемещения стен. Он рванул вперёд в тот момент, когда между ними появился просвет, нырнул в коридор, промчался по нему, остановился снова, дождался следующего сдвига. И так раз за разом, рывками, приближаясь к цели. Почти прорвавшись к выходу, Эрик увидел крутящийся в воздухе шар и метнул в него «ледяной топор». Магоформа угодила точно в цель, рассыпая мишень на мириады льдинок.

Зрители оценили ход и наградили своего любимца шквалом аплодисментов.

Не успев перевести дух, Эрик увидел поднимающееся гигантское колесо с лопастями из зачарованной стали. Лопасти вращались с такой скоростью, что превратились в размытый круг, способный разрезать броню на металлические ленты. За колесом, в конце арены, загорелась финальная мишень — огромный голографический дракон, который ещё и двигался по сложной траектории.

Трибуны ахнули. Берсерк разогнался до предела и прыгнул прямо на колесо. На плечах бронекостюма выросли шипы, которыми он зацепился за одну из лопастей, подбросившую Эрика вверх как из катапульты. Шипы тут же исчезли, а пилот на какую-то долю секунды использовал инерцию двигателя, чтобы перелететь на другую сторону колеса. И ещё в полёте обрушил на дракона целую очередь «водных» серпов. Часть из них ушла в «молоко», но остальные поразили мишень. Голограмма рассыпалась голубыми искрами и погасла. На экране застыли цифры. Арбитры сейчас оценивали выступление пилота не только по времени, но и по мастерству исполнения. Через минуту-другую табло показало окончательную цифру, которую должен был побить русский княжич.

— Это хороший результат? — поинтересовалась Лида, увлёкшаяся зрелищем, которое оказалось не таким уж и унылым, у Астрид.

— Очень, — подтвердила принцесса. — Эрик побил собственный рекорд прошлого года на три балла.

— Боюсь, Андрей не сможет пройти так же быстро, как Берсерк, — прошептала на ухо Арине Нина Захарьина.

Княжна Голицына лишь улыбнулась уголками губ. Скорее, наоборот, Андрею предстоит потрудиться, чтобы этот рекорд не пал так легко.

Примечание:

[1] Вперёд! (швед)

1

Я внимательно следил не только за Эриком, но и за механикой препятствий. Первое можно пройти довольно быстро, а вот в лабиринте придётся «застрять», чтобы не вызвать разочарования у зрителей на мгновенное поражение мишени. Да и у арбитров возникнут подозрения, почему моя магия так легко сносит препятствия. И колесо… Самый опасный аттракцион. Ведь его нельзя просто перелететь, нужна фиксация контакта. Но у меня нет шипов и разных крючков; столь искусную технику нужно отрабатывать не один месяц. Справедливости ради, Эрик Биргерссон больше пилот-спортсмен, чем пилот-боец. Он уважение к себе и авторитет Скандии зарабатывает на многочисленных соревнованиях.

Прозвучал гонг к началу моего выступления. Я закрыл лицевой щиток и стал ждать, когда из-под земли рванёт стена пламени. Три, два, один… В небо с рёвом поднялось ярчайшее пламя, от которого защитное стекло шлема мгновенно перешло в затемнённый режим. Погнали!

Я не стал прорываться сквозь огонь, а использовал антимагию точечно, как аккуратный разрез скальпелем в нужном месте. Для этого пришлось создать «воронку пустоты» прямо перед собой, точнее, некий конус, который пробил в стене пламени безопасный туннель. Теперь у меня несколько секунд, чтобы пройти по нему на другую сторону. И спокойно, демонстрируя, в первую очередь, для зрителей пассы руками, миную огненное заграждение. Пусть думают, что это такая магическая техника. Теперь остаётся выбросить руку вперёд, сформировать силовое поле и визуализировать его в виде летящего роя мелких и спрессованных огненных шариков. Получилось эффектно, расчётливо и красиво. Продырявленная мишень рухнула на землю, не загоревшись. Надеюсь, никто не задумается, почему так получилось.

Я не обращал внимания на табло, где мелькали цифры, отчитывая время прохождения. Мне было неважно, проиграю или выиграю. А вот поиграть с устроителями, которые вложили в препятствия свои силы и магические хитрости, хотелось неимоверно.

— Система в порядке, — прозвучал голос Гены Берга, продолжавшего следить за состоянием «Бастиона».

Дождавшись, когда передо мной возникнет сияющий на солнце ледяной лабиринт, я замер у входа, чтобы оценить его магическую структуру. Придётся потрудиться. Плетения очень прочные, с бесконечными дублированиями узлов. Значит, нужно найти основные из них, питающие всю конструкцию. Разогнав ядро до нужного состояния, я шагнул в лабиринт, выбрал для себя коридор и двинулся по нему, пока не уткнулся в стену. Найдя точку напряжения, создал «Разрыв Нити» и лёгким касанием «пустоты» нанёс силовой удар. Часть стены с грохотом обрушилась под ноги, открывая проход. Я перешагнул через ледяные обломки и устремился дальше. Но стены вдруг начали смыкаться, пытаясь раздавить меня своей тяжестью и массой. Чародеи обиделись, что ли? Так я не тупо ломаю преграду, как Эрик несколько минут назад, а действую по логике разрушения магических плетений.

Лабиринт меня не пугал. Находя всё новые и новые места, где узлы были слабее всего, я разрушал их точечными импульсами, пока не добрался до висящего в воздухе шара и не сбил его.

Судя по свисту и гулу, зрителям не особо понравилось, как я прорвался через лабиринт. Честно говоря, ожидал снятия с состязания. Как судьи отреагируют на мою технику? Сочтут ли её правильной, или же они не сообразили, что я продемонстрировал?

Скрежет и едва ощутимая в «скелете» дрожь под ногами стали ответом на мой вопрос. Состязание решили продолжить. И теперь передо мной выросло жуткое колесо с вращающимися лопастями. Издали эту конструкцию я не мог разглядеть как следует, а сейчас увидел воочию, что она из себя представляет. Оказывается, внутри самого колеса с невероятной скоростью крутились два ряда лопастей, причём, второй двигался асинхронно. Проскочить между ними совершенно невозможно, потому что препятствие не имеет магического наполнения. Это — инженерное сооружение, а значит, моя антимагия не поможет. Хотя… есть один вариант, но сработает ли он без наличия Источника? Придётся разогнать ядро до критического состояния, иначе не получится сделать то, что задумал.