Вик Разрушитель 12 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 4

Рывком подлетаю к Берсерку и кулаком бью в предплечье, чтобы сбить потоки «воздушной» магии, заставить соперника упасть. Эрик вяло сопротивляется, направляя все силы на удержание «скелета». И я использовал тот же манёвр, что и в бою с князем Оболенским. Просто сжал в своих крепких объятиях железного «Титана» и вместе с ним камнем рухнул вниз, но за несколько метров до поверхности создал силовое поле. Оно затормозило наше падение. Я разжал руки и мягко уложил Берсерка на спину. А сам взмыл вверх. Движки великолепно отработали нагрузку, на щитке продолжили гореть зелёные цифры. Заложил ещё один вираж и снова пролетел мимо королевской трибуны, не забыв помахать рукой. Немного пижонства не помешает. Один-ноль, без сомнений.

На больших экранах вовсю крутили уже смонтированные короткие ролики, на которых я играючи одолеваю Эрика. Некрасиво. Нельзя выставлять своего пилота в таком виде. Или телевизионщики не поняли, что произошло в воздухе?

Я пригасил силовым полем приземление, чуть взрыхлив грунт тяжёлыми подошвами «Бастиона». Судья объявил меня победителем первого раунда. Я специально выключил фильтры, и в уши ворвался не рёв трибун, а свист недоумённые выкрики. Скорее, из-за «пассивного» поведения Берсерка. На экранах вспыхнули цифры 0:1. Единичка горела под гербом Мамоновых.

— Второй раунд — бой на земле! — судья отошёл в сторону и свёл свои руки, показывая, что можно начинать.

Эрик постучал кулаками в железную грудь и тяжело побежал навстречу мне, постепенно набирая скорость. Если бы между нами было метров пятьдесят, он бы набрал такую инерцию, что мог играючи снести меня с ног. Но я ему такого шанса не дал. Под рёв трибун, оживившихся при виде несущихся навстречу друг другу железных машин, быстро сближаюсь с Берсерком.

Наверное, сумоисты умерли бы от зависти, видя такое представление.

Бум!

Казалось, воздух вокруг нас содрогнулся от удара. Броня отчаянно заскрипела, сервоприводы взвыли от перегрузки. Мы пытались сдвинуть друг друга с места, вспахивая землю под ногами. Чтобы не вырубить интегратор Эрика, пришлось изрядно попотеть, переводя «антимаг» в пассивное состояние. Ведь моё ядро тесно связано с антимагической защитой и ментальными техниками. Заглушая ядро, я не смогу противостоять Берсерку — он просто разотрёт меня в порошок своей магией. Но долгие месяцы тренировок с Куаном и без него принесли результат. Антимагию я удерживал внутри, как сжатый в руке упругий мячик, пока использовал ментальную энергию. Да, тяжело, нужна предельная концентрация, особенно для новичка. Но я себя таковым уже не считал, поэтому мог «жонглировать» Дарами.

Если интегратор «Титана» и потерял часть возможностей, Эрик всё равно мог пользоваться оставшимися. Так было честнее. Мы обменялись несколькими мощными ударами, проверяя броню своих «скелетов» на прочность, и с каждой минутой я ощущал, что Биргерссон начинает постепенно наращивать давление. Он не мог позволить себе проиграть и второй бой. Но и я не собирался ему подыгрывать. Разорвав дистанцию, позволил Эрику полностью восстановить работоспособность интегратора. Самому стало интересно, какую тактику соперник сейчас изберёт.

Неожиданно на щитке шлема Эрика стали проявляться горящие алым глаза. Они яростно пылали огнём и словно пытались пронзить меня своим свечением. Невероятный эффект транслировался на экраны, зрители восторженно загудели. Вот чёрт, забыл включить фильтры! Такое ощущение, что я оказался внутри осиного роя!

Берсерк создал вокруг себя завихрение из водных капель, каждая из которых прилипала друг к другу, постепенно превращаясь в гигантских размеров меч. Эрик вытянул правую руку, и в перчатку легла литая рукоять, переливающаяся серебристо-голубыми всполохами. Обхватив её обеими руками, Биргерссон широким шагом приблизился ко мне и начал размахивать клинком, круша покрытие арены, выворачивая куски дёрна, оставляя на поверхности широкие шрамы. Я уворачивался от ударов, но пару раз пропустил удары в корпус. Броня выдержала, но на внутреннем дисплее тревожно покраснели цифры. Нет, так дело не пойдёт! Если ты не одарённый, против магии нужно играть по своим правилам! Я разжал «мячик», и он пружинисто наполнил пространство антимагией. В этот момент Эрик занёс над моей головой «водяной» меч и под рёв ошалевших от зрелища трибун опустил его вниз, стремясь чудовищным ударом повергнуть меня ниц.

Хрустальный звон едва не разорвал барабанные перепонки. Настолько было насыщено магической маной боевое плетение! Широкая серебристо-прозрачная полоса клинка, не достигнув цели, брызнула фонтаном крупных капель, орошая мой «Бастион». Щиток залило водой, но я видел, куда нужно нанести удар. Кулак выстрелил по прямой, формируя перед собой плотную массу воздуха и силовое поле. Эрик мог сколько угодно уклоняться от летящего кулака — удар всё равно пришёлся по большой площади.

Берсерка снесло с места как пушинку. Его ярость, роскошно показанная в виде алых глаз на щитке, погасла. С трудом удержавшись на ногах, Эрик метнул в меня несколько серпов, одновременно с этим усиливая их кручение воздушными потоками. Я небрежно отмахнулся от магоформ, превращая грозное оружие в капли воды, оросившей разрытую землю арены.

Чтобы победа оказалась эффективнее, я пошёл на хитрость, остановившись в нескольких шагах от Берсерка. Манипулируя руками, словно показывая, что готовлю ответный магический удар, сам в это время зорко следил за движениями соперника. Эрик воодушевился — я ведь не добил его, а значит, сил у меня осталось не так много! — и снова создал «водяной» меч, напитанный маной от рукояти до кончика, и рубанул от плеча, словно хотел снести мою голову.

Экспериментируя с различными силовыми потоками на тренажёрной площадке, я создал технику, которую назвал «Разрыв Нити». Она работала на физическом импульсе и показывала неплохую эффективность против магоформ подобного уровня, как у Берсерка. «Водяной меч» относился к тем техникам, которые неразрывно связаны с физическим телом носителя. Поэтому я и применил «Разрыв Нити». Не пригибаясь и не уходя от летящего сбоку меча, дождался момента, когда острая кромка уже была рядом с моей шеей. Трибуны ахнули. Они ведь полагали, что я уже не смогу уйти от разящего удара.

В момент наивысшего ускорения я вытянул руку с раскрытой ладонью и коснулся острой кромки магического оружия. Антимагия снова была переведена в пассивное состояние, и создание пустоты срезало часть клинка. В этот же миг я сделал шаг вперёд и ударил по грудным пластинам брони Эрика раскрытой ладонью.

Мгновенная, полная, абсолютная пустота, сконцентрированная в одной ладони — и броня «Титана» не выдержала. Нет. Она не раскололась, как скорлупа ореха. Произошёл энергетический сбой. Встроенные усилители, сервоприводы, сенсоры — всё отключилось на секунду. Интегратор, как магический инструмент, продолжал работать, но Эрик не мог даже пошевелиться.

Со стороны могло показаться, что я нанёс всего лишь один удар. Но их было два, мгновенных и быстрых, как бросок кобры. После второго Эрик зашатался, и увлекаемый тяжестью обездвиженного бронекостюма, завалился на спину.

То, что это победа, я не сомневался. Дал команду поднять щиток и услышал тишину трибун. Понимаю, сейчас все переживают за поражение своего любимца. Но я честно устроил им шоу, хотя мог закончить бой за две-три минуты.

2

Олаф один из первых поднялся на ноги и зааплодировал, отдавая должное красивой и эффектной победе княжича Мамонова. Невесты Андрея, сдерживая эмоции, тоже присоединились к нему. Сияющая Астрид с гордостью взглянула на отца, бесстрастно взиравшего на арену, где сейчас русский антимаг помогал подняться поверженному Эрику.

Гости на королевской трибуне, не жалея ладоней, приветствовали столь красочный бой. Русский посол Зюзин что-то говорил военному атташе в мундире русской имперской армии, и тот медленно кивал в такт его словам.

— Он или талантливый актёр, или нечто другое, — усмехаясь, сказал Вигбьёрд, тем не менее аплодируя победе. — В любом случае, нам повезло, что этот парень будет на нашей стороне.