Легендарный Повар 1 (СИ) - Гремлинов Гриша - Страница 32

Продавцом, что не удивительно, оказался гном. Он тоже представлял собой классического представителя своей расы: метр двадцать в прыжке, не больше, но в плечах — шире меня раза в два. Руки — как кузнечные мехи, в рыжих волосах, с огромными ладонями и короткими, толстыми пальцами. Борода — густая с проседью и заплетённая в косицы.

— Добрый день, — сказал я, подходя к прилавку. — Мне нужен поварской нож.

Гном поднял голову, окинул меня оценивающим взглядом с головы до ног и сплюнул куда-то в угол. Да что в этом Бешале за манера плеваться⁈

— Парень, ты в мою лавку зашёл или в балаган? — голос у него был низкий, рокочущий, как камнепад. — Ножи у меня — штучный товар. Не каждому продаю.

— А я не у каждого покупаю, — ответил я спокойно. — Покажите, что у вас есть.

Гном хмыкнул, но полез под прилавок. Вытащил поднос, на котором лежало несколько разномастных ножей. Я присмотрелся к каждому из них.

Первое, что бросилось в глаза, конечно же, качество. Сталь была тёмной, с лёгким сизым отливом, будто воронёная. Лезвия — острые, без зазубрин. Рукояти — из дерева, кости, рога, с заклёпками из латуни или серебра.

— Гномья работа, — сказал продавец с гордостью. — Не то что людская. Наши ножи и через сто лет острыми будут.

Я взял первый попавшийся — небольшой, с костяной рукоятью. Поднёс к глазам, осмотрел лезвие. Оценка подсветила.

Нож поварской (малый). Качество: хорошее. Сталь: углеродистая, ковка ручная. Баланс: смещён к рукояти. Требует регулярной заточки.

Я положил нож обратно. Взял другой — подлиннее, с рукоятью из тёмного дерева.

Нож поварской (средний). Качество: отличное. Сталь: дамасская (сварная), ковка ручная. Баланс: идеальный. Удобство хвата: высокое. Требует бережного ухода.

— Этот, — сказал я, не выпуская ножа из рук. — Сколько?

Гном глянул на меня и прищурился:

— Восемь серебра.

Я присвистнул.

— Дорого.

— Качество стоит денег, — отрезал гном. — Это не какой-нибудь кусок металла, парень. Это настоящий нож. С ним ты и рыбу, и мясо, и овощи — всё будешь резать как по маслу. Он тебе сто лет прослужит, если не сломаешь.

Я повертел нож в руках. Баланс — божественный. Лезвие — тонкое, гибкое, но упругое. Рукоять ложится в ладонь как влитая, не скользит, не натирает. Острота — я провёл пальцем по лезвию — не порезался, но волоски на руке сбрил без усилий.

— Хорош, — признал я. — Но восемь серебра — это почти всё, что у меня есть. Мне ещё продукты покупать.

— А это не мои проблемы, — буркнул гном. — Его цена — восемь и точка. Хочешь — бери, не хочешь — иди в другую лавку. Только там тебе такое барахло втюхают — через месяц выбросишь.

Я задумался. Девять серебра у меня было в мешочке, плюс медь. Если отдать восемь, останусь почти ни с чем и ещё должен буду. Но нож… нож был прекрасен. С ним у меня точно получится не только кормить людей на рынке, но и открыть трактир гораздо быстрее, чем я рассчитывал.

— Пять серебра и двадцать меди, — жёстко сказал я.

— Шесть и ни медяком меньше, — отрезал гном.

Мы впились друг в друга взглядами, никто из нас не собирался отступать. Для меня это было вопросом выживания, а для него лишь поводом содрать с меня побольше монет. Атмосфера в лавке накалилась до такой степени, что если бы сейчас рядом что-то взорвалось, мы бы и не заметили.

Ещё несколько минут мы буравили друг друга. И мне, наконец, это надоело.

— Пять с половиной, — твёрдо сказал я, а потом вспомнил про Ефросинью и добавил. — Продашь за такую цену, я буду каждому про твои ножи рассказывать.

Искра, вспышка, безумие.

Гном от моих слов превратился в соляной столб. Его лохматые брови взлетели и тут же рухнули, сойдясь на переносице. Он пожевал губами, изо всех сил пытаясь удержаться и не послать по одному ему известному адресу. Такой наглости гном явно не ожидал.

— Да кто ты… такой, чтобы мне такое предлагать⁈ — глухо выдавил он. — Всем в Бешале известно, что мои ножи самые лучшие!

— Марк Винтер, повар из «Сытого Вепря», — ответил я. — Сегодня стоял на площади и жарил рыбу Пузыря. Был бы у меня такой нож, то готовил бы ещё быстрее.

Гном недоверчиво прищурился, оглядев меня от макушки до пяток:

— Так, тот судак, от которого по всей площади запах стоял, твоих рук дело?

— Именно, — кивнул я.

— Хм, — гном задумчиво почесал бороду. — А говорили, Винтеры кончились. Ан нет, вон, внук подрастает.

Он помолчал, всё ещё борясь с собственными принципами. Я видел, как тяжело ему сейчас победить свою гномью натуру. Бекон тоже не сводил с торговца взгляда и, я клянусь, тоже его гипнотизировал. Может быть, как раз наше пристальное внимание в итоге и стало решающим. Гном вздохнул и окончательно капитулировал.

— Пять с половиной, — нехотя кивнул он. — И чтобы я слышал, как ты ножи от старого Хрюза хвалишь. Понял?

— Будет сделано, — я отсчитал монеты и выложил на прилавок.

Гном придирчиво пересчитал и оглядел каждую монетку, разве что на зуб не попробовал, смахнул за прилавок. И оттуда же достал простые добротные ножны. Вот это сервис!

— Дарю, — сказал он. — Чтобы не потерял в дороге.

Я нацепил их на пояс, покрутился, проверяя удобно ли, а потом со всем уважением взял нож. До чего же он хорош! Деревянная рукоять, как влитая сидела в руке, а за счёт шероховатой поверхности, нож точно не выскользнет из ладони.

— Спасибо, — сказал я.

— Не благодари, — буркнул гном. — И помни, что ножи от Хрюза самые лучшие.

Я кивнул и вышел из лавки, Бекон прошмыгнул следом. В его зубах всё ещё была монетка, хотя пока мы были у гнома, я её не заметил.

— Ну что, рыжий, — сказал я, поглаживая кота. — Теперь у нас есть отличный нож и даже осталось немного денег. Пройдёмся по торговым рядам, чтобы запасы пополнить и домой. Работы у нас непочатый край.

Кот посмотрел на меня, задрал хвост и пошёл вперёд, показывая дорогу к продуктовым рядам.

— Да, и ещё, — сказал я, догоняя его. — Больше никаких краж! А то в следующий раз в залог оставлю тебя.

Бекон обернулся, посмотрел на меня с выражением «да без меня ты бы этих денег не заработал!» и гордо зашагал дальше, задрав хвост трубой.

Я усмехнулся и последовал за ним. С ножом на поясе я чувствовал себя практически хозяином мира. Почему почти? Потому что впереди вальяжно шёл кот, который явно считал себя главным в нашей команде.

— Бекон, — сказал я, догоняя его. — Ты меня слушаешь, вообще? Мы идём за продуктами. Без самодеятельности. Ничего не воруем, не выпрашиваем, не вынюхиваем и не портим.

Кот глубокомысленно фыркнул, но что он имел в виду, так и осталось для меня загадкой.

Рынок продолжал жить своей жизнью. Дневной ажиотаж уже схлынул, оставляя место праздношатающейся публике и тем, кто закупался после работы. Торговцы уже устали вытирать трудовой пот, улыбаясь, пересчитывали выручку и вяло зазывали новых покупателей, чтобы до вечера освободить прилавки.

Я двигался по рядам с привычной методичностью, как по супермаркету в прошлой жизни, только тележки не хватало. По списку первой шла мука, с неё-то я и решил начать, к тому же, бакалейная лавка как раз встретилась мне по пути.

За прилавком стояла дородная женщина в белом переднике, с румяными щеками и цепкими глазами. Торговка окинула меня выразительным взглядом — подросток, тощий, в потрёпанной куртке. Решила, видимо, что я из тех, кто берёт на медяк отрубей.

— Здравствуйте, — сказал я, разглядывая товары. — Нужна пшеничная и ржаная мука, тонкого помола.

Ну, посмотрим, как Системные плюс десять процентов к репутации помогут мне сбить цену на хорошие продукты.

— Есть, — ответила она нехотя. — Пшеничная — три медяка за мешок. Ржаная — два. Берёшь?

Я присмотрелся к мешкам, что стояли за её спиной, они выглядели не первой свежести, поэтому я решил активировать Оценку. И не зря.

Мука пшеничная. Качество: низкое. Засорена мякиной и мелкими камушками. Содержит примеси. Не рекомендуется для выпечки