Волчий клан 2 (СИ) - Муллагалеев Валерий - Страница 22

Я провел взглядом вдоль стены и нашел место, где вздымались три каменные колонны. От их верхушек расходились пучки энергии, которые растекались по защитному куполу. Соответственно, под ними находился генератор.

«Братья!» — воскликнул я телепатически.

Волколаки по всей арене встрепенулись. Некоторые замотали головам, впервые столкнувшись с чужим голосом в голове. В полнолуние все были особенно чуткие, да и мой голос был наполнен силой лунного света и пробивался даже в самые дремучие озверевшие мозги.

«А ну все брысь от колонн!» — рыкнул я. Они повиновались, но не все.

«Сейчас там будет бабах! Распидорасит к ебеням!» — более доступно объяснил я, после чего желающих испытать мое предсказание на собственной шкуре не осталось.

Сознание улетело вниз. Репей придирчиво осмотрел насыпанную порохом дорожку, прикинул расстояние. В глазах было сомнение. Он посмотрел на меня-волка и вдохновленно сказал:

— Жахнем!

Чиркнул спичкой и поднес ее к дорожке. Порох заискрился, зафыркал густыми белыми дымками, по дорожке побежал шипящий огонек.

Я вернулся наверх.

Запоздало возникла мысль убить сразу двух зайцев, или, как говорили у нас в армии, «одним зайцем сразу всех убить».

Только бы успеть!

Я направил астральных волков на халазию, покусал больно и с удовольствием, а затем ринулся в сторону колонн. Халазия — страшная, но тупая — поползла за ними.

Ну ползи же, ползи! Она ползла.

Огромное жирное основание туловища, похожее на тысячекратно увеличенную улитку со множеством ног-щупалец приблизилось с колоннам, накрыло собой все пространство рядом…

Громыхнуло так, что зрители, стоявшие на ногах, попадали.

Песок взлетел вверх, словно под ним проснулся вулкан.

В поднятой туче сверкнула бледно-красная вспышка.

Треснули каменные колонны, одна из них упала, дергаясь в вспышках молний, словно невесомая щепка.

Взревела халазия — ее разорвало на две неравные части.

Колонна встретилась с одной из частей, молнии перекинулись на раненое тело — потянуло дымом и тухлым жареным мясом со специями из серы и кислоты.

Защитный купол погас.

Первую секунду было тихо, словно лопнули барабанные перепонки.

Затем яма тишины наполнилась всеобщим ором.

На этот раз орала не только толпа на трибунах — орали маги-аристократы.

Волколаки тоже орали, но по-своему, с рычанием и воем. Они ринулись во все стороны. Те, кто был во второй форме, пополз по стенам, а крупные преодолели их исполинскими прыжками.

«Бегите, братья! — рыкнул я напоследок. — Избегайте боя! Скройтесь во тьме!» Секунду подумав, я добавил: «Идите в Красные Родники, что в Камской губернии. Особенно тебя касается, Зверодан».

«Что там?» — отозвался тот, с трудом выговаривая слова.

«Волчий клан».

Астральные волки по стенам карабкаться не умели. Тем более Челищев был на балконе с отдельным выходом.

Я вернул часть сознания в человеческое тело, открыл глаза. Из моей груди тянулось порядка дюжины алых цепей. В ушах шумело от Ярости, сердце стучало так, словно я только что пробежал десяток километров и вдруг остановился.

Я поспешил вниз, в подвалы. Волки ринулись за мной.

— КТО ТЫ⁈ — донесся до меня исполненный злости и ненависти голос.

Не было нужды угадывать, кому он мог принадлежать. Так мог орать только могущественный чернокнижник, который прилюдно потерпел лютое фиаско, чьи планы рухнули благодаря одному человеку. Волколаку.

— Скоро узнаешь, — проговорил я на бегу и скрылся в подвалах Арены.

Я вышел в привычные коридоры, знакомые как пять пальцев. Здесь проводили меня не раз.

Отыскал лестницу, ведущую наверх — здесь я никогда не был. Те самые коридоры, которые «только для персонала».

Вместе со мной по ступеням бежали, быстро-быстро перебирая лапами, двенадцать астральных волков. Они были сотканы из струящейся алой Ярости, но глаза у всех были жгуче-желтые.

Вот и дверь на воздух, я вышиб ее пинком.

Луна на очистившемся от туч небе сияла единым огромным прожектором. Мой прожектор, мое представление.

Я оказался выше трибун, у балкона арбитра.

Балкон выдавался вперед длинным шипом и нависал над ареной.

В конце стояла высокая фигура в мантии.

Челищев, в отличие от всех кругом, и не думал суетиться. Он оторвал взгляд от распотрошенной взрывом халазии, посмотрел на стремительно пустеющие трибуны, где среди людей мелькали волколаки, и обернулся ко мне.

Я пошел к нему, передо мной шествовала дюжина астральных волков.

Комната, отведенная Инессе, была великолепна.

Обстановка усадьбы в предместьях была поскромнее, чем в особняке, однако низкие потолки и деревянные стены создавали уют. Комфорта добавляла отдельная ванная комната. Вообще, комната напоминала номер в приличной гостинице.

Проблема была только в запертой снаружи двери.

В решетках на окнах.

В наручах из красной осины.

«И в том, что меня похитил сумасшедший чернокнижник!» — подытожила Инесса и пнула ножку кровати.

Мебель здесь была солидная, широкая кровать с балдахином даже не шелохнулась от удара.

Инесса подошла к столу, с хмурым выражением лица съела виноградину. На подносе лежали фрукты и закуски, рядом стояла бутылка вина для, как сказал граф Челищев, комфортного отдыха.

«Отдохните с дороги, баронесса», — так он обосновал похищение.

На ее возмущенные вопли и попытки вырваться он улыбался и качал головой.

А потом ударил ее по лицу пятерней. Удар бросил Инессу на пол, на губах выступила кровь.

Она тогда еще заметила, как оживился его слуга Вавила, стоявший поодаль. Облизнулся, сделал шажок вперед.

«Ведите себя хорошо и скоро вернетесь домой невредимой», — сказал граф Челищев.

«Мой отец убьет вас», — прошипела тогда Инесса.

«Увы, Павел Рюмин захворал, — улыбнулся он. — Помолитесь о его выздоровлении и… благоразумии. О, меня посетила замечательная мысль! Напишите папе письмо. Убедите его отдать голос за мой проект».

«Дайте мне бумагу и чернила, — кивнула Инесса. — Я займусь сочинением вашей эпитафии, граф».

«Не буду вас торопить, — спокойно ответил он. — Выбирайте сами, как долго еще вашему отцу мучиться. День, два, неделю? А вдруг потом уже и поздно будет?»

Сегодня, в полнолуние, Инесса услышала, как граф Челищев засобирался на Арену. Сердце кольнуло от мысли, что Лютиков окажется в опасности, прямо в лапах чернокнижника, с которым не справиться даже ему.

Она ждала, что граф Челищев зайдет в ее комнату. Планировала кинуться на него и… что? Ударить мага седьмого ранга бутылкой из-под вина?

Впрочем, он все равно не зашел. Поболтал с Вавилой у порога и хлопнул входной дверью.

Скрипнули половицы от шагов Вавилы, и наступила тишина.

Прошел час.

Когда опустилась темнота, Инесса подошла к окну и взглянула на небо. Рваные тучи расползлись в стороны, выглянула полная луна. Она вселила в Инессу странную и нелогичную надежду на то, что все будет хорошо. Напомнила о Лютикове.

Инесса протяжно вздохнула.

Вдруг в прихожей раздался грохот, словно пинком выбили дверь. Рык и короткий вскрик. Скрипнула сдвигаемая мебель — пол вздрогнул от опрокинутого шкафа.

Инесса насторожилась, нащупала на столе бутылку вина и взяла ее как дубинку. Прокралась к двери в коридор, прислушалась.

Вздрогнула от стука над самым ухом.

— Инесса, ты здесь? — послышался знакомый голос.

Лютиков!

— Да! — воскликнула она.

В скважине повернулся ключ, дверь распахнулась так резко, что ударилась в стену.

На пороге стоял Лютиков. Точно такой, каким она его запомнила при первом знакомстве. Глаза волчьи, усы гусарские, серый доломан с золотистыми петлями едва сходится на широкой груди.

Он хотела броситься ему на шею, но помедлила. Почему он сам не сгреб ее в объятия как обычно? Уж не ранен ли?

— Как ты здесь оказался? Ты сбежал? Или тебя освободили?