Авангард. Третий ангел (СИ) - Котов Алексей - Страница 18

Уровень 7: Ковчег «Элизиум»

Анклав расширяется единой агломерацией путем объединения с вынесенными на соседние гексагоны форпостами и бастионами, в центральном кластере прирастая исследовательскими центрами и жилыми районами, расположенными среди зеленых зон. Защитные купола накрывают соседние гексагоны, Таун-холл — семиуровневый небоскреб, видимый из любой точки всего кластера.

Уровень 8: Полис «Элизиум»

Контролирующий уже весь кластер анклав широко раздвигает границы, Таун-холл становится центром многоуровневого технополиса. Он возносится на восемь основных этажей, к нему пристраиваются крытые галереи-транспортеры, соединяющие его с другими районами и кварталами, силы обороны анклава проецируют влияние далеко за границы кластера, становясь планетарной силой.

Уровень 9: Сфера «Элизиум»

Раскинувшийся на многие территории анклав — место, где технология и комфорт суть одно целое. «Элизиум» становится административным центром целой сети объединенных в одну благополучную агломерацию городских поселений, полностью возвращая в пределах своих границ жизнь и порядки старого мира.

Население увеличилось уже настолько, что можно было перевести анклав на пятый уровень развития — превращая Купол в Агломерацию, что я без промедления и сделал. Несколько секунд ничего не происходило, а после действие началось: на большой голопроекции появились контуры новых построек как внутри города, так и за пределами городских стен. Интуитивно было понятно, что типы улучшений делятся на четыре вида — военная инфраструктура, приоритетная сейчас, гражданская — сельскохозяйственные кластеры и жилые кварталы, а также научно-исследовательские модули. Рядом с каждым плановым улучшением находились показатели очередности и требуемого на улучшение количества работников и времени, так что я около минуты смотрел на цифры, не в силах принять реальность. Реальности же было абсолютно плевать на мое неприятие, она просто сообщала мне свои условия, которые я с трудом начал осознавать. И понимать.

Закрыл глаза, вздохнул. Открыл глаза, выдохнул. Когда мы направлялись сюда вместе с Лизой, модификация и улучшение Скаута произошла за считанные мгновения, потому что я нахожусь в качестве Посланника Системы на задании. Когда я повышал уровень поселения в Эль-Новгороде, поселение стремительно росло само, потому что является частью Великого леса — где почти половина жителей должна быть занята только лишь прогулками с развлечением в виде касаний травы и наслаждения пением птиц с журчанием ручьев. Особенности эльфийской расы, где быстрое развитие компенсируется меньшим трудовым ресурсом сливающегося с природой населения.

Здесь и сейчас никакого быстрого повышения уровня поселения не планировалось. Первая гражданская задача — сборка строительных лесов у Таун-холла, для того чтобы роботы и управляющие ими люди приступили к работе по возведению пятого этажа с аэрогаванью, по плану должна была начаться только послезавтра утром, когда три взвода сил обороны будут полностью развернуты, организовав эвакуацию и защиту периметра.

Вообще все сроки постройки и восстановления жилых кварталов были завязаны на расширение состава сил обороны. Возведение воздушной гавани, создание подразделений аэромобильной пехоты, должных прикрывать строителей, еще даже не набранных; постройка аванпостов и жилых ферм-куполов за стенами планировалась и вовсе только тогда, когда на основе каждого из трех взводов будет развернуто по полнокровной роте, с дополнительным подразделением таск-форса для быстрого реагирования на возникающие на границах угрозы.

Девяносто дней — именно столько времени, при условии выполнения плана улучшения, прогнозировала Ариадна для перехода поселения на следующий уровень.

— Лиза, ты понимаешь, что здесь происходит? — показал я на голопроекцию девушке, которая тоже озадаченно смотрела на цифры.

— Н-ну да, — слегка озадачилась девушка.

— Ты тоже видишь сроки, в которые должно произойти улучшение города? — уточнил я.

— Да.

— Я сейчас отъеду на несколько часов. Ты сможешь пока контролировать все происходящее?

— Н-наверное, — протянула девушка. — А ты куда?

Я не ответил, а Лиза открыла было рот, явно собираясь прокомментировать или задать еще вопросов, но быстро догадалась куда я собрался и кивнула.

— Да, милорд, я справлюсь, — уже уверенно ответила она. — Все будет чики-мони-бомбони, езжайте спокойно.

Отлично. Именно поэтому я ее военным комендантом и назначил — максимум уверенности, минимум рефлексий. На долгой дистанции взрывоопасный коктейль, а если же все будет хорошо, и я смогу до темноты вернуться, это наоборот в плюс.

— Петр, оставайся и будь готов помочь по мере сил, — посмотрел я на притулившегося у стены чумного доктора. — Все, я пошел.

— Милорд, а на чем вы поедете? — поинтересовалась Лиза. — Три часа же осталось до того, как машины снова появиться смогут.

Отвечать я не стал. Хотя вопрос хороший, я бы тоже хотел знать на чем я поеду — но это уже в процессе решу. Красноволосая девушка глядя на меня вздохнула, снова открыла рот что-то сказать — возможно с советом подождать, пока вновь появится возможность призвать машины отряда, но снова промолчала и только кивнула. Екатерину она тоже недавно видела и тоже понимает, что счет идет на часы.

— Удачи, милорд, — услышал я вслед и только рукой махнул не оборачиваясь.

Когда поднимался вверх по лестнице на поверхность, меня догнал немного запыхавшийся и заметно волнующийся Петр. Видимо не сразу понял, куда я собрался, а сейчас корит себя за недогадливость и медлительность.

— Босс, от меня здесь толку все равно немного.

— Ты не боишься умереть, попав в руки безумных садистов? — пошел я с козырей.

— Боюсь, — тут же ответил Петр, но остановиться даже не подумал.

Я тоже не стал его останавливать — водитель мне нужен, одному тяжеловато будет. Другое дело, что надо сначала машину найти, но идеи уже есть кое-какие; при этом Ариадне я запрос не делал и не собирался. Опасался, что это может стать маркером для возможного провала задания и управляющий суперкомпьютер запретит мне выезд из города. Не уехать же я не могу, потому что три месяца на улучшение города, после которого будет зачтено выполнения системного задания — это приговор для Екатерины, ну или лотерея с ожиданием повезет ей спастись, или нет. Даже лишние три часа в ожидании того, что можно будет вызвать Скаута кажутся критичными, так что действовать надо как можно быстрее.

У главного здания машин не было видно, вообще никаких. Поодаль заметил проехавший темно-синий Хамви, но привлекать внимание не стал, Ариадна может отреагировать на изменение маршрута движения и начать задавать мне неудобные вопросы. Так что уехали мы с Петром от Таун-холла на самокатах, найденных на стоянке. Петр свою маску чумного доктора при этом положил на скамейку, собираясь оставить, но я жестом показал ему взять с собой. Именно сейчас, при взгляде на эту черную кожаную лабуду с клювом у меня сформировался план проникновения в осажденный Эль-Пасо. План смелый, вплоть до дерзости, но кажущийся выполнимым.

Проехав на электросамокатах по улицам города, следуя по нашему с Лизой старому маршруту, оказались у пролома в городской стене. Здесь самокаты бросили и спустившись под уклон по следам Скаута, форсировали канал, почти полностью намокнув — глубина приличная. Выбравшись на другой стороне, выкарабкались по склону, после чего шлепая и обтекая двинулись пешком в сторону стоянки с машинами рейдеров — той самой, где я бензовоз в факел превратил. С Лизой на Скауте здесь быстро пролетели, а идти как-то довольно долго оказалось.

— Босс, а что за история с воробьем? — спросил вдруг молчащий до этого момента Петр.

— Каким воробьем? — вообще не понял я подачи.

— Ты лысому грозил судьбой воробья.

— Какому лысому? А! — вспомнил я детали недавних угроз Гольдштейну. — В общем, летит воробей зимой. Мороз такой сильный, что птиц замерз и упал камнем вниз на скотном дворе, взлететь не может и помирать уже готовится. Но тут мимо корова прошла и лепешку на него уронила. Воробей в теплом дерьме отогрелся, семечек даже нашел перекусил, голову из кучи высунул и давай чирикать от радости. На звук кошка сориентировалась, воробья из кучи выдернула, убила и съела. Мораль этой истории такова: не каждый, кто на тебя нагадил — враг. Не каждый, кто тебя из дерьма вытащит — друг. Ну а если уж попал в говно, то сиди и не чирикай.