Большой игрок 3 (СИ) - Моури Эрли - Страница 41

— Что просто? Так просто девушку не целуют, — понизив голос произнесла Настя и еще тише добавила: — Тем более женатый мужчина.

— Не сдержался! Вы такая! Вы просто фея! И если о моей жене… Не надо о моей жене. Ну зачем о ней, — он попытался снова справиться с застежками ее платья.

— Лев Самойлович, я вижу вы невыносимый шалун. Только нам не нужно долго задерживаться в примерочной, — сказала Самгина, чувствуя, как его пальцы гладят ее голую спину. — Правда, не очень удачное место. И это платье я решила не брать — с ним лишние сложности. Выходите, я переоденусь. И… буду свободна для вас.

Примерно через полчаса они сидели вместе за столиком в «Теремке». Настя успела отпустить Сбруева, поскольку Дарвинский обещал отвезти ее на своем великолепном домкане марки «Юритт–11». А сам Лев Самойлович наконец решил все текущие вопросы с поставкой товаров Лопухиным. Так что для него и рыженькой волшебницы впереди был целый вечер, который мог стать очень приятным для кого-то из них или даже для двоих сразу.

Мы с Полиной приняли вместе ванну, расслабились от тепла воды и взаимных ласк. Когда же вышли, уже настало время готовиться ко сну. Пока тетушка укладывала волосы перед зеркалом в спальне, я уронил полное неги тело на диван и взял журнал «Магия и Механика» — этот номер я начал читать сразу после обеда. Вообще, шутки в сторону: помимо того, что я становился немного магом, я начал разбираться в технических хреновинах этого мира. Тяга к технике у меня имелась и в прошлой жизни: с Димкой, моим соседом, забавлялись радиоуправляемыми машинками и геликоптером, понемногу химичили — делали порох из селитры, серы и угля — это для самодельных ракет. Как я подрос, часто проводил время у дядьки в автомастерской. Иначе говоря, мое детство и юность прошли не только в спортивных секциях, и техническая мысль в моем уме стала явлением не посторонним.

Вот и сейчас, вернувшись к статье про ранполи, затем почитав про устройство домканов, я пришел к кое-каким интересным соображениям, идейкам, до которых пока не додумались в мире магов и эфирных потоков. Если разобраться по-серьезному, то эти домканы — хрень совершенно архаичная. Хотя я не совсем понимал, каким образом в двигателе домкана или будь то рельсохода пластины корвита создавали вращающий момент; не слишком догонял, как устроен кристаллический хран, остальное мне было относительно понятно. Понятно в общих чертах, на том уровне, который давали научно-популярные статьи. Но при этом инженерам, создававшим эти самодвижущиеся повозки, я бы мог подсказать кучу оригинальных идей. Таких, которые сделали бы домканы в разы удобнее в управлении и эксплуатации.

Быть может, когда-то займусь прогрессорством, но пока для меня важнее «АпПельсин». Да, торговать модными женскими платьями — дело как бы не мужское, однако, я пока продолжаю дело отца — условно моего отца. И здесь уже дело принципа, довести до конца начатое. Раз решил, что невзрачная конторка, когда-то начатая Василием Дмитриевичем как одежная лавка, будет процветать, то я этого обязан добиться. Тем более, есть у меня серьезные обязательства перед Весером и Ириэль.

Кстати, Ириэль… Отчего-то вспомнилась мне демоница. Остро так вспомнилась, что я даже отложил журнал и рывком оторвал голову от подушки. Именно в этот момент метрах в трех от дивана вспыхнуло свечение. Раздался негромкий хлопок, и я увидел блондинку до жути похожую на Ириэль! Нет не только, похожую — она и была самой Ириэль! Уж иной цвет волос женщины не мог ввести меня в заблуждение!

Бля! Говорят же мысли материальны! Уж в этом меня вполне убедили уроки Весериуса, вот еще демонесса, чуть растрепанная, сверкающая льдисто-голубыми глазами и бесконечно прекрасная с любой прической. А вот то, что случилось дальше, такой хрени я даже предположить не мог. Ириэль заорала, точно свихнувшаяся сука:

— Негодяй! Жалкий червь! — она бросилась на меня. — Я убью тебя! С таким!.. Удовольствием!

При всей моей великолепной реакции, я не успел среагировать: ее руки вмиг сдавили мое горло. Я вцепился в них изо всех сил пытаясь развести, и к еще большему охренению понял, что эта дамочка намного сильнее меня. Даже в самом диком порыве, порыве, полном отчаянья, я не мог разжать ее нежные пальчики. Сейчас они казались стальными, усиленными неведомой мне могуществом, какой-то демонической жаждой моей смерти.

— За что, Ири⁈.. — прохрипел я, пытаясь схватить еще глоток воздуха.

— О! Ты не знаешь⁈ — ее хватка немного ослабла, но глаза при этом точно не стали добрее.

В этот момент в комнату вбежала Полина, на ходу завязывая халат.

— Кто это, Саш⁈ Кто⁈ — вскрикнула Лебедева, бледнея, не понимая происходящего. Наверное, гадая, как незнакомка могла проникнуть в наш номер, и что за сумасшедший порыв на нее нашел.

— Ты! Ты и ублюдок Весериус! Ты давал ему свое тело! Давал⁈ Решили меня одурачить⁈ Убью… вас… двоих! Все сломали! Все разрушили, что я создавала! Годами! — прошипела Ириэль, продолжая меня душить. Взгляд ее голубых глаз пронзал ледяными иглами.

В моих же глазах потемнело. Я захрипел, силясь вдохнуть. Вспомнил о магии, и попытался активировать «Гром Титанов». Не знаю, можно ли пронять им демоницу и успею ли, но это единственное, что мне пришло на ум — это «Гром Титанов», который к чертям пробивает потолок и крышу. Убивать Ириэль я не хотел. И, конечно, не смог бы — она же как бы бессмертна. Хотя, что я понимаю в подобных вещах? Тем более, когда мысли путаются, становятся тише. Угасают от недостатка воздуха! Не знаю, почему демоница до сих пор не раздавила мою шею. С ее хваткой несложно превратить в крошево шейные позвонки.

Я слышал, как Поля орала на нее не своим, каким-то жутковатым голосом, требовала меня отпустить. Одновременно чувствовал собственный магический поток. Вопреки всему, вопреки угасающему разуму и судорожным всхрипам, он все-таки пошел, поначалу потихоньку потек из удаленной точки концентрации по моим каналам. Все это произошло меньше чем за полминуты.

Через полуоткрытые глаза, я увидел, как Ириэль дернулась. Дернулась, еще раз, поворачивая голову. По лицу хетайлы потекли тонкие струйки крови. Лишь в следующий миг, я увидел, что рядом стоит тетя Поля с занесенной над демоницей табуреткой. За этим последовал еще один удар Полины Борисовны, решительный, со всей силы — табуретка разлетелась на куски.

Ириэль отпустила меня и медленно встала, поворачиваясь к Лебедевой. Я, наконец, смог вдохнуть передавленным горлом и прохрипеть:

— Сука! Еба*ная демоница! Не трогай Полю!

Кое-как оторвал спину от дивана и направил всю силу магического потока в зону трансформации. По научению Весера требовалось особо внимательно контролировать ее. Но сейчас не до заветов магистра! Пустил все, как было в тот первый раз, тогда с пробитым потолком, без модуляции, без всяких резистов! Энергетический вихрь во мне стал подобным взрыву.

Бдя*ь! Как и прошлый раз! По тем же самым граблям! Но сейчас мне простительно! Наверное, именно так нужно было сейчас!

Я успел вскинуть руку, раскрывая ладонь, навести ее на Ириэль. Демоница, наверное, почувствовала, что вот-вот случится кое-что. Резко повернулась ко мне. В этот момент мою руку словно пронзило высоковольтным разрядом. Каждый нерв, каждая клеточка превратились в диких магических проводников. Воздух вокруг растопыренных пальцев вспыхнул так, что стало больно глазам, и раздался оглушающий грохот.

Хетайлу отнесло к дальней стене вместе со столом. Вернее, с его обломками: разбитой в щепы столешницей, ножками, обгоревшей, порванной в лохмоты скатертью. Ириэль влетала в сервант, разбивая спиной дверцы, полки. На нее посыпалось стекло, осколки фарфоровой посуды. На какой-то миг показалось, будто в животе демоницы сквозная дыра, и у Ири нет левой груди, а вместе с ней нет сердца.