Хозяйка таверны на краю галактики - Сёмина Дия - Страница 11

Гай замер, обвинения такие, что старика можно посадить в темницу на год. Однако император сдержался, очень зло посмотрел на Улисса, выдержал паузу. Желваки на его злом лице выдают бешенство. Чтобы не рычать, как зверь в ответ, перешёл на очень тихий тон, как обычно говорит со своим наворожённым сыном.

— Надеюсь, старик, ты понимаешь, что эти обвинения не имеют под собой почвы, сплетни могут распускать кто угодно, у нас полно врагов. Какую жену мне предстоит оставить, решит сенат! Я благоволю к обеим женщинам. Разницы нет. И сын женщины с какой мне посоветуют развестись, останется со мной во дворце. Это не обсуждается. Своих сыновей я не оставлю.

— Ты должен взять в жёны жену из дома Улисс, она рождена для тебя.

— Император никому ничего не должен! Если состояние дел и репутация Лусии окажется достойной, чтобы повторно войти в мой дом, я рассмотрю этот вариант, но не позволю на меня давить. Я знаю, что тебя так беспокоит, из-за репутации дочери, пострадает и репутация вашего дома, принять обратно разведённую дочь, ещё и после трёх лет скитаний – не каждый отец на такой подвиг готов. Поэтому ты хочешь свалить на меня бремя ответственности! Просишь взять её к себе и защитить от нападок? Посмотрю. Но не обещаю. Отправил туда крейсер налоговой службы, и они привезут женщину, которую все считают Лусией Улисс. А всё остальное решит сенат!

— Одно твоё слово и ты её спасёшь.

— И я скажу это слово но, когда придёт время. А пока я молчу. Для начала вам предстоит признать в ней дочь, а после я признаю или не признаю сына и жену в ней.

— Гай, в любом случае если ты признаешь сына, то будешь обязан взять и его мать! Это часть закона! — Северин тоже говорит шёпотом, всё еще надеясь, что император не откажется от его дочери. Важен каждый момент, как только её привезут и встретят. Или это возвращение потерянной бесценной жены императора, или возвращение блудной дочери, падшей женщины без мужа, без поддержки и с ребёнком на руках.

— Этот факт всё усложняет, поэтому и не собираюсь спешить, всё пройдёт тайно.

— Но её могут убить по дороге сюда, по приказу дома Эолов, объяви, что ждёшь её!

— Нет, объявления не будет! Если погибнет, значит, ей не повезло! — прорычал Гай и вышел из зала, оставив Северина одного, размышлять о непростом будущем его дочери. Будет ли оно? Никто не захочет жениться на опозоренной…

— Иной раз и смерть спасение, — прошипел старик, поднялся со скамьи и медленно пошёл из имперского дворца. Впору как женщине, скрывать лицо от любопытных, скоро начнут выражать сочувствие, что дочь стала продажной…

*** Гай

Император быстрым шагом вышел из зала заседаний, почти сбежал от назойливого старика. К скандалу с его дочерью добавится скандал с арестом Северина за грубость в отношении императора. А это ещё один виток ненужных сплетен, накануне большого заседания альянса великих миров.

— Не понимает, старый идиот, что ситуация на грани, и нужно время, чтобы со всем разобраться.

Не успел пробурчать себе под нос, как услышал тихий оклик жены.

— Октавия! Ты что делаешь тут, в саду сената и одна? Где служанки и охрана? — все отбились от рук, стоило немного переключиться на дела государственные, и в Доме Максимусов воцарился хаос. Неудивительно, что в сенате начали посмеиваться над харизмой императора, которая уснула, как старая вдова в сиесту.

— Ты не посмеешь отказать мне! — процедила сквозь зубы жена. Она напряжена, стоит на носочках, подавшись немного вперёд, сжатые кулачки и покрасневшие нежные щёчки кричат о её бешенстве.

— Не смей указывать императору! Знай своё место, женщина!

— Моё место в твоей постели! А то, что у тебя есть ещё одна жена, как выяснилось, позорит мою честь!

— Это недоразумение, которое решится после того, как эту женщину доставят, допросят и проверят её данные. Но ты начинаешь сама позорить меня! Женщина не смеет указывать мужчине!

— Женщина? Я жена императора, мать насле…

Октавия неожиданно закатила глаза и начала оседать. Вот это совсем не то, что должны видеть посторонние. Император подхватил жену, пока её припадок не перешёл в активную фазу и бегом понёс к выходу.

— Вот и ответ! Жена императора, надолго ли, — проворчал Гай, это беда знатных, тысяча лет перекрёстных браков среди элиты и здоровых почти не осталось. Только благодаря генной инженерии удалось удержать нацию от вымирания. От вымирания – да, от глупости – нет! Брак с Октавией – шаг от безысходности, в угоду сильным и влиятельным домам Ромуса. И устроила эту глупость недальновидная Клодия. Хотели сохранить свою элитность, а потеряли всё.

Глава 13. Ринорийский лев

Я каждый день сама ношу еду Рэндо. Он повеселел, посвежел, ничего так мужчинка, в теле! И каком теле! До сих пор вспоминаю его бесстыдное голое дефиле. Специально ведь разделся.

Сбегая к нему на «обед», я отдыхаю! Не думала, что настолько устала от кухни. Она тесная, убогая, жаркая и приспособленная под готовку, на такой кухне можно готовить для трёх-четырёх. А мы готовим на сотню, а то и две сотни. Даже Диз включился в работу.

Сидит наш киборг на стуле, ногой качает люльку с Томи, а сам перебирает грибы, или чистит овощи, чем-то напоминающие бататы, но не корнеплоды. Это такие странные кусты, растущие в пустыни, их корневая система настолько обширная, что медленно заполняет собой целую дюну сто-двести лет, а может и больше. Где есть это «дерево» там есть и вода – верный признак. Над почвой вырастают заросли без листвы, как спутанные волосы или верёвки и на них зреют эти сладковатые «клубни». Не мудрствуя, я использую их как на Земле картошку. Тут она основной после грибов ингредиент. Есть ещё зёрна какого-то злака, название так и не смогла выговорить: «эриё-бэра-чего-то там», картошка тоже как-то странно называется, но все её называют просто «еда».

Множество приправ, и моя фантазия позволяют разнообразить меню до немыслимых (по местным меркам) вариаций блюд. От похлёбок до блинов-драников, пирогов, и зажарок на быстром огне. Единственное чего тут не хватает, это яиц, очень жаль, с ними бы я делала ещё больше вариаций. Но вязкую основу научилась создавать из «крахмала», какой тут делают из корней, всё той же картошки.

Вот и сейчас мы пользуемся небольшой передышкой и дружно готовим таверну к вечернему наплыву гостей. Но до этого мне предстоит сбегать в Колизей, отнести обед Рэндо, с нетерпением жду, когда доварится похлёбка и пирог дойдёт в печке. А пока крошу овощи для следующей партии.

— Скоро начало турнира! Для Рэндо надо ещё что-то купить? Он спрашивал? — Диз напомнил мне о том, чего я боюсь до дрожи в руках. Чуть не порезалась после его слов.

— Нет, ничего не просил, наоборот, сказал, что для его задач тут всего достаточно, а потом заберёт нас с собой! Уж не знаю, куда он собрался.

— Да он не простой раб! Это или лорд, захваченный пиратами в плен. Или какой-то тайный агент, они часто так за убийцами охотятся.

— Убийцами? Тайный агент? А ну, да он что-то говорил об этом. Я даже не поняла, думаешь, у него есть план? — перехожу на шёпот, и мы с Дизом как заговорщики, чтобы трое посетителей не услышали наши рассуждения.

— Госпожа, вы хоть знаете кто такие эти ринорийцы? — на людях Диз теперь говорит со мной на Вы, чтобы подчеркнуть мой статус свободной гражданки. Его голос снова стал обычным – явно хвастается нашим супербойцом.

— Боже, Диз! Я вообще ничего не знаю, полный ноль, зиро, моя память – это пустошь. Понимаешь? Даже не представляю, как выглядит Ромус, и есть ли у меня там родные. Маркус отправлял запрос, но ответа не пришло, или он не успел мне сказать, или не захотел.

— Да, думал, что потерять ногу – беда. Но теперь вижу, уж лучше ногу, чем память! Но вы справитесь! Порой кажется, что киборг у нас не я, а вы. С такой силой воли не каждый мужчина рождается.

— Не льсти! Я – мать! Ради сына женщина на всё готова!

Диз ухмыльнулся и покачал головой, «Ну да, конечно, знаем мы вас женщин!» — примерное содержание его немого месседжа в мой адрес. Я же в ответ приподняла верхнюю губу, закатила глазки и покачала головой — передразнивая его немой стёб, моим: «Чья бы корова мычала, а мужикам с их достоинством — лучше вообще молчать!»