Развод. Жить заново - Рублева Алиса - Страница 4

Позже двое мужчин заносят в мою комнату цветы, целую корзину моих любимых белых лилий. Поднос с едой из моего любимого итальянского ресторана и коробку с бантом.

— Подарки от Виктора Евгеньевича, — холодно сообщает один из охранников.

Мужчины выходят. А мне не хочется видеть ни подарки, ничего. Меня такая злость берёт от поведения Вити. Неужели он думает, что сможет всё наладить? Что у него получится задобрить меня, и я тогда я прощу ему измену, побои и лишение свободы! Он идиот, если правда верит в это. Ненавижу его! Ненавижу!

Я выхожу из комнаты и направляюсь к выходу в чём есть. На мне только домашний костюм с велюровыми шортами и футболкой. Не знаю, что я хочу сделать. У меня просто сдают нервы. Наверное, мне хочется прощупать, как далеко может зайти охрана, если попытаюсь уйти.

Бегу вниз по лестнице и дёргаю ручку входной двери. Охранник останавливает меня.

— Кристина Валентиновна, вам туда нельзя. Вернитесь в дом.

Я делаю ещё шаг и выхожу на крыльцо. Ветер обжигает открытую кожу. Те охранники, что были на улице, тут же идут в мою сторону. А тот, что следит за каждым моим шагом, берёт меня под руку и затаскивает обратно в дом.

— Извините, но вам туда нельзя. Приказ Виктора Евгеньевича.

— И что мне нельзя общаться с внешним миром? Он хочет, чтобы я с ума тут сошла?

— Вы можете приглашать гостей. Такого запрета не было. Но вам велено оставаться в доме.

— Отцепись от меня! — Я вырываю руку из его хватки и иду обратно наверх в свою спальню.

Я не могу жить в этом дурдоме! В этой золотой клетке. Я должна что-то придумать и выбраться отсюда. Что-то мне подсказывает, что Витя сегодня не придёт домой, а значит, у меня есть шанс. Я не позволю мужу сломать меня!

Я захожу в комнату и слышу, как надрывается мой телефон. На экране имя моей подруги, Кати.

План побега начинает складываться у меня в голове.

Глава 5

— Крис, ты куда пропала? Полдня тебе трезвоню. Как ты? Удивила мужа внезапным возвращением? Или он всё на работе?

— Удивила, — в моём голосе сквозит сарказм. — А как он меня удивил, Кать…

— А что он? — радостно спрашивает подруга. — Подарков надарил?

Я оглядываю презенты от Вити, расставленные в моей комнате.

— Ещё как. — Горло сдавливает спазм. Очень сложно контролировать ненависть, которая буквально плещется внутри меня. Хочется выпустить её наружу. Но не на Катю же.

— Нормально у вас всё, Кристин? — спрашивает уже серьёзнее, видимо, услышав, что в моём тоне сквозит сарказм и раздражение.

— Нет, Кать. Ты сможешь приехать?

— Да! Я тебе поэтому и звоню. Не могу больше дома находиться, Виталик от меня не отлипает. — Подруга начинает шептать. — Я, наверное, его брошу, Крис. Не могу так больше. Достал со своими телячьими нежностями. Я вообще в туалете от него закрылась, чтобы хоть немного выдохнуть.

— Приезжай, Кать. Только мне нужно, чтобы ты подготовилась.

Через два часа охрана пропускает ко мне в комнату Катю. Я смотрю на подругу и облегчённо выдыхаю. Она сделала всё, что я просила.

На Кате белые широкие брюки, кремовая водолазка, белый берет с козырьком и солнцезащитные очки. А сверху накинута пушистая розовая куртка до середины бедра. Мне Витя дарил похожую, только брендовую, а потом Катя купила себе эту. Образ очень кричащий и запоминающийся. В руках у подруги белая, спортивная сумка.

— Капец, меня сейчас охранник досматривал. И сумку всю прошерстил. — Она сразу же подходит обнимать меня. Прижимает крепко к себе, обдав запахом мятной жвачки.

— Они теперь тут везде.

— Пипец! — Катя скидывает куртку, оставив её на пуфике у двери, и подходит к гардеробной, где я собираю свои вещи.

— Всё получилось?

— Да. Машина ждёт в двух кварталах вверх от вашего дома. Чёрный Джили, два семь два. Водитель — друг моей семьи. Надёжный мужик. Отвезёт тебя в дом Дианки Егоровой в Клещёвке. Они там сейчас не живут.

Диана — наша с Катей одногруппница с университета. Катя с ней с первого курса дружит, когда я ещё не училась с ними. Но у нас с Дианой хорошие отношения. Только жаль, что выбора нет и приходится впутывать ещё и её.

— Ты ей всё рассказала?

— Ничего не говорила. Только, что тебе нужно будет остановиться там. Из дома Дианке позвонишь, она расскажет, где что лежит. Продукты я тебе купила, они в багажнике. Но, если что, в посёлке тоже магазин есть. Телефон вот. Номера там забиты. Найдёшь. — Она протягивает мне свой старый андроид. — И мне обязательно позвони, как на месте будешь.

— Хорошо. Спасибо тебе, Кать. Большое. — Обнимаю подругу.

Мы начинаем быстро собираться. Катя открывает свою сумку, достаёт из неё одежду, бутылку с водой и прочую мелочь, которую запихнула туда для вида. И вместо её вещей я убираю в сумку свои. Такие же тёмные, неприметные, если вдруг охрана снова захочет проверить сумку. В косметичку я кладу все свои украшения, чтобы позже их можно было продать. Тогда мне будет на что жить первое время, пока я ищу работу. Убираю её на дно сумки и застёгиваю молнию.

Потом мы с Катей меняемся одеждой. Она переодевается в мой домашний костюм и распускает волосы. Я надеваю её брюки и куртку, делаю два хвостика, как у неё, и натягиваю на голову берет. У нас с Катей один рост и одинаковый цвет волос. Мои только немного короче, но не думаю, что охрана заметит.

— Кать, вот моя куртка. — Показываю ей на похожую розовую куртку в своём гардеробе. — Наденешь её. Сапоги выбирай любые.

— Хорошо.

Последним штрихом я надеваю солнцезащитные очки Кати и беру сумку. Подруга смотрит на меня и грустно вздыхает.

— Это какой-то кошмар. Тебе же всю жизнь придётся переломать. Ты точно решила от него уйти? Может… Может, он один раз так оступился. Может, ему стыдно, Крис? — Она смотрит на меня с жалостливым лицом и часто моргает.

— Он не оступился, Кать. Он со мной, как со своей собственностью обращается.

— Блин, ну это жесть какая-то. Витя… Он же так тебя любит. Он же всё тебе покупал! Как он мог так поступить…

— Вот именно. Я сейчас понимаю, что он не покупал, потому что любит, а откупался, чтобы творить вот такие вещи. Он же даже на работу мне не позволял выйти. Всё уговаривал, мол, зачем мне это надо, когда он и так может купить мне всё, что я захочу. Он не хотел, чтобы я получила независимость от него. Я думаю, он таким образом перестраховался. Как раз на такой случай. Чтобы я была беспомощной, если захочу от него уйти. А я не буду беспомощной! Выкручусь как-нибудь. Не впервой.

— Грустно всё это, пипец. А что в коробке? — Катя бросает взгляд на большую подарочную коробку с бантом, которую принесли люди Вити.

— Понятия не имею. Мне его подарки не нужны. Хочешь, забери себе. Тем более что я тебе должна.

Катя тянет за ленту на коробке, развязывая бант, а я придирчиво осматриваю себя в ростовом зеркале. Сейчас в таком наряде меня вообще не отличить от Кати. И это отлично.

— Тут альбом для скетчей и цветные карандаши, Крис. Много. Пятьсот цветов.

Я подхожу и заглядываю в коробку.

— Надо же.

— Вот видишь. Он помнит, что ты любишь рисовать. Он таким образом говорит, что ему не всё равно на тебя и твои интересы. — Катя шмыгает носом. — Мне так обидно за вас, Крис. Вы такой красивой парой были. Так грустно, что всё рушится. Я уже спрашивала, но всё же, другого шанса передумать не будет. Ты уверена?

Я вздыхаю, глядя на карандаши. Мне с трудом удаётся справляться с той бурей, что творится в моей душе. Конечно же, мне бы хотелось счастливых отношений с любимым, а не вот этого побега. Но я понимаю, что моего любимого Вити больше нет. Я бегу не от него, а от монстра, который сегодня показался мне на глаза. И мне это уже не забыть и не развидеть.

— Я уверена. Я не смогу простить, Кать. Ты лучше мне скажи, ты не боишься?

— Нет. Папа приедет за мной через час. Я спокойно переоденусь и выйду.

— Да. Охрана обязана тебя пропустить. Они же сами тебя впустили. А то, что они меня потеряют, это уже их проблемы.