Роль злодейки для финального босса (СИ) - Чар Рина - Страница 16

Ох, бедная, амбициозная девочка... Было бы там чем править, на этих руинах.

— Тебе напомнить правила Устава Академии касательно субординации? — беспечно уточнила я...

И этим вопросом открыла прямую дорогу в ад.

— Да ей ли вообще заикаться о правилах?! — тут же радостно взвизгнули из толпы.

— То проклятьями в столовой бросается, то теперь на физическую расправу на лестнице готова! В этот раз леди Анисса могла бы сломать шею!

— И даже без официального вызова на дуэль! Подло! — вторил третий голос.

— Пусть на коленях просит прощения! А еще лучше — катится из Академии обратно в свою Тьму!

— Как страшно, Бездна, как страшно, — картинно запричитал кто-то с задних рядов. — Теперь я боюсь даже спать на одном этаже с ней в общежитии. Что этой психопатке в следующий раз в голову взбредет?

Я не стала с ними спорить. Доказывать что-то ослепленным болванчикам — пустая трата времени. Вместо этого я сделала плавный, нарочитый шаг назад. Маска глубоко оскорбленной, шокированной невинности легла на лицо сама собой.

— Извинения? — мой голос надломился, став обманчиво тихим и беззащитным.

Я смотрела не на пакостницу Бьянку, и даже не на проницательного Элиона, а прямо на Аниссу, робко жмущуюся за спиной дроу.

— Перед тем как требовать их от меня... Хм... — продолжила я и брезгливо поморщилась.

От Аниссы не было никакого толка. На лице Главной Героини застыло какое-то рассеянное выражение с напускной, святой жалостью, будто всё это грязное шоу её совершенно не касалось.

— Элион, — обратилась я, переведя взгляд на мага Воздуха. — Тебе не кажется, что твой хваленый нюх упустил нечто крайне важное?

— Что именно? — холодно уточнил парень, скептически приподняв бровь.

— Ты действительно ничего не чувствуешь? — я искренне нахмурилась, всё это время периодически морщась от тошнотворного, едкого запаха сероводорода, растекающегося от стены. Я была даже польщена: это ж надо было так постараться состряпать алхимическую вонючку!

— Хватит уже ломать комедию и сопротивляться! — внезапно встряла эльфийка Марисса, повышая голос. — Попроси прощения, и дело с концом!

— Твой конец я с удовольствием посмотрю чуть позже, а пока закрой рот и не мешай взрослым разговаривать! — жестко огрызнулась я, не оборачиваясь.

— Не юли, де Раймира. Или ты всерьез думаешь, что если переведешь тему, то все магическим образом забудут этот инцидент на ступенях? — цыкнул Элион, которого моя дерзость явно начала раздражать.

Я сделала глубокий вдох, глядя прямо в эти идеальные, слепые серые глаза.

— Разве ты не видел, как в меня только что бросили тухлым алхимическим яйцом? — напрямик, без обиняков спросила я и указала рукой на растекающуюся по камню зловонную лужу.

— О чём ты вообще говоришь? Никто в тебя ничего не бросал. Может, тебе стоит прямо сейчас показаться штатному лекарю? Галлюцинации — первый признак магического истощения, — снисходительно фыркнул Элион.

Он даже не повернул голову в ту сторону, куда указывал мой палец. Его уверенность в моей виновности была абсолютно железобетонной, слепой и запрограммированной. И именно в этом крылась его главная слабость...

Я медленно, с преисполненной театральности трагизмом, опустилась на одно колено. Аккуратно, самыми кончиками пальцев, подняла со скользкого камня острый осколок яичной скорлупы, плавающий в липкой, смердящей лужице.

Поморщилась. Вблизи едкий, гнилостный запах ударил по рецепторам с удвоенной силой. Вонь проникала глубоко в ноздри, заставляя глаза слезиться, а горло — спазматически сжиматься от отвращения.

Я невольно задержала дыхание, пытаясь отгородиться от этого концентрированного аромата. Поднялась, брезгливо отряхнула колено и, не обращая внимания на потрясенную парочку (дроу и его карманную святую), развернулась так, чтобы скорлупу увидели абсолютно все.

Чисто из вредности я потянулась к своей магии. Неумело, топорно, совершенно неаккуратно — но здесь ювелирная точность и не требовалась. Я просто вытолкнула каплю Тьмы наружу, создав резкий порыв сквозняка, который подхватил мерзкий запах и швырнул его прямо в лица зрителям.

Ну что, пакостники, чуете, куда ветер дует? Выкусите!

— Не бросали, говоришь? — гнусаво, в нос прошипела я.

На вытянутой руке я держала двумя пальцами остатки яйца. Держала так, словно от него исходила не только вонь, но и радиация. И слегка, но очень показательно потрясла скорлупой. Потемневший, тухлый желток медленно, издевательски потек по моему пальцу.

Бездна, мне самой было дурно. Живот крутило так, что казалось, еще секунда — и я либо потеряю сознание, либо продемонстрирую толпе свой недавний завтрак. Это ж сколько выдержки нужно было иметь, чтобы вырастить и притащить сюда такую мерзость...

— Значит, это само по себе с потолка упало? — громко произнесла я, с отвращением швыряя скорлупу прямо под ноги Элиону. Пусть тоже подышит, не мне же одной страдать.

Дроу рефлекторно отшатнулся и скривился. Что, хваленая магия сокрытия перестала действовать, когда улика оказалась перед носом? Какая досада! В толпе кто-то громко охнул, а особо трепетные аристократки торопливо достали веера, пытаясь отогнать от себя вонь.

— Единица тебе за бдительность, лучший шпион Академии! — я презрительно фыркнула. — Или кол — тут уж сам решай, на что садиться. Но это позор. Не смог распознать столь тривиальное алхимическое заклятье прямо у себя под носом!

Небрежно взмахнув рукой, я округлила глаза и снова посмотрела на ушастого.

— Стоп! Или, может, это была новая, секретная магическая атака, которую даже ты не смог засечь? В таком случае, Элион, нам стоит немедленно доложить магистрам о диверсии! Кто-то в стенах Академии умеет создавать левитирующие тухлые яйца из ниоткуда! Настоящая угроза национальной безопасности!

По толпе снова пробежал смешок — пока еще легкий, но уже колючий, точно стайка иголок.

— Ты просто пытаешься избежать ответственности! — выпалила Бьянка.

Она сделала агрессивный шаг вперед, заглушая гул толпы. Её голос звучал чуть выше, чем у Мариссы, но был куда пронзительнее и стервознее.

— Ответственности за что? — я перевела на неё скучающий взгляд, едва заметно поморщившись. — За то, чего я не делала? Или, может, уже ввели наказание за то, что просто подумал о чем-то плохом, но не совершил? Если так, то тебе, Бьянка, стоит первой отправиться в карцер. Очень уж у тебя… темные мысли. Ох, какие порочные! Особенно когда ты наблюдала за…

— Замолчи! — панически прошипела она, мгновенно растеряв всю свою спесь и мощь.

— А разве не ты всему виной? — встряла Марисса, оттесняя Бьянку плечом и пытаясь спасти положение их коалиции.

— Моя вина лишь в том, что я сразу не ответила вам так, как вы того заслуживаете. Дала шанс на мирный исход, — сокрушенно вздохнула я. — Но сама видишь, к чему приводят добрые намерения.

— Какую еще доброту?! Выкинь вообще это слово из своего лексикона! Твоя магия, как и тогда, фонит отовсюду! — Марисса брезгливо сморщила острый эльфийский носик.

Я хищно прищурилась, чувствуя, как внутри разливается едкая горечь боевого азарта.

— А давно ли у тебя так сильно голова болит от чужой магии, милая?

Элион всё еще стоял как вкопанный, но его былая уверенность дала капитальную трещину. Марисса же и вовсе поперхнулась воздухом, судорожно пытаясь подобрать достойный ответ, но слова застревали в горле.

Дроу переводил взгляд с меня на разбитое яйцо, затем на посмеивающуюся толпу. В его серых, обычно холодных глазах мелькнуло растерянное, почти детское непонимание. Системный сценарий явно свернул куда-то не туда, и его мозг отказывался это обрабатывать. Но это то, что мне и нужно. Пусть задает вопросы. Пусть ищет ответы.

— О чём она вообще говорит? — тихо, с искренним недоумением пролепетала Анисса из-за спины дроу.

— О, а ты у нас прямо как классический герой-спаситель! — я всплеснула руками, щедро подливая яда в голос. — Появляешься в самый последний… но такой значимый для сюжета момент, дорогая!