Роль злодейки для финального босса (СИ) - Чар Рина - Страница 13

— Ничего любопытного, господин декан, уверяю вас!

Мужчина внимательно, с прищуром посмотрел на меня.

— Обычно леди либо заливаются краской стыда и падают в обморок, либо закатывают истерику при малейшем замечании. А вы… шутите. И довольно дерзко.

{Внимание! Шанс на успех повышен: 48%.}

Черт побери, это работало! Но нет! Только не смейте называть меня «леди». Это обращение оставьте исключительно для главной героини. Уж мне ли не знать по канону игры, чем в итоге может закончиться подобный интерес с его стороны...

— Может, вы просто не так хорошо меня знаете, господин декан, — сказала я, глядя ему прямо в темные глаза. — А может, величественный вид вашего родового герба над кроватью так вдохновил меня, что пробудил скрытые таланты к импровизации. В любом случае, я уже отнимаю у вас слишком много времени от… банных процедур.

— Спешу успокоить: никто в процессе... процедур... не пострадал, — произнёс он с такой интонацией, словно только что вернулся с кровавой охоты, а не из душа.

Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться в голос от этого абсурда. Чуть не забылась!

— Очень на это надеюсь...

— Надежда — прекрасная вещь, леди, но у всего есть свои границы. Так что же всё это значит? — произнёс мужчина, заломив бровь.

И в этот момент он небрежно отбросил полотенце.

Мое сердце остановилось. В ту же секунду в его руках будто из ниоткуда оказался черный шелковый халат, который Раймонд невозмутимо накинул на плечи, скрывая всё то, от чего у меня едва не случился сердечный приступ.

Он издевался?! Да закройтесь вы уже, магистр! Гр-р-р!

Его взгляд медленно прошелся по мне с головы до ног, явно отмечая каждую деталь. Мой сжавшийся в комок вид, растрёпанные волосы и слишком большую мужскую рубашку. Как оказалось, чужую рубашку, между прочим! Что вообще взбрело в двоичный код этой сумасшедшей Системы, когда она меня сюда закидывала?!

И Раймонд видел абсолютно всё.

Паника внезапно сменилась иным чувством. Я больше не могла просто сидеть на его простынях и краснеть, словно пойманный за уши кролик.

Собрав всю волю в кулак, я рывком поднялась с кровати. Голые ступни тут же коснулись холодного пола, и по ногам пробежала дрожь от резкого контраста температур.

Повисло густое напряжение, готовое в любой момент со звоном лопнуть. Но я решила не отступать. Во мне проснулась упрямство — пусть даже тело предательски дрожало от холода и адреналина.

— Это значит, господин декан, — произнесла я, вновь заставив себя поднять на него взгляд и вкладывая в голос всю оставшуюся дерзость, — что архитектор, проектировавший это крыло, явно обладал крайне специфическим чувством юмора. Или вы специально расставляете свои покои как ловушки для незадачливых студенток?

Его идеальные брови поползли вверх. Усмешка на губах стала ещё более выраженной.

— Обычно «незадачливые студентки» всё же стучатся, прежде чем войти. Особенно в чужие покои. К тому же на ночь глядя. Или это какая-то новая традиция Дома Тьмы, о которой я не слышал? — задумчиво поинтересовался он, будто и впрямь пытался освежить память. — Проникать в чужие спальни в столь… минималистичном облачении?

Я скрестила руки на груди, отчаянно пытаясь сохранить остатки ускользающего достоинства. Совсем шальная стала, еще короны на голове не хватало для полного комплекта!

— Ха! А вы всегда принимаете гостей в таком виде? — пошла я в наступление. — Или это часть вашего коварного плана? Сбить с толку, запугать голым торсом, заставить оправдываться?

От моих слов он не рассердился. Он рассмеялся — искренне, громогласно, в голос.

— Я уже не совсем уверен, но еще с утра это были мои личные покои, леди…?

— Агнесса, — на резком выдохе перебила я. — Просто Агнесса. В стенах Академии адепты не имеют титулов.

— Вы абсолютно правы, адептка, — он улыбнулся шире, блеснув белыми зубами. — И смею заверить: в своих покоях я имею полное право появляться в чём угодно. А вот вам следовало бы быть осмотрительнее. Подобные ночные визиты могут быть крайне неверно истолкованы.

— О, будьте уверены, я уже всё истолковала! — не удержалась я и спаясничала. — И мне этот вывод совершенно не по душе. Просто вы такой привлекательный мужчина, магистр, что все «незадачливые студентки» так и норовят проникнуть к вам в комнату. Ваша магическая защита оказалась уязвимой, и я это только что с легкостью доказала! Надеюсь, завтра вы найдете более надежное решение. А на этом я, пожалуй, закончу свой аудит.

Я резко развернулась и быстрым шагом преодолела пространство от кровати к заветной двери. Но в самый последний момент мужчина, двигаясь с пугающей, нечеловеческой скоростью, перекрыл мне путь, внезапно оказавшись прямо перед моим носом.

— Минуту. Я, несомненно, благодарен за столь высокую оценку моей внешности. И более того, принял во внимание все ваши пожелания. Однако, — он понизил голос до бархатного шепота и наклонился чуть ближе, словно поверял мне запретную тайну, — только вам удалось обойти мою защиту и оказаться здесь.

Одно его присутствие на другом конце комнаты давило аурой, а теперь, когда он стоял вплотную, я вообще старалась дышать через раз. В голове и так царил первозданный хаос, а если вдохнуть поглубже его запах — так и вовсе можно было распрощаться с остатками рассудка.

— Везде есть исключения из правил, — пискнула я. К счастью, голос прозвучал на удивление ровно и холодно. Вот это выправка настоящей злодейки! Я всё больше начинала восхищаться мышечной памятью оригинальной Агнессы!

— Хорошо. С вашим статусом исключения я готов смириться, — неоднозначно протянул он. То ли выгнать меня собрался, то ли приглашал заходить почаще... — Но вы так и не ответили на главный вопрос, Агнесса. Что именно вы делали в моей постели до моего прихода?

{Внимание! Шанс на успех: 70%.}

— А вы, господин декан, — воодушевленно обратилась я к нему, слегка прищурившись и переходя в контратаку. — Что вы делали в студенческой столовой на прошлой неделе? И почему тогда вмешались и помогли мне? Откуда такая внезапная, немотивированная щедрость к презираемой всеми злодейке?

На его лице на долю секунды мелькнуло искреннее ошеломление, будто я швырнула в него чем-то неожиданным и слишком личным. Однако эмоция мгновенно стерлась, и мужчина снова надел непроницаемую маску холодной, смертоносной вежливости.

— Не меняйте тему разговора, Агнесса.

— А вы не уклоняйтесь от ответа, магистр. Или вам просто нравится отыгрывать загадочного злодея, который то наказывает, то милует без всякой видимой логики?

Он коротко, сухо и абсолютно беззвучно рассмеялся.

— Вы поразительно дерзки для той, кого только что поймали с поличным в чужой спальне.

— А вы поразительно подозрительны для того, кто якобы ничего не скрывает, — парировала я, чувствуя, как колотится сердце. — Ничья, господин декан? Вы отпускаете меня без выговоров, а я делаю вид, что не видела… ничего из того, что сейчас видела. И мы благополучно забываем об этом ночном инциденте.

Он изучал меня долгим, препарирующим взглядом. В его черных, бездонных глазах бушевала настоящая буря — смесь профессионального любопытства, легкого раздражения и одного неопределённого, темного чувства, которое я пока не могла (или попросту не хотела) распознавать.

— Ничья, — наконец мягко согласился он, плавно отступая.

Хотя, видит Бездна, казалось, что ему было бы только на руку, если бы нас сейчас застали вместе.

— Но предупреждаю, леди Агнесса, — добавил он бархатным шепотом, — мое любопытство имеет свойство возвращаться. И в следующий раз я буду ждать от вас куда более внятных объяснений.

Я не стала дожидаться, пока этот непредсказуемый ящер передумает. Рванула к заветной двери, обеими руками вцепившись в ручку. И уже в спину мне прилетел его тихий, насмешливый голос:

— Прямо по коридору и налево. Ваша комната в совершенно другом крыле.