Выйди за моего мужа замуж (СИ) - Мистеру Майарана - Страница 17

— Леди Мортим к его сиятельству.

— Их сиятельство ждут.

Секретарь поднялся, обошел стол и сам открыл передо мной дверь в кабинет.

Я прошла внутрь.

Кабинет был большой. Светлый. С двумя высокими окнами, выходившими во внутренний двор фабрики. У одной стены стоял шкаф с книгами, по большей части специальной литературой, я узнала корешки нескольких изданий по артефакторике. У противоположной длинный рабочий стол с разложенными на нем чертежами. В центре кабинета стоял другой стол, для приема посетителей, и за ним сидел граф.

Метка на шее накалилась и я едва не поморщилась.

Когда я вошла, граф встал.

— Леди Мортим.

— Ваше сиятельство.

— Вы быстрее, чем я предполагал.

Я заставила себя улыбнуться ровно. Прошла в кабинет, остановилась у кресла перед его столом. Он жестом указал мне на это кресло.

— Прошу.

Я села.

Сайс опустился обратно в свое. Между нами теперь был стол. По сравнению даже с кабинетом моего отцы, этот казался просторным.

— Я подумала над вашим приглашением.

— И?

— Я бы хотела попытаться пройти отбор.

Он чуть приподнял бровь.

— Я реалистка, — добавила я. — Есть более талантливые адепты в нашей академии. Я просто хочу попробовать. И посмотреть работу вашей мастерской изнутри. Это редкая возможность лично увидеть фабрику Сайса.

— Любознательность.

— Да.

— Похвально.

Сайс положил ладони на стол перед собой. Длинные пальцы, ровные ногти, на безымянном правой массивный перстень с темным камнем. Я машинально отметила оправу. Серебряная, тонкая работа, шевлокская гильдия. Дорого.

— Хорошо, — сказал он. — Раз уж вы здесь, давайте я задам вам пару вопросов прямо сейчас, экономя наше время.

— Конечно.

— Только условие, леди Мортим. Я буду спрашивать в обход программы академии. У меня фабрика, мне нужны люди, умеющие думать ушами и руками, а визуальных знаний тут мало. Так что не пугайтесь, если вопрос вам покажется странным.

— Хорошо.

Он чуть подался вперед.

— Представьте, — медленно произнес он, — что у вас в руках артефакт второго уровня сложности. Заказчик утверждает, что артефакт работает нестабильно: один раз из десяти дает осечку. Вы вскрываете корпус. На вид руны целы, плетение правильное, накопитель не поврежден. Что вы сделаете дальше, в каком порядке, и почему?

Я едва не улыбнулась.

Это было совсем не из академической программы. Это было из прикладной работы артефактора, через который у меня прошли тысячи изделий за десять лет. Я могла бы ответить не задумываясь, но заставила себя ответить так, словно обдумывала несколько секунд.

— Первое, что я сделаю, — это проверю накопитель на чистоту наполнения. Накопитель может выглядеть невредимым и при этом давать сбои, если в нем скопилась посторонняя магическая взвесь. Особенно если артефакт долго работал в неблагоприятной среде. Я бы взяла маленький разрядный пробник и измерила ровность отклика накопителя на три-четыре последовательных импульса. Если отклик пляшет, накопитель надо чистить.

— Так. Дальше?

— Дальше я бы проверила контакты накопителя с плетением. Это место, где чаще всего собирается тонкий слой окислов. Окисел может быть невидим простым глазом, но он создает паразитное сопротивление и приводит ровно к такому эффекту: артефакт работает, но раз в десять срабатываний дает осечку. Я бы их разобрала и прочистила тонким спиртовым составом.

— Третье?

— Третье — посмотрела бы плетение методом обратного прочерчивания.

Сайс приподнял брови.

— Это что?

— Это метод изучения внутренних линий рун без вскрытия, ваше сиятельство. Состав на основе пчелиного воска и серебряной пудры наносится на поверхность артефакта, дается слабый разрядный импульс, и линии рун проявляются на восковом слое как тень. Очень удобно, особенно когда нельзя разобрать корпус из-за гарантии. Я о нем читала.

Сайс молчал.

Я невольно замерла, потому что в его лице мелькнуло что-то странное.

— Где вы об этом читали? — спросил он ровно.

— У отца в библиотеке. Старая книжка, по-моему, северного автора.

— Не Венке?

— Возможно. Я не запомнила имя.

Сайс молчал еще несколько секунд.

Потом откинулся в кресле.

— Книжка Венке выходила одним изданием, тиражом двести экземпляров, сорок лет назад. Лежит у меня в шкафу за вашей спиной. У вашего отца, видимо, второй экземпляр в столице.

Я тихонько выдохнула.

— Возможно. Я не очень разбираюсь в библиографии. Я просто как-то нашла эту книжку на нижней полке. Тоненькая, в желтой обложке.

— В желтой, — кивнул Сайс. — Все правильно. У меня тоже она в желтой.

Он смотрел на меня. И я под его взглядом чувствовала ровно одно: метка под глушилкой греется все сильнее. Не до боли. До такого ровного тепла, на грани неприятного. Как чашка чая, которую только что налили, и которую еще нельзя взять в руку.

— Хороший ответ, — сказал он наконец.

— Спасибо.

— Следующий вопрос. — Он чуть подался вперед, и снова сложил ладони. — Возьмем артефакт-сигнализатор. Заказчик жалуется: артефакт работает только в одной комнате его дома. В других комнатах не отзывается. Корпус, плетение, накопитель в порядке. Что не так?

Я подумала секунду.

— Резонанс с фоном.

— Поясните.

— В каждом доме своя картина магического фона. У большинства людей дом так старый, что в стенах накопились собственные мелкие плетения от прежних артефактов, от защит, от случайных следов. Если артефактор не учел этого при настройке, артефакт будет работать только в том месте, где фон совпадает с настройкой. Я бы взяла артефакт у заказчика, увезла в нейтральное помещение, провела повторную настройку с расширенной полосой отклика. И посоветовала ему в будущем заказывать настройку именно дома.

Сайс кивнул.

— Хорошо. Третий вопрос.

— Я готова.

— Если вам дать на доработку артефакт чужой работы, в котором, на ваш взгляд, есть ошибка проектирования, что вы будете делать?

— Если автор еще жив и работает — поговорю с автором.

Он чуть улыбнулся.

— Действительно?

— Действительно. Только глупый артефактор переделывает чужую работу, не выяснив, почему мастер сделал именно так. Иногда то, что выглядит как ошибка, на самом деле компромисс с заказчиком. Я предпочитаю узнать причину, а потом уже решать, переделывать ли. Если автор недоступен или не желает говорить, тогда я аккуратно вношу свои правки, обязательно сохраняя авторские руны нетронутыми. Это вопрос профессиональной чести.

Я говорила и сама не очень узнавала свой голос.

Я говорила так, как говорила бы зрелая, опытная мастер. И слышала, что это так звучит. И ничего не могла с этим поделать.

Сайс смотрел на меня.

Долго. Молча. С очень внимательным выражением, которое мне уже довелось видеть у него в кабинете Магранса. Только сейчас оно было не направлено на мое горло. Сейчас оно было направлено мне в глаза.

— Леди Мортим.

— Да, ваше сиятельство.

— У меня вопрос не про артефактику.

— Слушаю.

— Сколько вам лет?

— Восемнадцать.

— Восемнадцать.

— Да.

— Вы учитесь в академии.

— Да.

— И при этом отвечаете на вопросы, которые мои штатные мастера-подмастерья с многолетним опытом не всегда вытягивают.

Я опустила глаза.

— Папа любит со мной разговаривать о работе, — тихо сказала я. — С детства. Я многое слышала просто за ужином. И в его лавке. И в его мастерской. Папа считает, что артефакторика — это, в первую очередь, голова, а голова в любом возрасте варит одинаково.

— Теперь понимаю.

Я улыбнулась.

— Хорошо. — Он поднялся. — Спасибо за то, что приехали, леди Мортим. Я подумаю над вашей кандидатурой и сообщу о решении лично. Если выбор будет в вашу пользу, я пришлю записку на адрес вашего отца.

Я встала тоже.

— Спасибо, ваше сиятельство.

— Я провожу вас.

— Не нужно.

— Я настаиваю.