Игрушка для босса: моя по контракту (СИ) - Истомина Аня - Страница 21

— Пусть, — хрипло шепнул Марат, мне в шею, и закинул мою вторую ногу себе на талию. — Я готов взять на себя ответственность. Только, прошу учесть, как смягчающее, что ты течешь, Марта.

Он снова толкнулся бедрами так, что я застонала, выгибаясь, и закусила губу.

Мысли плавились, путаясь. Это все не правильно! Не должно быть так хорошо сейчас!

Я зажмурилась, отворачиваясь, но тут же широко распахнула глаза и охнула, так как вместе с резким толчком снизу Марат прикусил подставленную шею и сейчас ласкал языком место укуса.

— На меня смотри, — хрипло прорычал он, начиная двигаться чуть быстрее, заставляя меня судорожно вдыхать и постанывать. — Я хочу видеть твои глаза.

Я подняла на него взгляд и несмело обхватила руками мощную шею. Марат внимательно смотрел на меня, будто впитывая каждый мой вдох и выдох, каждый стон и вскрик.

Я чувствовала, как его и так мощный член будто увеличился в объеме и теперь каждая клеточка, до которой он дотрагивался, выстреливала сотнями искр и импульсов, заставляя меня непроизвольно подаваться навстречу в жажде новой дозы удовольствия.

— Ты хорошая девочка, Марта? — замедлился Марат, заставляя меня разочарованно вздыхать от ускользающей разрядки, приблизился к губам, то нежно лаская их, то прикусывая.

Изнывая от желания, я подалась навстречу, но Марат отстранился.

— Отвечай.

— Да, — со стоном выдохнула я, нетерпеливо прижавшись к нему.

— Обожаю хороших девочек, — усмехнулся Марат. — Их очень интересно портить.

Он прильнул к моим губам и вторгся языком в мой рот мягко, но требовательно, лаская меня так, что внутри все сжалось от напряжения.

Я снова подалась ему навстречу бедрами, застонав в губы от накрывшего с новой силой возбуждения. Вжимаясь в Марата всем телом, потерлась возбуждёнными сосками о его грудь и застонала, когда он приподнял меня с члена, обхватил грудь ладонью и с тихим рыком впился в сосок губами и языком, заставляя зарываться пальцами в волосы на затылке и вжимать в себя крепче.

А когда я почувствовала, как пальцами другой руки он нежно провел мне вдоль позвоночника, между ягодицами и вошёл во влагалище, то подалась им навстречу, насаживаясь, сжимаясь, требуя больше ласки.

— Ты такая страстная, — улыбнулся Марат, переключаясь на вторую грудь и прикусывая сосок. — Такая тугая…

Я захныкала, когда его влажные от смазки пальцы заскользили по клитору и закатила глаза от напряжения, сжимаясь.

— Подожди немного, — Марат снова сбавил обороты.

— Я больше не могу ждать, — застонала я, прильнула к его губам.

— Моя нетерпеливая девочка, — усмехнулся Марат сквозь поцелуй и снова с силой вошёл в меня, растягивая, заполняя собой, заставляя задохнуться от ощущений.

Он входил в меня так яростно, что я бесстыдно и громко стонала, царапая его плечи, всхлипывая от боли и наслаждения одновременно.

Вдруг все тело свело судорогой, я надрывно вскрикнула, взрываясь от оргазма, чувствуя, как сжимаюсь на его члене, вибрирую от ошеломительных ощущений и расслабленно упала ему на плечо.

Тут же почувствовала, как Марат толкнулся еще несколько раз, затем быстро вышел из меня и уткнулся пульсирующим членом в бедро, а через секунду по коже потекла горячая сперма. Ещё через мгновение напряжённые плечи Марата расслабились и мы просто стояли в обнимку, тяжело дыша друг другу в шеи.

Я чувствовала, как его пальцы задумчиво скользят мне вдоль позвоночника, будто пересчитывая позвонки, и боялась пошевелиться.

Мы же не будем так стоять вечно. Совсем скоро нам придется выходить. А я… даже посмотреть на него не в силах от стыда.

Что он обо мне подумает? Я ведь почти не сопротивлялась! Растаяла при первом же прикосновении, не особо вспоминая про мораль.

— Согрелась немного? — я услышала заботу в голосе Марата и почувствовала, как он отпускает меня и ставит на ноги.

— Да, — шепнула я, быстро отворачиваясь и вставая под душ, чтобы смыть с тела следы нашей страсти.

Хотелось провалиться от стыда. Не хочу, чтобы он на меня смотрел, но сейчас корчить из себя целомудренность уже не имеет смысла. Все было.

И было настолько волшебно, что при малейшей мысли снова скручивает живот и дрожат ноги.

Выключив воду, я обернулась и, не поднимая глаз, попыталась проскользнуть мимо Марата, но он тут же преградил мне выход, выставляя руку.

— Ты расстроена? — напряженно уточнил он и я отрицательно мотнула головой. — Посмотри на меня.

Посмотреть? Мне казалось, что я умру быстрее, чем мы столкнемся взглядами! Просто упаду замертво. Это, наверное, был бы самый лучший исход в данный момент, потому что Марат сам аккуратно взял меня за подбородок и поднял голову так, чтобы видеть мои глаза.

— Все хорошо, — прошептала я, не мигая. Смотрела в его глаза, будто в космическую темноту, и видела там свое отражение.

— Ты не умеешь врать, — серьезно отозвался Марат. — Я слишком хорошо разбираюсь в людях. Но сейчас не понимаю причину твоей реакции.

— Да не нужно ее понимать, — прошептала я снова, не в силах говорить громче. — Я же больше не хорошая девочка. Цель достигнута?

— Не думаю, что тебя так быстро получится испортить, — Марат отпустил мой подбородок, потянулся за белым банным халатом. Накинул его на меня, потом надел на себя такой же. — Так что, ты всё ещё хорошая девочка, к сожалению.

— К сожалению? — усмехнулась я горько, пытаясь снова выскользнуть, но тут же оказалась на крепких руках и испуганно замерла.

— Ты снова дрожишь, — заметил Марат. — Ещё не согрелась до конца.

— Нет! — я попыталась отстраниться, потому что от воспоминания того, как он меня грел несколько минут назад, щеки начинали снова пылать огнем. — Я сама пойду.

Марат будто не слышал. Он занес меня в большую спальню и я только сейчас заметила детали интерьера. Кресла с журнальным столиком в углу, большая кровать по центру, напротив — огромные панорамные окна, за которыми — темнота. Приглушённый свет бра.

Это все, что я успела разглядеть, потому что Марат поставил меня на кровать и одним рывком сдёрнул с меня халат.

Я машинально прикрылась, хотя понимала, что это выглядит глупо.

— Я не буду, — отступила назад.

Марат скинул халат и, кажется, ни капли не смущаясь моего быстрого непроизвольного взгляда, скользнувшего по его идеальному телу, лег под одеяло.

— Ложись. Я всего лишь тебя согрею.

— Нет, — выдохнула я.

Марат тут же резко сел, опрокинул меня и сгреб к себе в объятия, укрывая нас с головой одеялом.

Я лежала, прижатая спиной к его каменному телу и боялась дышать.

— Это древний метод, — почувствовав горячее дыхание в шею, тут же покрылась мурашками. — Не менее древний, чем секс. Спи.

Я ощущала жар от его тела. Слышала, что сердце Марата стучит, будто атомный реактор. И отчётливо чувствовала, как в поясницу упирается возбуждённый член.

Спи?! Как тут заснешь после этого и всего, что произошло?! Я сгорала от стыда и изнывала от желания одновременно! Хотелось просто исчезнуть, чтобы не испытывать те душевные терзания, что разрывали меня на части в данный момент.

Начало печь глаза и грудь. Я пыталась сдержаться, но слезы потекли сами собой.

— Марта, — позвал Марат, когда я вздрогнула от рвущихся наружу рыданий, развернул меня лицом к себе и крепко прижал к груди.

Я будто теплый воск обмякла в его объятиях, уткнулась лицом в грудь и давилась слезами.

Почувствовала, как теплая ладонь успокаивающе поглаживает мое плечо. Казалось, умру от того, как хочется ответить на прикосновение! И от этого слезы текли ещё сильнее.

Я не понимала себя! Я сдавалась без боя в этих сильных руках!

— О чем ты сейчас думаешь? — снова услышала задумчивый голос. Теперь он обжигал висок.

— Что это все неправильно, — выдохнула я слабо.