Игрушка для босса: моя по контракту (СИ) - Истомина Аня - Страница 17

Меня уже привычно пропустили вперёд.

Я остановилась у порога, не разуваясь. Марат удивлённо посмотрел на меня.

— Марат, давайте я поеду к подруге, — собравшись, все же озвучила я то, что меня смущало. — Мне не хочется вас стеснять.

— Вы боитесь? — он слегка наклонил голову, пристально глядя на меня, а я вдруг испытала такую неловкость, что опустила глаза в пол и, кажется, покраснела.

Да я просто представить не могу, как мы с ним… в квартире… одни. Это очень интимно!

— Нет, просто… — я не успела договорить, как тут же одним коротким движением Марат приблизился ко мне, будто хищный зверь, и требовательно, но аккуратно поднял мое лицо за подбородок.

Я вздрогнула, по телу побежали мурашки. Он так пронзительно посмотрел мне в глаза, будто я была без солнцезащитных очков и ему прекрасно видны все мои эмоции.

— Марта, — Марат убрал руку от моего лица и немного отстранился. — Вы же помните, что по контракту я могу вам давать дополнительные поручения? Поручаю вам прекратить смущаться. Мы взрослые люди. Как-нибудь уживемся в квартире, наверное? Я в состоянии пару дней поспать на диване, пока вопрос со служебным жильем не решится. Пойдемте пить кофе.

Я скинула туфли и прошла следом за Маратом на кухню. Вздохнув, села за стол.

— Вам не кажется, что это немного… некрасиво по отношению к вашей женщине?

— Почему вас это заботит? Оставьте возможные последствия моих решений на моей совести. — Марат запустил кофе-машину, потом обернулся и, немного помолчав, добавил, понизив голос. — Вы — хорошая девочка, Марта?

Я замешкалась, удивленная и одновременно смущенная тоном вопроса.

— Да можете не отвечать, — улыбнулся Марат.

— Извините, я не понимаю, к чему это, — выдохнула я обреченно.

— Давайте попьем кофе на балконе.

Мы прошли на балкон, я села в кресло и, наконец, сняла очки.. В темнеющем небе уже были видны первые звезды. Удивительно ярко и красиво.

Марат открыл окно, прикурил и, протянув мне сигарету, поднес зажигалку, с интересом глядя, как я глубоко затягиваюсь.

Я подняла на него глаза и вдруг вздрогнула.

— Откуда… вы знаете, что я курю?

Я же… Я же не курила при нем! Еще в обед в другой квартире он так предложил мне сигарету, будто мы уже не один раз курили вместе! Я не оставляла окурки в пепельнице и мыла ее. Неужели, он помнит количество сигарет в пачке?

Марат вздохнул, сев в кресло, отпил кофе.

— Давайте я прерву поток ваших домыслов, чтобы вы не ломали голову, — улыбнулся он, глядя на меня без тени удивления. — Мне не нравится, когда вы хмуритесь… У меня в квартире стоят камеры.

О, да! Теперь я не хмурилась! Теперь мои брови удивленно взметнулись вверх! Он что, наблюдал за мной?!

Боже!!! Я ходила голая по квартире!!!

— Я не следил за вами, Марта. — усмехнулся Марат, будто считывая мои мысли. — Сработал датчик на балконной двери. В гостиной есть камера, я посмотрел запись.

— Вчера? — уточнила я, понимая, что готова провалиться под землю.

Хоть бы не вчера!

— Вчера, — невозмутимо кивнул Марат.

— О, боже, — выдохнула я, туша сигарету и вставая. — Извините, Марат, я пойду.

Я выскочила с балкона, мечтая, чтобы у меня оторвался тромб или отшибло память. Спасибо, хотя бы вещи собрала, не придется долго позориться под его нечитаемыми взглядами.

Я вытащила из комнаты пакет, поставила у входа, стала натягивать туфли, одновременно щелкая дверным замком. Дернула дверь на себя, и тут же вскрикнула от испуга, потому что Марат резко толкнул ее обратно, громко припечатав ладонью.

— Марта, — выдохнул он чуть раздраженно, но быстро взял себя в руки, лишь продолжая сверлить тяжелым взглядом, — куда вы собрались?

— Мне стыдно! Вы!.. видели меня голой! — прошипела я, пытаясь дернуть дверь, но Марат облокотился на нее плечом.

— Ну, к сожалению, не голой, — выдал он со смешком.

— Издеваетесь? — я бросила на него гневный взгляд и перестала дергать дверь. — Марат, отойдите пожалуйста. Не правильно, что я у вас живу. Что вот это все происходит! Я — порядочная женщина!

— Все же хорошая девочка, да, Марта? — прищурился Марат.

— Да! — возмутилась я и тут же взвизгнула, потому что Марат обхватил меня за талию, крепко прижал к себе и как статую понес в комнату. — Что вы делаете?!

Я испуганно упиралась руками в его плечи, даже через рубашку чувствуя, какое горячее у него тело, пыталась сопротивляться, брыкалась, пока Марат не донес меня до кровати и не разжал стальные объятия.

Неловко осев, я упала на мягкий матрас и, замерев, сидела на коленях и смотрела на него снизу вверх.

Что он собирается со мной делать?! Его глаза… Да они сейчас такие темные, будто я смотрю в бескрайний космос! Это… страшно! Сердце колотилось в горле и я понимала, что дышу так громко, что мой страх — не секрет и для Марата.

Он медленно засунул руку в карман брюк, затем так же медленно что-то достал и протянул мне.

Я посмотрела на коробочку в его ладони.

— Что это? — отшатнулась, выдыхая.

— Капли. Закапайте глаза.

Марат дождался, когда я заберу из его рук лекарство, наклонился к тумбочке, что-то достал и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Я посмотрела на ящик и покраснела, вспоминая, что там лежало. А если… тут тоже камеры? Он что, видел, как я разглядывала его… интимные вещи?.. А то, что я тут спала…

Застонав от бессилия, я рухнула на кровать, но через секунду подскочила, так как услышала, что дверь открылась. Марат зашёл без стука, положил мне на кровать свою футболку и снисходительно улыбнулся.

— Марта… Входную дверь я заблокировал. Прыгать — высоковато. Раз уж вы все равно у меня в рабстве, побудете ещё и пленницей. Переодевайтесь и отдыхайте. В спальне камер нет.

Я промолчала, заливаясь краской. Не дождавшись ответа, Марат пошел к выходу из комнаты, но остановился в дверях.

— Кстати, знаете что?.. Чёрное кружевное вам подошло бы больше.

Не успела я возмущённо открыть рот, как дверь уже закрылась и я услышала стук двери ванной.

Этот мужчина решил добить мою выдержку и просто окатил такой пошлятиной, что я должна сгореть со стыда! Только… я почему-то хоть и сгораю, но думаю о черном кружевное белье.

Я быстро огляделась по сторонам и потянулась рукой к верхнему ящику тумбочки. Секунду помешкав, открыла его и, зажмурившись, быстро закрыла обратно. Смазки и штуки для мастурбации нет. Значит…

Нервные импульсы пробежали от груди к животу, отдаваясь едва уловимым спазмом в районе лобка.

Марат… сейчас… в ванной… Ох, как же стыдно представлять, что он там делает! Стыдно представлять и невозможно не представлять!

Я быстро скинула с себя одежду, одела белую мужскую футболку и юркнула в кровать под одеяло. Закапала глаза, выключила свет и лежала, глядя на тусклые светильники.

Я… не знаю, что делать.

И мне очень страшно оттого, что меня сейчас штормит между тем, что надо и тем, что хочется. Стыдно от своих мыслей, от желаний. Это не правильно.

Какая же я хорошая девочка? Хорошие девочки так себя не ведут! Разве это правильно, что тебя возбуждает мужчина, которого ты знаешь всего несколько дней? А ещё неделю назад ты верила в любовь до гроба с мужем?

Не знаю, сколько я лежала, вслушиваясь в звуки льющейся в ванной воды, но момента, когда Марат закончит принимать душ и уйдет спать, так и не дождалась.

Проснувшись утром от тихого хлопка двери, я машинально потянулась к тумбочке в поисках очков и вместо своих увидела солнцезащитные.

Точно зная, что оставила их на балконе, поежилась. Марат приходил, пока я спала. Это вызывало волнение, смущение и тревогу.

Время — семь утра. Видимо, он уже уехал на работу.

Я встала, открыла дверь, послушала тишину в квартире и быстро прошла в ванную.