Сугроб — не повод для знакомства (СИ) - Кирина Ксения - Страница 3

Через пару сотен шагов народу было меньше, потому что здесь стояли всего два маленьких ларька, а напротив них — как раз то самое сугробное поле для снежной битвы, которая кипела вовсю. Воздух звенел от пролетающих «снарядов», возгласов, визгов и смеха.

Я уклонился от летящего снежка, сунул в рот остаток печенья и вдруг увидел знакомую золотистую шубку и белую пушистую шапку, из-под которой на спину падали длинные волосы; в солнечном свете пряди сверкали чистым серебром.

Девушка стояла совсем рядом, у ближайшего ларька; в нём торговали полосатыми вязаными носками.

Я замер, не в силах отвести от неё глаз.

Это была великолепная возможность подойти и поздороваться, сказать что-нибудь… Да что угодно из того, что приходило на ум вчера! И ведь обстоятельства складывались как нельзя удачно! Но ноги будто вросли в утоптанный снег.

Девушка что-то сказала продавщице, рассмеялась, повернула голову, увидела меня и широко улыбнулась.

— Это вы! — весело воскликнула она. — Отличный день для прогулки!

Это действительно была она, моя вчерашняя знакомая… незнакомка.

Я вдруг сообразил, что таращусь на неё, а у самого рот печеньем набит и щека раздута, торопливо кивнул, с быстротой молнии пережёвывая, проглотил и выпалил:

— Для покупок тоже.

— Ваша правда, — легко отозвалась она. — Вот, присматриваю носочки для племянницы. Что думаете? — и она показала на бело-розовые пинетки с крохотными трепещущими крылышками.

— Прелесть, — я не мог не улыбнуться.

— Я тоже так думаю! Беру.

В этот момент из снежной битвы почти к нашим ногам вывалились два снеговика. Нет, не те, которые обычно сделаны из шаров снега и украшены носом-морковкой. Эти когда-то были детьми, но на них налипло уже столько снега, что они не ходили, а перекатывались — и всё же ухитрялись лепить снежки и бросаться ими. Снежный ком разбился о моё плечо.

— Срочно нужна подмога! — выкрикнул один снеговик, пытаясь подняться. Я наклонился, поймал его обеими руками и поставил на ноги. — Вы прошли посвящение!

— Ах вы, озорники! — возмутилась продавщица. — А ну, кыш в сугроб! Не приставайте к взрослым!

— Нет-нет, не ругайте их, — вмешалась девушка. — Заверните мне, пожалуйста, вот эти пинеточки, я подойду и рассчитаюсь. Ведите же, храбрые снежные генералы! Вы с нами? — она хитро посмотрела на меня.

— Ни за что не пропущу такое событие! — отозвался я, вдруг почувствовав воодушевление.

И мы ринулись в гущу снежного сражения.

Укатавшиеся мальчишки двигались быстрее нас: я бросил два снежка, уклонился от двух вражеских, потерял равновесие и плюхнулся на зад; девушка, заливаясь смехом, упала ещё раньше. За несколько минут нас обстреляли и облепили; похоже, наши «генералы» использовали нас как отвлекающие факторы.

Кто-то скажет: такой взрослый парень — и дурачится. Но почему бы и не подурачиться, когда весело? Тем более при девушке, которая и сама радостно ринулась в эту развесёлую гущу…

Уделали нас, что называется, всухую. То есть вснеговую, учитывая, сколько придётся отряхиваться — когда мы на четвереньках выползли на обочину, вся наша верхняя одежда превратилась в пластинчатую броню. Пожалуй, без скребка не обойтись.

Я кое-как сел. Ничего не делал, казалось бы, а руки-ноги налились тяжестью.

— О, вот она! — моя знакомая нашла свою шапку.

Моя тоже в какой-то момент свалилась, но сил не было её искать.

Девушка нахлобучила головной убор на растрёпанные серебристые волосы и повернулась ко мне. Надо отдать ей должное — выражение раскрасневшегося лица ничуть не изменилось, только взгляд остановился на моих волосах.

— Оригинальный выбор цвета, — сказала она.

— Это эксперимент моего друга, — объяснил я и зачем-то ляпнул: — И мой проигрыш в карты.

Она рассмеялась.

— Эксперимент удачный. Проигрыш, конечно, признак неудачи, но…

Я насторожился. Неужели она скажет сейчас «…но не повезло в картах — повезёт в любви»?!

— …мой дедушка всегда говорил: «Не везёт в мелочах — повезёт по-крупному», — договорила она, не подозревая, какая буря в этот момент успокоилась в моей душе. — Уф, надо же, как устала… ой, я же опаздываю! Простите, — уже почти на бегу крикнула она мне и ринулась к ларьку.

Пока я поднимался на ноги и оглядывался в поисках шапки, моей знакомой и след простыл.

Два дня подряд встречи с одной и той же девушкой. Красивой весёлой девушкой, которая не идёт из головы…

Две встречи. И каждый раз — упущенная возможность познакомиться. Две случайности подряд? Возможно. Но, живя в Нонделлорте, поневоле начнёшь верить в то, что волшебство обладает способностью влиять на жизнь людей и своеобразным чувством юмора.

А хуже всего то, что одна примета в моём случае срабатывает всегда: ничто не повторяется в третий раз. Третья встреча с моей очаровательной безымянной знакомой мне не светит.

Откопав шапку и выбравшись из сугроба, я первым делом спросил у продавщицы из ларька с носками, знает ли она имя среброволосой девушки. Женщина удивлённо посмотрела на меня.

— Разве вы не знакомы?

— Увы.

— А мне показалось, что вы друг друга давно знаете…

— Вчера столкнулись на улице, — кратко пояснил я, чувствуя, как нагреваются щёки. — К сожалению, я не успел спросить, как её зовут… и сегодня тоже.

— Эх, — женщина улыбнулась и тут же погрустнела. — Я бы и рада помочь, но нечем. Я её иной раз вижу здесь по воскресеньям, и только.

Я поблагодарил её и поплёлся обратно. На полпути пересёкся с Ариэль и Отисом.

— Альбер, что с тобой случилось? — воскликнула сестра.

Часть снега мне удалось стряхнуть с одежды, но остальное намертво прилипло плотными комками.

— Только не говори, что ты попал под снегопад! — с ухмылкой сказал Отис.

— Не скажу. Потому что я играл в снежки.

У них сделались очень странные лица.

— В снежки, — повторила Ариэль.

— Ну да. Что-то не так? — я прищурился.

Если она сейчас скажет, что я большой дурак… я тоже ей что-нибудь скажу.

— Нет, ничего. Просто неожиданно. Но теперь ты весь в снегу. Отряхнуться не догадался?

— Его уже надо просто из этой одежды вытряхивать и сушить по отдельности, — заметил Отис.

— Или сделать так, — Ариэль встряхнула кистями рук, в воздухе сверкнуло оранжевым, и меня обдало волной жара. От моей одежды повалил пар; минута — и от эпичной снежной битвы остались только воспоминания.

— Спасибо.

К сожалению, я так же не умею, мелкое бытовое волшебство мне неподвластно. Но и Ариэль не умеет создавать волшебные карты…

— Не за что, братишка, — она улыбнулась. — А теперь предлагаю всем перекусить.

Мы перекусили, немного погуляли, посмотрели танец огоньков, потом два часа толкались в книжных рядах. Отис поцапался с гномами из-за каких-то амулетов, Ариэль купила шарф с бахромой…

Но сколько я ни крутился-вертелся, сколько ни всматривался в толпу, среброволосую девушку в золотистой шубке больше не увидел. Так и вернулся домой, в свою квартирку над мастерской, ни с чем. Везение «на любовь», полученное в счёт проигрыша, исчерпало себя.

Смирись, Альбер-одиночка. Именно в тот момент, когда ты одиночкой быть раздумал, Вселенная сунула тебя носом в холодный сугроб — остынь, нечего фантазировать.

Утром в понедельник я проснулся раньше обычного и с головой окунулся в работу: нужно было доделать по заказу карту, всё ту же самую. В итоге управился за полчаса и бездумно уставился в окно. Можно было отправить заказчику сообщение и браться за следующий заказ, но на меня напала апатия.

Погода снова стояла пасмурная, под стать настроению. Разве что ветра не было, и с неба лениво планировали редкие снежинки.

Часы показывали восемь утра. Я прикинул, что пешком как раз приду к открытию Снежной библиотеки (где и работал заказчик), упаковал карту, оделся и вышел на улицу.