Правила волшебной кухни 5 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 17

— Как же здорово! — заорал он, но тут вдруг в глазах писателя промелькнул испуг. — А как остановиться⁈ Я не могу остановиться!

— А зачем вам останавливаться⁈ — крикнул кто-то из толпы.

— И правда! — согласился Дончелли. — Чёрт с ним, напишу сегодня весь роман! А лучше два! Или три! Ах-ха-ха-ха!

— Да, синьор Дарио, да! — подбадривал писателя употевший Луиджи. — Вы могучий! Вы всё сможете! Я в вас верю!

Я же стоял, смотрел на всю эту вакханалию и размышлял: такое чувство, что Венеция сама и специально подкидывает мне таких вот странных персонажей. Они как будто не сами своим пешком приходят, о нет! Венеция их насильно ко мне подсылает. То ли для проверки, а то и для развлечения.

— Так, — взглянув на часы я понял, что мне пора бежать на закупку. — Работаем дальше.

Хорошо, конечно, писателю, у него помощник есть. А вот мне бы не помешал менеджер по закупкам, вот только… знаем, плавали. На такой должности должен сидеть человек, замотивированный в моём успехе даже больше меня самого, иначе будет плохо. Место хлебное, а схему откатов не знает только ленивый. Так что тут нужно сперва серьёзно подумать. Ведь плюсом к порядочности нужно, чтобы закупщик понимал, что именно он закупает. А в Венеции, насколько я понял, большая проблема с овощами и овощными лавками. Складывается чувство, что я до сих пор ни разу не тарился в одной и той же лавке дважды. Сегодня товар сказочный, а завтра жухлое недоразумение.

И кстати!

— Уважаемая Венеция! — обратился я вслух к городу, выскочив из ресторана. — А ты не хочешь мне помочь случайно⁈ Может, пошлёшь мне нормального поставщика свежих овощей⁈ Такого, чтобы адекватный был, и обязательный, и с хорошим товаром⁈

Я постоял минуту. Постоял другую. Ждал, что сейчас из-за угла выйдет самый чудесный поставщик овощей на свете и предложит сотрудничество. Однако вместо него вдалеке, будто в насмешку, я заприметил тележку продавца аквариумов.

— Ну ладно, — вздохнул я. — Придётся самому.

Закупка прошла без приключений. Оббежав рынок, я собрал заказы с доставкой до «Марины», а сам с парой сумок самого необходимого рванул обратно. И стоило мне вывернуть на уже-ставшую-мне-родной-улицу, как вдалеке я услышал, как кто-то ругается. Сильно так причём. Громко. А подойдя ещё чуть поближе понял, что одним из этих «кто-то» является Джулия.

— Да как ты мог⁈ — орала кареглазка. — Ты хоть понимаешь, сколько это стоит⁈ Ты понимаешь, что это не просто лодка, а⁈

Я ускорил шаг. Около входа в ресторан красная от гнева Джулия нависала над каким-то бедным мужиком. Да-да, нависала, при том что была на голову ниже его самого. Давила, так сказать, характером. Мужичок при этом выглядело очень виновато и, что называется, обтекал.

— В чём дело⁈ — крикнул я ещё издалека.

— О! Артуро! — обернулась ко мне кареглазка. — Представляешь, этот… этот, — тут она запнулась, явно что подбирая печатное слово. — Этот гражданин на своей чёртовой моторке поцарапал твою гондолу! Да как так можно было-то, а⁈ — это она снова обрушилась на мужичка. — КАК ТАК-ТО⁈

— Да ладно? — уточнил я, пытаясь сообразить как можно было не развернуться на канале.

— Ты хоть знаешь, сколько стоит эта гондола, а⁈ — продолжила наседать Джулия. — Это же ручная работа! Это дерево специально обработанное! Это лак особый!

— Я заплачу, — виновато сказал мужчина. — Я заплачу вам, честное слово. Только у меня денег с собой нету…

— Ах нету⁈ — Джулия упёрла руки в боки.

— Я могу заплатить товаром…

— Каким ещё, к чёрту, товаром!

— Момент, — остановил я эту беспощадную ругань. — А ведь действительно… каким?

— Если вы синьорина позволит мне отойти на секундочку и не будет драться, я принесу и покажу. Товар в лодке лежит.

— Прошу вас, синьор, — сказал я и на всякий случай взял Джулию под локоток.

Мужчина же метнулся в переулок к своей моторке, и довольно скоро вернулся с двумя картонными коробками.

— Вот, — поставил он их передо мной. — У меня есть это, и ещё тридцать коробок в лодке. Забирайте всё, если хотите, только оставьте меня в покое.

Я заглянул в коробку и аж присвистнул.

Внутри лежали… нет, не просто овощи! Там лежали произведения селекционного искусства! Огурчики ровненькие, один к одному, с пупырышками и несравненным запахом дедовского парника. Помидорки — мясистые, цвета феррари, и чуть не лопаются от сока. А перец⁈ О-о-о, это не перец! Это король всех перцев!

— Ты издеваешься⁈ — опять заорала Джулия. — Гондола стоит целое состояние⁈ А ты хочешь возместить ущерб огурцами⁈

— Стоп, — перебил я кареглазку. — Вообще-то мы согласны.

— ЧЕГО⁈

В уме я уже всё прикинул. Тридцать коробок таких вот овощей — это запас на неделю и веганское меню по специальному предложению. Ну а даже если что-то вдруг начнёт пропадать, Петрович мне в помощь — я давно уже заметил, что у домового особая страсть к закруткам. А гондола… ну что гондола? Я и сам её царапал уже несколько раз, и в тесных каналах притирал. Отдам мастеру подрихтовать и все дела.

— Мы согласны, — повторил я мужчику. — Тащите всё, что есть. А после у меня вам будет одно интересное предложение…

Интерлюдия. Джулия

Джулия проснулась. Джулия улыбнулась. Джулия зевнула и приподнялась с постели, пытаясь припомнить что было вчера. А вчера было действительно жарко — полная посадка, сменившаяся раз пять-шесть за вечер. Девушка носилась между столиками как угорелая часов шесть кряду, разносила заказы, принимала новые, и снова, и снова, и снова…

На этой почве плохо спала — бредила первую половину ночи, и даже во сне продолжала обслуживать столики. Но что было то было, а сегодня новый день.

Сходив в душ и облачившись в форму, девушка спустилась вниз и сразу же поняла, что вокруг подозрительно тихо. Обычно в это время Артуро уже гремел кастрюлями на кухне и ржал вместе с Петровичем над своими непонятными русскими анекдотами, которые она не в силах была понять. Медведь сгорел, а они смеются. Н-да…

Так вот! Обычно к тому моменту, когда Джулия спускалась вниз, тут уже бурлила кипучая деятельность шефа Маринари, а вот сегодня — тишина. Не паникуя раньше времени, девушка зашла на кухню и обнаружила домовых: синьорина Женевра домывала последнюю посуду, а Петрович сосредоточено жарил блинчики на четырёх сковородках.

— А где Артуро? — спросила Джулия.

— В каком смысле «где»? — удивился Петрович. — Я думал, он с тобой.

Дальше венецианка и домовой переглянулись и синхронно поняли, что вообще-то Артур никогда так долго не спал. Наоборот — ложился позже всех и раньше всех вставал. Это был нерушимый закон.

— Он… он в комнате? — спросила Джулия дрогнувшим голосом.

— Не знаю, — Петрович экстренно отставил блины с огня. — Пошли глянем.

И они побежали. Джулия ворвалась в комнату Артуро первой и тут же, на пороге, замерла. Шеф Маринари лежал у себя на кровати и спал, в то время как балконная дверь была распахнута настежь. Точнее даже не распахнута, и не раскрыта, а именно что выдавлена из проёма вместе с петлями. Как будто бы особо сильная аномалия решила войти внутрь несмотря ни на что.

— Ох ты ж, — Петрович схватился за голову. — Чуешь магию, а⁈

— Что это значит⁈

— Это значит, что Маринарыч не просто спит, — заключил домовой.

— «Не просто» — это как⁈

— Без понятия…

Сам шеф при этом выглядел вполне здоровым и даже улыбался во сне.

— Артуро! — Джулия подбежала к кровати и принялась трясти повара. — Артуро, просыпайся!

Ноль реакции. Ноль эмоций.

— А-ну, вставай, окаянный! — Петрович решил действовать чуть более радикально, и влепил спящему повару пощёчину. — Вставай! — но и тут не преуспел.

Артуро спал. Спал он и тогда, когда его попытались стащить с кровати на пол, и когда обливали холодной водой, и даже когда Петрович как можно громче предложил ущипнуть его за… ну… за нежное.

— Так! — смекнул Петрович. — Ну-ка целуй его!