Наследие младшей ветви. Том 2 (СИ) - Никитин Юджин - Страница 26

— Алексей Николаевич доброе утро — Николай Семенович пусть и приветливо, но как-то вымученно улыбнулся вошедшему Белову. — С вами хотят поговорить.

Он указал на продолжавшего сидеть всё с той-же вальяжностью, еще крепкого, но уже слегка обрюзгшего мужчину. Темные волосы с уже пробивающейся сединой, прямой нос и широкий лоб. Немного начинающие обвисать щёки и холодные светло серые глаза довершали образ пытавшегося выглядеть дружелюбно и вставшего при этих словах мужчину.

— С кем имею честь? — Белов интуитивно уже напрягшийся от нехорошего предчувствия, старался быть максимально вежливым.

— Алексей. Мой дорогой племянник. Я твой дядя Григорий Дмитриевич Белых. Твой отец мой родной брат — не дожидаясь представления от Антонова, что соответствовало бы всем нормам приличия этот новообразовавшийся дядя резко шагнул вперед с явной целью обнять свое долгожданного родственника.

Белов инстинктивно шагнул назад, не давая себя облапить, смотря на этого появившегося как чертик из коробки дядю и лихорадочно пытался осмыслить происходящее. А еще ему пришло осознание того почему он ему показался смутно знакомым. Ему вспомнилась их с мамой поездка в эту Тмутаракань Молитвино и недовольное лицо этого самого дяди что сейчас весь лучился родственной любовью.

Воспоминание сразу же обдало его волной той еще детской обиды, когда его как какого-то щенка безродного даже не оставили в гостиной, а отправили на кухню к слугам чтобы он поел с ними за столом. Хорошо хоть тогда не додумались и не оставили его голодным. А вот поела ли тогда сама Анфиса Львовна хоть что-нибудь, Алексей был очень неуверен. И вот теперь этот образчик того типа родственников, которыми быть не следует стоит напротив него и гадко дружелюбно улыбается. А ещё вспомнилось что видел он его еще один раз — не так давно в усадьбе Белых, когда был там по приглашению Леонида Игоревича. Он как раз уходил из гостей. Когда видел этого типчика поднимающимся на крыльцо.

— Ну что же ты племянник как не родной? — с явно наигранным сожалением в голосе расстроился его дядя, покачивая головой из стороны в сторону.

— Я не имею никакого желания обниматься с незнакомыми людьми, тем более которые выдают себя за моих родственников — четко и спокойно произнёс Белов глядя прямо в глаза этого новоявленного доброхота. И отчетливо заметил, как в глазах дяди сверкнула искорка негодования, но он сдержался, продолжая создавать вид самого добродушия.

— Григорий Дмитриевич, Алексей Николаевич давайте присядем и спокойно всё обсудим — попробовал разрядить обстановку, явно чувствовавший себя неловко в этой родственной мизансцене директор.

Разрядить напряженность ему не удалось. Но зато удалось добиться что оба родственника заняли кресла напротив стола и решив, что ситуация смягчилась Николай Степанович устало опустился в своё кресло. При этом его левая рука начала отбивать какой-то ритм пальцами по столешнице, выдавая напряжение.

— Николай Степанович, я был бы очень благодарен если бы вы смогли мне объяснить происходящее. — нарушил молчание первым Алексей, смотря только на директора.

— Григорий Дмитриевич, вы позволите я, пожалуй, попробую ввести Алексея Николаевича в тему беседы. — директор выжидательно посмотрел на мужчину.

— Если это пойдет на благо Алексею, я буду только рад — благодушно отозвался тот.

Вызывая во всё тяжело сдерживающем раздражение и к этому человеку и к происходящему Белове очередной приступ злости, что удалось обуздать с еще большим трудом чем в момент узнавания. Да и вообще вся ситуация очень сильно напрягала Алексея, интуиция не просто подсказывала, она орала что очередная жопа пришла в его распоряжение. И к этому визиту он был совершенно не готов. Директор начал говорить, а Белов слегка наклонил голову его слушая и всё также не обращая ни малейшего внимания на своего бывшего родственника.

p.s. Подписаться на автора сего жизнеописания Алексея Белова. https://author.today/u/evgenynikitin/works

Начало дарованного судьбой второго жизненного пути Алексея Белова здесь:

«Последний из младшей ветви.» https://author.today/work/495976

Сентябрь 1894 года.

Славный город Костромской Губернии — город Буй.

— Алексей Николаевич, присутствующий здесь Григорий Дмитриевич действительно ваш родной дядя — начал свою речь директор.

Алексей поднял левую руку ладонью вперед, так обычно на уроках ученики привлекают внимание учителя, что сразу же сбило Николая Степановича в самом начале своего вступительного слова.

— Что такое — спросил директор удивленно.

— У господина Григория Дмитриевича есть какие-нибудь документы?

— Какие документы — растерялись теперь оба находящихся в кабинете мужчин, и даже одновременно выдали свой вопрос. Опешившее лицо Григория так вообще было достойно полотна какого-нибудь местного портретиста.

— Обычные документы, подтверждающие наше гипотетическое родство. — с убийственным спокойствием пояснил решивший жать педаль газа до пола Белов. Пусть и прекрасно понимая, что лишь затягивает так или иначе предстоящий разговор. Но хоть попытается сбить план на разговор, в котором его мнение не было учтено изначально. А вот остальных участников его вопрос явно выбил из колеи. Причем если в глазах дяди в очередной раз мелькнуло раздражение, то как показалось Белову в глазах директора мелькнули искорки веселья от разворачивающейся перед ним конфронтации.

— Какие могут быть документы? Я твой дядя. — наконец отмер этот типчик, уже не скрывая особо раздраженные нотки в голосе.

— Обычные, наверное, — пожал плечами всё также внешне спокойный Алексей.

— Алексей Николаевич я могу заверить вас что мужчина находящийся перед вами, действительно ваш родной дядя по отцу. Моего слова вам хватит вместо документов? — директор тоже пришёл в себя после удивления и нашел способ обойти этот неудобный момент.

— Принимаю ваши слова Николай Семёнович. И готов дальше слушать — сомневаться в словах дворянина, являющегося директором его школы по совместительству, было бы глупостью, пойти на которую Белов себе позволить не мог.

— Итак Алексей Николаевич повторюсь, присутствующий здесь Григорий Дмитриевич действительно ваш родной дядя — директор на секунду замер, ожидая начнет ли оспаривать это Белов, и не дождавшись возражений продолжил — Так получилось, что ранее Григорий Дмитриевич по некоторым личным причинам не мог поддерживать необходимый для столь близких родственников уровень общения. — Белов громко хмыкнул, но ничего не сказал, а Николай Семёнович продолжил — И вот сегодня Григорий Дмитриевич прибыл в школу чтобы исправить те упущения, в ваших отношениях, которые были по некоторым причинам допущены ранее.

— Что конкретно этот замечательный родственник желает исправить?

Белов целенаправленно разговаривал строго с директором, не смотря на дядю, который явно терял терпение и злился такому откровенному пренебрежению Алексея. Собственно, именно такой его реакции Белов и добивался. Когда человек злиться он совершает ошибки и зачастую говорит то что у него на сердце. На дипломата этот вылезший из небытия не был похож ни разу. И судя по его мимике, он явно не ожидал такого холодного приема, и уж тем более отпора от шестнадцатилетнего парня. Так что Алексей принял решение провоцировать его и дальше, но уже более аккуратно. Он был явной угрозой, а любое несерьезное отношение к угрозе чаще всего заканчивается потерями и бедами.

— Позвольте Николай Семёнович, я сам отвечу на вопрос моего племянника, который по какой-то мне непонятной причине настроен столь враждебно к своей родне.

Это решил взять в свои руки бразды правления разговором Григорий. Вызвав своими словами очередной хмык Белова, от которого у него явно дернулся глаз и приподнятые брови директора, более никак не выразившего своё отношение к происходящему. Ну и кивка, дающего собой знак о том, что директор не против если вещать теперь начнет сам виновник сегодняшней встречи, а сам Николай Семёнович побудет сторонним наблюдателем.