Обменный фонд. Том 2 (СИ) - Линник Сергей - Страница 37

— Ходить будут, и ты это знаешь. Нормальные люди. Я приглашу туда на обед таких гостей, против которых даже архиепископ не рыпнется, не то что эти деятели. В конце концов, у меня есть отличный выход из положения.

— Переехать?

— Зачем. Все их претензии сводятся к тому, что ты замужем.

— Да.

— Так давай, они перестанут это делать.

— Ты наймёшь бандидос, чтобы те шлёпнули Диего? Он, конечно, козёл, но я на такое не соглашусь никогда.

— Всё проще. Разведёмся.

Поначалу для Долорес слово «развод» звучало примерно как «полёт на Луну». Оно и понятно, у католиков надо быть королём или герцогом каким-нибудь, чтобы такое провернуть. А тут я предлагаю сделать это, причём быстро и безболезненно.

Я пытался взывать к голосу разума, но это почти не работало. Кивала, вроде всё понимала, но как доходило до главного — всё. Будто кто-то кнопочку нажимал.

— Ладно, представь себе, что со мной что-то случилось. Решил покататься на лыжах и сломал шею. Или одна симпатичная мексиканка задавила, паркуя свой «бьюик».

— Я нормально паркуюсь, — хмуро заметила Долорес.

— Я другого и не говорил. Специально сказал слово «вообразим». И открою тебе тайну завещания — ты сразу становишься обеспеченной дамой. Будешь владеть всем. Включая мои старые рубашки, которые я не ношу, но забываю отдать в церковь. А через неделю примчится твой незабвенный Диего и скажет: «Здравствуйте. Не скучали? Выдайте мне половину совместно нажитого в браке имущества».

— Откуда он узнает?

— Такие новости быстро доходят. Поверь, Диего появится здесь мгновенно. Да, ты подашь в суд. И даже выиграешь. Но не сразу. Заплатишь за это всем — временем, нервами и деньгами. Кроме того, имущество на всякий случай могут арестовать, пока идёт разбирательство. Короче, одни неприятности. И всё это из-за твоего упрямства.

— Из-за того, что кто-то решил покататься на лыжах! — Долорес приставила указательный палец к моему лбу. — Ты от меня так просто не избавишься! Я найду старую индейскую ведьму, она мне поможет!

— Я раньше найду шамана, он победит ведьму. А мы будем сидеть возле машины, есть барбекю и наблюдать за битвой.

— Ты очень несерьёзный, — она помолчала, потом медленно кивнула. — Когда мне надо подавать заявление?

— Сейчас узнаем.

Я пошёл к телефону и поспешил обрадовать адвоката, что мы желаем быстро и недорого получить развод для синьоры Санчес, урождённой Гарсиа. Ант тоже обрадовался, только сказал, что насчёт недорого ничего не получится. К тому же дело касается только гражданского брака.

Так как моё присутствие не требовалось, встречу назначили на понедельник. Мой день в Лос-Аламосе.

Похоже, Бейнбридж начал привыкать к свиданиям с безопасниками. По крайней мере, когда я с ним встретился на улице, он даже улыбнулся. Вяло, больше по привычке. И затравленный взгляд стал просто уставшим. Может, грамотные ребята разобрались уже? Да, топорно исполнено, с одной стороны. А с другой — на злую шутку не тянет. Мало какая спецслужба сейчас способна разбрасываться такими деньгами, чтобы просто устроить бяку специалисту не самого высокого ранга.

Миша рассказывал, что, в отличие от фильмов, настоящие разведчики на «Астон-Мартин» ездят редко. Большей частью они прикрываются постами официальной посольской шелупони — секретарей и помощников. Для них лишняя двадцатка — чуть ли не праздник. У нелегалов всякое может случиться, хотя был вроде и миллионер, которого потом федералы взяли, но это дело совсем другое. Те тоже рисковать напрасно не будут.

Короче, с какой стороны ни посмотри, эта фигня с деньгами выглядит подозрительно. И это не нравится безопасникам. Значит, будут долбить до тех пор, пока не объяснят происходящее сами себе.

Сотрудники отдела, который готовит под чутким руководством Бейнбриджа первое испытание бомбы, все эти техники и физики — ребята грамотные. Дело своё знают крепко. Но в отсутствие должного контроля начинают расслабляться. Ходят по кабинетам без дела, болтают о всякой фигне, пьют кофе и курят. Кот из дома — мыши в пляс.

Да и какая может быть сознательность, если некоторые из них в этой дыре больше года безвылазно сидят. Смотрят, как прибывают всё новые специалисты, да не десятками, а сотнями, и понимают, что ответ на вопрос, когда это кончится, один: неизвестно. У кого угодно руки начнут опускаться.

Кстати, хорошая книжка, эта «Женщина в белом». Заставляет мозгами пошевелить. Пожалуй, советам продавца можно верить.

Вот что ещё бесить начинает: на КПП из-за всех этих новых ребят сплошные пробки. Машин в обе стороны больше, а проверяльщиков столько же. И по серпантину с ветерком теперь редко промчишься. В основном приходится тащиться за каким-нибудь грузовиком, который и в молодости тридцать миль выдавал случайно и недолго. Дорога до Санта-Фе вместо сорока минут занимает в два раза больше времени. Ведь шоссе тоже никто расширить не додумался.

Два с половиной часа я ехал домой. Не то, чтобы я начал тосковать по сотовым телефонам, но как раз сегодня мне хотелось бы кое-что узнать.

Долорес была дома. И ужин приготовила. Остыть не успел, несмотря на моё опоздание. Только я вошёл, она подбежала, шлёпая босыми ногами по полу, поцеловала меня и начала руководить:

— Мой руки быстрее. Я тоже есть хочу — умираю.

— Даже не пробовала, пока готовила?

— Хватит болтать! Жду ровно минуту!

За ужином мы не разговаривали. Берегли новости на потом. В конце концов, случись что-то плохое, уже сказала бы. Значит, идёт своим чередом.

— Ну, давай, про адвоката, — сказал я, отодвигая от себя тарелку.

— Поехала в офис к нему. Как ты и говорил, к одиннадцати. Даже раньше немного получилось. Но ждать меня не заставили, сразу провели. Секретарша у него такая обходительная, чай предложила, принесла в фарфоровой чашке, конфеты в корзиночке…

— Ты забыла про стол красного дерева и Эндрю, который умеет скалить зубы как крокодил. Но я знаю, ты это специально рассказываешь, чтобы позлить меня.

— Конечно, — улыбнулась Долорес. — Но слушай дальше. Заявление он составил. Сказал, что дело не очень быстрое, но за пару месяцев надеется закончить. Адвокат поедет к Мигелю и возьмет у него показания, что Диего давно уехал и не помогал мне. Даже ходить никуда не придётся. Эндрю обещал.

— Вот и хорошо. Так и быть, пару месяцев я на лыжах кататься не буду.

Долорес шутку почему-то не поддержала. Вздохнула и продолжила.

— А когда я уходила, то остановилась поболтать с секретаршей. Её зовут Энжи. Она тебя очень хвалила. Мол, мистер Морган такой суровый, но галантный. Когда велел мистеру Анту искать вашего мужа, даже кричал на адвоката. А девушке улыбнулся, за чай поблагодарил. Ты, конечно, молодец. Но у меня вопрос, Лео. Ты ведь сказал, что в мою жизнь лезть не будешь. А это что?

Она посмотрела мне в глаза, а потом положила свою руку поверх моей.

— А я не лезу в твою жизнь, Долорес. Это жизнь человека, который может доставить тебе неприятности. Я хочу знать, где он и что с ним. Тогда и проблем не будет. Так понятно?

— До последнего слова. Тебе ужин понравился? Ты ничего не сказал.

Торги по ресторану прошли без сюрпризов. Суммы в полторы тысячи и ещё пятьдесят долларов хватило, чтобы я стал владельцем участка с постройками. Дальше — от властей бумажная часть работы, а от меня — ремонтная бригада. Для начала надо навести порядок, а потом уже думать, как там дальше жизнь сложится. Особенно с названием. После того, как мои весьма замечательные варианты отвергла одна мексиканка, совсем не разбирающаяся в маркетинге, я самоустранился.

С этим делом сейчас — только раскошеливайся. Зато Долорес занята. Хорошо, что она не считает себя большим специалистом в ремонте и стройке. Поэтому я слежу за этим делом, хоть и не очень-то и рвался.

Адвокат Ант объявился неожиданно быстро. Я даже и не надеялся на столь мгновенную реакцию. По телефону ничего не сказал, просто пригласил заехать. Что же, чай у него неплохой, можно совместить приятное с полезным.