Колыбельная для взрослой Девочки - Талант Таня - Страница 3

Жила-была Девочка, и однажды она запуталась. Точнее, это случилось не вмиг, не за одну секунду, а за целую жизнь. Началось все еще в детстве. «Буду вязать!» — решила Девочка и отправилась в магазин пряжи. Там она накупила разных ярких ниток: синих — как смузи из неба и моря, желтых — как солнце, рассветы и спелые манго, черных — как дни, когда хочется все бросить, и коричневых — как ее любимый молочный шоколад и еще как сами знаете что.

Она купила спицы разного размера и диаметра. Ей сказали, что для разных задач нужны разные спицы, а носки вяжут вообще на четырех или пяти сразу! И нельзя связать кружевную салфетку и плед одними и теми же инструментами — нужны разные. Девочка вооружилась всем этим добром и начала вдохновенно вязать. Сначала — с огромным энтузиазмом настоящего первопроходца. Ей все было интересно, она узнавала новые схемы, пробовала смешивать цвета, экспериментировала и совала свой нос в новое по самые уши.

Сначала она вязала одежду для кукол, потом — теплые носки на зиму для родителей, полосатый шарфик для будущего мужа и мягкую шаль для бывшей свекрови. А еще были бесконечные подруги, которые тоже просили ее связать что-нибудь и для них, и для их бывших и будущих. Начальник, которому то носки хочется, то ночной колпак. Дети, которых бесконечно нужно обвязывать.

Со временем Девочкин энтузиазм поугас. Она все реже бралась за спицы, почти не покупала яркую пряжу. Все больше темную, немаркую, практичную. И однажды в этом хаосе и переплетениях она запуталась окончательно. Нитки перемешались, свалялись в плотный клубок, узоры перепутались, и уже не разберешь, где носок, а где шарфик. Все слепилось в один разноцветный комок. Обитали в этом комке куча недовязанных вещей, которые она кому-то обещала, а обещаний своих не исполнила. Были вещи для себя, которые она запланировала, но забросила на полпути. Например, десяток крошечных кукольных платьев для собственного магазина игрушек. Она когда-то даже бизнес-план написала, но клубок ее жизни покатился по какой-то другой, своей, неконтролируемой траектории. Такое ощущение, что с ним игралась кошка и закатила под пыльный диван.

«Я окончательно запуталась! — думала Девочка, сидя посреди комнаты в огромном коконе из разноцветных ниток. — Надо отсюда выбираться…»

— Сос, хелп, помогите… — прошептала Девочка в тишину комнаты. Но никто не отреагировал. Даже кот. Она крикнула чуть громче, но даже соседи через картонные стены, сквозь которые обычно слышен каждый писк, ее не услышали. Они были заняты своей жизнью, уже давно вязали ее на современной высокотехнологичной вязальной машине. А заодно и бизнес на свитерах и шарфиках построили.

Девочка выпростала ногу из кокона, дотянулась большим пальцем левой ноги до телефона и набрала номер лучшей подруги:

— Нинка! Приезжай меня спасать! Я запуталась!

Через пять минут на пороге Девочкиной квартиры стояла Нинка с упаковкой бумажных салфеток в руке:

— Эх ты, горе мое луковое! Давай выпутываться из этой нелепой ситуации! И как тебя так угораздило?

До самого утра Девочка и Нинка пытались распутать этот сложносочиненный клубок. Но, кажется, еще больше запутали дело.

— Ну, а что ты хочешь? Ты всю жизнь крутила, вертела, а хочешь за одну ночь выпутаться? — сказала Нинка и пошла вить легкое кружево своей жизни из тонких французских ниток собственной кармы.

— Ладно, я сама разберусь! Ты мне только книжки поближе подсунь, — попросила Девочка уходящую в ажурный закат подругу.

Так, что тут у нас? Как плести кружево? Как вывязать пятку? Как связать свитер за три дня? И ни слова о том, как распутать нитки, если они свалялись в непроходимые дебри.

«Не хотела, конечно, к ней обращаться. Сейчас начнется: а я тебе говорила спицы другие брать, а я тебе говорила не класть все клубки в одну корзину! Но делать нечего». Девочка набрала номер мамы — известной, титулованной вязальщицы в третьем поколении с кучей медалей на груди «За самое длинное что-то там».

Мама с порога начала свою любимую песню «А я же тебе говорила…», и Девочка поняла, что зря в свое время не связала маме кляп. И билет в другую страну на ПМЖ. Мама, конечно, связала всю эту запутанную ситуацию с дочкиной махровой безответственностью. Но принесла борщ, теплые носки и подоткнула недовязанное одеяло. И на том спасибо, стало теплее.

Потом Девочка пыталась распутаться с помощью астрологов, тарологов, гипнологов, психологов и даже подологов. Каждый смог достать одну-две ниточки, но глобальный клубок остался без изменений.

Однажды она устроилась поуютнее в своем коконе из разноцветных ниток, пригрелась, расслабилась и подумала: «А что, пусть остается так. Красиво же получилось! И ни у кого такого больше нет. Мой личный… опыт, получается. Яркий такой, радужный!»

Страдать она начала с самого-самого начала — там, внутри. Еще не успела родиться, как уже начала страдать. Плавала в пузыре и недовольно ворчала: «Тесно у вас тут как-то. Не развернуться, не потянуться».

Это она еще не знала, что скоро совсем худо станет. Ворчала себе потихоньку, и тут ее ка-а-ак сдавило пуще прежнего. «Да вы что там, с ума посходили, что ли?!» — завопила Девочка изо всех сил. Но ее никто не услышал. Потом зачем-то запихнули в какую-то невыносимо тесную трубу и стали выталкивать непонятно куда. «Вы что, не понимаете, что я здесь не помещаюсь?!» — думала Девочка и страдала невыносимо все время, пока лезла по этой трубе наружу.

«Господи, как холодно-то! И свет сделайте поменьше! Глаза режет!» — возмущалась про себя Девочка, потому что говорить еще не умела, но это не мешало ей страдать по полной программе. Она быстро обнаружила, что страдать молча — скучно и неэффективно. Поэтому с первых секунд начала страдать громко, во всю глотку.

А страдать, скажем прямо, было из-за чего. То у нее ни с того ни с сего вдруг схватывало живот. То лезли какие-то непонятные зубы. То мама молока не дает, то соску в рот пихает. То вообще уйдет куда-то и не возвращается целых пятнадцать секунд. Поводов для страданий было хоть отбавляй. Поэтому Девочка страдала качественно, с полной самоотдачей.

«Понаделали тут углов!» Как только Девочка научилась ходить, поводов для страданий сразу стало больше. А то старые уже все поистрепались. Земля твердая, вода мокрая, солнце жаркое, да еще и Пашка из соседнего подъезда забирает свои игрушки и бьет лопаткой по голове — с самого детства поток страданий Девочки только увеличивался. Манная каша с комочками и вонючий рыбий жир помогали Девочке страдать от души.

В школе тоже радостей не нашлось. А чему тут радоваться?! Ставят двойки, в туалет пускают только на переменках, бегать нельзя, а домашки задают целую бесконечность. Кто ее вообще придумал? Учительница строгая, форма колется подмышками, а каникулы неприлично короткие. Да еще этот Лешка из третьего класса дергает за косички! Девочка так хорошо натренировалась страдать в школе, что дальше все пошло как по маслу. А еще говорят, что образование у нас страдает.